Отборные невесты для Властелина - Эрато Нуар

Таанар закатил рукав, открывая чистую загорелую кожу. Через несколько мгновений черным сверкнула руна бога Разрушения, и почти сразу поверх побежали серебристые искорки совсем другой, более мягкой, близкой… родной.

— Ее узор сверху. Я скрывал… как мог.

— Тили нужно переправить сюда!

— Не представляю, сколько еще чары отвода глаз продержатся. Наверняка он нас там сейчас ищет.

— Так это ты написал записку? Просил о чем-то богиню?

— Просил… помощи защитить тебя. Ну… и по возможности других невест. В конце концов, если кому и виднее, чем Сетарху, с кем кого соединить, так только Миловат.

— Что с моим обручем? Почему… кольцо ведь у меня?

— Я думал, этого будет достаточно. Но… все-таки он бог и девушки чем-то очень важны для него.

Таанар прижал меня к себе, опалив ухо хриплым голосом:

— Не отдам. Никому. Моя.

Я подняла ладони по его плечам, заглядывая в глаза.

— Ему это не понравится, — прошептала.

— Он меня убьет, — согласился Таанар.

Не уверена, что такой вариант меня устраивал. Но что бы ни искал Сетарх, отдавать ему это я не собиралась. Свою девичью невинность — тем более! Хватит с него остальных невест!

— Эми. Ты… веришь мне?

Я кивнула. После всего, что узнала — пожалуй, да, я ему верила. При таком отце стать не законченным мерзавцем, а еще и испытывать эмоции, спасать детей, уважать честь, ошибки признавать, в конце концов!

— Сейчас попробую. Ничего не бойся.

Таанар вдруг напрягся. Исходящий от его рук жар опалил кожу. Он взялся за ошейник, рассыпая искры и, зарычав, рванул в разные стороны. Но лишь сам отлетел, сжимая обожженные ладони. Я бросилась к нему, схватила руки, однако следы моментально исчезали. Не знаю, привыкну ли когда-нибудь к тому, что он — полубог.

Таанар помрачнел, процедив сквозь зубы что-то невероятно неприличное, даже при всей невнятности. Видимо, означавшее, что ничего не получится.

Я поднесла пальцы к глазам, разглядывая кольцо.

— Но мне показалось, когда Идели пыталась меня отравить… ты разве не снимал ошейник?

— Нет. Хотел, но не вышло. Пытался влить силу богини. Хотя бы. Все же исцеление — ее парафия, не бога Разрушения.

— Это что же, нет способа избавиться, пока он не снимет?

— Есть. Не знаю, понравится ли тебе…

Да мне понравится любой способ, исключающий гле Дуаза в моей постели и моем теле! Ну, почти.

— Готова попробовать, — шепнула, боясь соглашаться, пока не узнаю точно, на что.

Таанар несколько мгновений вглядывался в мои глаза.

— Эмили, — вдруг опустился передо мной на колено. Сам Властелин Аншерии, бисс укуси! Ни за что не поверила бы’ — Ты выйдешь за меня замуж?

Заметив, что я замешкалась, он мрачно добавил:

— Не так я хотел бы сделать тебе предложение. Но… сейчас это единственный выход. Закончить отбор и связать кольцо с колье. Доверишься мне?

— И чем… это может грозить?

— Амулет перестанет тебя душить. А я… не сделаю ничего, что может тебе повредить. Если веришь — отдай мне кольцо.

Несколько мгновений я решалась. Вот так просто взять и поверить тому, кого не успела по большому счету узнать? Выйти замуж?!

Таанар ожидал, глядя на меня пристально, но не поднимаясь.

— Это ведь твой папаша нам жизни не даст, — пробормотала я. Не только отца своим детям, но и деда такого не пожелаю!

— Я сделаю все, чтобы защитить тебя от него. Все-таки я и сам… не лишен силы.

— Да, я тоже не так представляла себе собственную помолвку. Но… в противном случае я ведь достанусь визирю… да? Тогда лучше тебе.

Чтобы не передумать, я сорвала кольцо и протянула ему. Оно скользнуло на палец, Таанар резко поднялся и подхватил меня на руки, покрывая поцелуями. Потом вдруг опустил, снял и выложил на столике остальные кольца, что остались от других невест. Неуловимым жестом зажег свечку — вокруг моментально распространился до безумия приятный и какой-то знакомый, близкий, чарующий аромат.

— Эмили гле Бисс, ты согласна стать моей женой?

— Согласна, — пробормотала я, неожиданно проникаясь моментом.

— Я, Таанар фор Брезор, Властелин Аншерии, именем богини Миловат беру тебя в законные жены, обещаю быть твоей защитой и опорой, разделять с тобой горе и радость…

Кажется, я куда-то улетала. Он продолжал говорить, а я все не могла осознать происходящего. Это что, свадьба? Или такой розыгрыш? Или…

— А ты, Мила? — шепнул Таанар.

— Да… — еле выдавила я.

— Скажи.

— Я… Мила фор… гле… Эмили… — звуки путались, никак не складываясь в слова почему-то. — Именем богини Миловат… Беру тебя в мужья, — наконец, выдала я. Снаружи что-то грохнуло, и Таанар спешно прижал меня к себе.

Все вопросы утонули в захлестнувшем поцелуе. Приподняв, Властелин усадил меня на стол, сноровисто расшнуровывая корсет — кой драсс дернул с утра надеть такое платье?!

Отдавшись умелым рукам, я на время выбросила из головы прочие мысли. Я так давно этого хотела и это моя единственная защита от визиря! И Таанар… как он смотрел, как касался!

Наверное, никогда не чувствовала я себя настолько желанной.

Властелин Аншерии скинул платье с моих плеч, чуть приподнял меня, помогая избавиться от него и прочей одежды. Провел пальцами по ошейнику — я замиранием прислушалась, но дышалось легко… насколько это возможно, когда твои губы и грудь терзают поцелуями, освобождая от нижнего белья, расплетая волосы.

Руки Таанара скользнули вниз, огладили попку и подхватили меня, оставляя платье на столике. Тот оказался низковат, и Таанар пристроил меня на качели, приподнятые как раз на нужную высоту… Наверное, я заподозрила бы, что он рассчитывал ее специально, если бы могла трезво рассуждать, но так хотелось спихнуть все на волю богини… Может, она действительно услышала и помогает.

Блики свечи играли золотистыми искорками в моих волосах, поток которых рассыпался по груди, разметался по скамье. Наскоро избавившись от своей одежды, Таанар провел по ним руками сверху вниз, разглядывая с безумным вожделением. Властно раздвинул мои бедра, снова коснулся пальцами ошейника и приблизил подрагивающее орудие. Я подалась вперед, он внимательно всматривался в меня, наверное, боясь, что ошейник может снова сработать. Пальцы опустились вниз, провели по лону, проверяя готовность. Но я слишком давно уже была готова — тело откликалось моментально, внизу все пульсировало в предвкушении.

Я хотела принадлежать ему, кажется, еще больше, чем прежде, наконец-то ощутить во всей полноте наше единение. Он сдвинул меня удобнее и, шепча слова, от которых я плавилась, не до конца воспринимая и осознавая их, начал очень медленно, осторожно входить.