Секретарь демона, или Брак заключается в аду - Марина Комарова

Тот сделал вид, что вообще здесь не присутствует. Но потом под тетушкиным тяжелым взором все же вздохнул и выставил вперед ладони, словно признаваясь в поражении.

– Прекрасные дамы, не злитесь. Не хотел ничего дурного, это все ваши несравненные красота и обаяние притягивают нас, несчастных мужчин, которые не в состоянии противиться вашим…

– Поменьше вензелей в речи, – бесцеремонно оборвала его Цира. – Через полчаса все собираемся у меня, я только пирожков нажарила. Поговорим, нормально познакомимся, заодно и покажешь Аде, что ты можешь быть нормальным, а не потерявшим разум кобелем.

Как она его сурово. Но спорить, конечно, глупо. Напугал, гад, будь здоров.

– Ада, не стой столбом. Закрой квартиру и иди ко мне, – дала указания Цира таким командным голосом, что мне тут же захотелось вытянуться по струнке.

Решив, что не стоит дальше тянуть резину, я кивнула, подхватила пыхтящего бесенка покрепче и метнулась в квартиру тетушки Сарабунды.

…Дом у Циры был своеобразный. Это даже не дом, а филиал магической лавки, приемной колдуньи и спальни знахаря вуду. Казалось, что сюда в течение многих лет методически стаскивали самые разнообразные и невероятные предметы для гаданий, ритуалов и всяческих мистерий.

Свечи, маски, перья, алтарь, масса нефритовых фигурок, колоды карт, ритуальные свертки, толстенные фолианты, хрустальные шары и даже череп на книжной полке. Черный кот самого нахального вида сидел на диване и смотрел на меня огромными желтыми глазами. Бесенок, кстати, как-то ловко уменьшился в размерах и уселся на мое плечо. При этом все норовил то потрогать волосы и шею, то поурчать на ухо. Выглядело это крайне забавно, поэтому я не имела ничего против.

Цира провела меня на кухню, маленькую и заставленную совершенно невообразимыми статуями, камнями, пуфиками и, внезапно, леопардовыми шкурами. Предложила расположиться за низким столиком, усевшись на пеструю большую подушку. Тут же выставила безумно ароматные пирожки с золотистой корочкой и налила чаю на травах.

– Есть еще кофе, – сообщила она, – но я его варю в турке из-под слабительного зелья, потому что турка именно для кофе поимела немного дырок после последнего приезда Мефа.

– А что он с ней сделал? – осторожно уточнила я, беря пирожок.

– Проткнул рогом, – как ни в чем не бывало сказала Цира. – Конечно, не стоило мне ею в него кидаться, но, скажи на милость, зачем было ронять мой любимый череп?

– Ваш любимый что? – икнула я, даже не заметив, что бесенок ловко отобрал у меня пирожок и с удовольствием его уплетает.

– Череп, – любезно повторила Цира, раскладывая салфетки.

– Рога? – тем временем осознала я, проглотив информацию про череп. – У него есть рога?

– Конечно, – подтвердила она как нечто само собой разумеющееся. – Как у любого порядочного демона.

Передо мной возникла кокетливая красная чашка в бантиках… С черепами.

На некоторое время повисла тишина. Я смотрела на чашку и судорожно соображала. Демон, рога, му… тьфу, Меф. То есть, конечно, Сарабунда рассказала мне про миры и все такое, но к подобному не подготовила. К тому же диссонанс вносило, что никаких рогов у Мефа во время нашего бурного знакомства я не заметила.

– Так их сразу и не заметить, – словно прочитав мои мысли, хмыкнула Цира и звонко размешала ложечкой сахар в чашке. – Прячет же, стервец. Говорит, привлекательнее так.

– Да, – согласилась я, – он прав. У нас мужчины с рогами тоже бывают, но в двух вариантах.

– В каких же? – В черных глазах Циры заблестел живейший интерес.

– Козлы рогатые и те, кому изменили жены, – охотно пояснила я.

Бесенок прекратил жевать и тоненько захихикал. Кажется, такое толкование ему очень понравилось. Хихиканье стало просто неприлично веселым.

Цира хлопнула ладонью по столу:

– Ну-ка, цыть!

Тот покорно замолчал и принялся усиленно лопать пирожок, делая вид, что только что не смеялся и вообще просто душка.

– М-да-а, – протянула она задумчиво. – Хорошо у вас там. Расскажи мне про ваш мир. У вас там однозначно весело.

– Весело, – согласилась я. – Порой до слез весело. Зато не соскучишься.

Вкратце я поведала ей о своей работе в брачном агентстве и про то, что живу одна, родственников нет. Есть только близкая подруга Жанна, по которой, откровенно говоря, я уже скучаю. Есть милое хобби вязать вещи для друзей и знакомых. Есть поиск жениха, однако пока что встречались экземпляры вроде ее дражайшего Мудофеля, поэтому замуж я так и не вышла. Один раз пыталась, но вовремя одумалась. Жених был прекрасен, только больно уж любил женский пол. Поэтому я вскоре увидела его в кафе со «знакомой», а потом в парке, а потом на стоянке, а потом: «Ой, Игорь, кто эта блондинистая стерва? Твоя девушка? Ах ты ж сволочь! Да я тебя!» Блондинистая стерва – это я, а «знакомая» – Алиса Евгеньевна Соболева, инженер по профессии и глава байкерского клуба «Северные лисы» по призванию. В общем… надо ли говорить, что сначала мы с упоением били горе-ухажера, а потом подружились?

Алиска, правда, как оказалось, была командировочной и по окончании работы уехала к себе в Питер. Но общаемся хорошо до сих пор, несмотря на столь, кхм, оригинальное знакомство.

Меф появился спустя полчаса. Одет с иголочки, прическа волосок к волоску, обворожительная улыбка и очень приятный парфюм. Еще бы манеры под стать – вообще б цены ему не было!

– Прекрасные дамы, прошу простить мою задержку, – извинился он, сделал неуловимый пасс рукой, и на столе появились бутылка шампанского и воздушные белые и розовые пирожные.

– Льстец, – заявила Цира, явно намекая на «прекрасных», и взяла пирожное. – Садись.

Меф сел между нами и, нужно отметить, последующие два часа вел себя очень прилично. Даже извинился за свое поведение. Меня все подмывало спросить про невинность, но стоило только взглянуть в темные глаза, как слова застревали в горле. Все же Меф был крайне привлекательным мужчиной, а еще рядом с ним словно обострялись все чувства и тут же хотелось позабыть про разговор за столом, Циру, бесенка на плече… Ухватить знойного красавца за руку и увести подальше от любопытных глаз. Внезапно совершенно по-девчачьи захотелось романтики, поцелуев, вина, шепота на ушко и горячих признаний. А потом и продолжения…

– Так, ну-ка, прекрати немедленно! – рявкнула Цира.

Мы с Мефом одновременно вздрогнули. Я – проснувшись от странного наваждения, а Меф… Так, а что это его рука делает у меня на бедре?

Вторая за день звонкая пощечина и тонкое хихиканье бесенка напрочь разорвали все очарование мыслей о свидании.

– Прости, виноват, – не стал отпираться он. – Просто ты такая…

– Даже не начинай! – прорычала я.

– Ты мне нравишься, – бесхитростно сообщил Меф, внезапно мягко улыбнувшись. – Не боишься, умеешь постоять за себя и не теряешься в чужом мире.