Академия Трёх Сил. Книга 1 - Анна Мичи

Руки Хена обвились вокруг меня. Он прижал меня к себе, молча, с силой, и я услышала, как быстро бьётся его сердце. Рванулась, но безуспешно, сил не хватило. Тогда я замерла, отворачиваясь, закрываясь, запрещая себе чувствовать. Хен шептал, обнимая меня, и его жаркое дыхание опаляло висок:

— Боги… не плачь, умоляю. Всё, что угодно, только не плачь.

Я его не слушала. Что за бессмысленная просьба, зачем он пытается меня утешить, зачем вообще всё это? Неужели воображает, что сможет обмануть меня снова?

— Верни мне Хранителя, — потребовала я срывающимся голосом. — Он наша защита.

Хен покачал головой:

— Вовсе нет. Всё, что он может — это предупредить владельца об опасности. Вы там у себя в клане и не знаете, да? Ваш Хранитель — одно из Пяти Оружий.

Я замерла. Разум ещё не успел переварить новые сведения, а Хен уже продолжал:

— Сатьяна… пойдём со мной. Я всё расскажу. По-настоящему расскажу, если ты станешь частью нашего клана.

— Клана? — повторила я механически. О чём он? Он же не клановый, что он имеет в виду?

Но Хен кивнул:

— Я всё расскажу, когда будем дома. Если ты станешь нашей.

Эти слова меня чем-то насторожили. Неклановый, который утверждает, что у него есть клан. Похожее я уже слышала совсем недавно… ну да, от Карина с его братом.

Меня резануло внезапной догадкой. Вот почему мне казалось, будто Хен и Карин знают друг о друге что-то такое, чего не знаю я. И вот почему Карин сумел проследить за нами и почему Хен так странно похвалил его, скорее поддел, а не похвалил: «Хорошее владение тенью». Потому что это умение — из умений ночных, мастеров слежки и шпионажа.

Хен тоже из них.

— Отпусти, — потребовала я.

Его руки медленно, неохотно разжались. Хен отстранился, продолжая смотреть мне в глаза.

Я, в свою очередь, по стенке отодвинулась подальше от него. Наткнулась на табурет, не без труда умостилась на нём. Спросила, находя во тьме глаза Хена:

— Я вроде бы и так твоя жена, что ты имеешь в виду, «стать вашей»?

Хен опустил взгляд, затем поднял. Отчаянный, но непреклонный.

— Всё потом, — сказал он.

— Ты хочешь, чтобы я ушла с тобой? Зачем тебе это?

Хен очень долго молчал. Наконец криво усмехнулся:

— Хороший вопрос. Знал бы я сам ответ на него…

Он сидел на полу, там, где я его оставила, бессильно опустив руки, и только смотрел на меня снизу вверх. Я не могла прочесть его чувств, даже выражение лица совсем не понимала. И тем более не понимала ни смысла его слов, ни побуждений.

Он забрал у нас Хранителя, так зачем ему я? Что он скрывает, чего добивается, чего хочет конкретно от меня?

Ясно было одно: сейчас он предлагает мне навсегда оставить свой клан. Поверить тому, что однажды уже предал.

— И что, если я скажу нет, ты меня отпустишь?

Я спросила это враждебно, почти насмехаясь. Но Хен сглотнул, стиснул зубы, и трепетный свет в его глазах потух.

— Ты свободна.

— А ты уйдёшь? С нашим Хранителем?

Хен опустил глаза.

Жемчужно-розовое утро зарождалось на востоке. Сыпал снег — первый в этом году. Я стояла на пороге заставы, кутаясь в плащ — последнее напоминание о Хене. Он сам, едва открылись ворота, исчез в диких землях, вместе с Хранителем.

Я пыталась остановить его, но едва Хен понял мой ответ, как тут же усыпил меня — в открытую, целительской магией. Я проснулась уже одна, а о том, что Хен давно ушёл, узнала только сойдя вниз, от сторожа на заставе.

А ещё через несколько дней, когда началось расследование, выяснилось, что Хенная Тайсена никогда не существовало. Вернее, существовал, но человеку с этим именем было три года, и он был из клана Тайсенов в Вендае. Никакой связи с беловолосым целителем. Род Тайсен был создан искусственно: Хен всего лишь позаимствовал известную в Вендае фамилию.

Мой муж взялся из ниоткуда и исчез в никуда. Скорее всего, по-настоящему его звали совсем по-другому. Я и впрямь ничего не знала о нём — ни возраста, ни имени, ни происхождения… ни его целей.

Хотя чего там — выяснилось, что на самом деле мы даже не были женаты. Наш брак был куда больше фикцией, чем я могла предполагать: фальшивый брак с никогда не существовавшим человеком.

Всё, что у меня осталось — новая фамилия и статус главы новообразованного рода. Рода, состоящего из меня одной.

Конец.