Пятно - Павел Корнев

—А что, простые шприцы уже не в моде?

—Высокоразвитые цивилизации таким старьем не пользуются, — ухмыльнулся Кузнецов.

—А этот сарказм — разве не проявление ксенофобии? — немедленно подколол я его и стиснул зубы, когда неожиданно начало ломить суставы.

—Это не сарказм, а ирония, — отбрехался опер и протянул мне автомат одного из мертвецов. — Держи.

Автомат? Ну; должно быть, автомат. По крайней мере, внешне эта штука на автоматическое стрелковое оружие походила весьма и весьма: спрятанный в какой-то кожух ствол, пузатый барабанный магазин, непонятные прицельные приспособления, пистолетная рукоять и телескопический приклад. А вот что касается начинки — ничего сказать не могу. И тяжеленный, зараза…

—Не уходи никуда, — скомандовал Кузнецов и, пригибаясь, выбрался из-за машины.

—Очень смешно, — пытаясь разобраться с инопланетным оружием, хмыкнул я и оглушительно чихнул.

—Тише ты! — одернул меня опер, затаскивавший к нам в укрытие второго мертвеца. — Паралич сейчас пройдет, будешь как новенький.

—Твоими бы устами, — буркнул я, высморкался и начал присматриваться к рычажкам на ствольной коробке автомата. Или все же ручного пулемета? Артиллерия, блин…

—Держи. — Кузнецов положил рядом со мной еще два магазина и какой-то непонятный баллончик без маркировок. Сам присел рядом с мертвецом и сдернул у того с головы шлем. Если бы не заметно отдававшая синевой кожа и губы да лишенные зрачков бесцветные глаза, убитого отличить от человека оказалось бы вовсе не просто. — Все же имеданцы…

—Я знал! — гордо заявил я, с интересом разглядывая мертвеца.

Росту точно под два двадцать, но каланчой при этом не выглядит. Здоровенным бугаем, которым по факту и является, тоже. Так глянешь — обычный человек, только очень большой.

—Ты просто хотел в это верить, — вздохнул опер и спросил: — Как у тебя самочувствие?

—Да получше вроде, — прислушался я к своим ощущениям. — Ступни пока не чувствую, но колени уже сгибаются.

—Вот и здорово.

—Слушай, а чего это ты мне насобирал? И как оружием вообще пользоваться? — забеспокоился я, не в силах разобраться с творением инопланетного военного гения.

—А разве непонятно? — удивился федерал. — Вот спусковой крючок, вот переключатель режимов стрельбы, он же предохранитель. Ближнее положение — выключено, потом очереди на пять патронов и автоматический огонь. Магазины вроде на сто патронов.

—И столько влезло?!

—Как я и подозревал, боеприпасы безгильзовые. Магазины сразу на заводе снаряжают и герметично запаковывают, чтобы взрывчатое вещество не окислилось.

—А что за баллон?

—Сжиженный газ для охлаждения ствола и патронника.

—А это еще зачем? Нет, ствол понятно…

—Не защищенное гильзой взрывчатое вещество после длинных очередей в раскаленном патроннике самопроизвольно сдетонировать может.

—Понятно, — кивнул я, — только непонятно, куда баллоны с газом вставляются.

—Вроде в штурмовую рукоять. Вон защелка.

—Слушай, откуда ты все знаешь? — Я взвесил в руке барабанный магазин и только покачал головой — килограмма два точно будет. А в рюкзак оба запихать придется!

—Это модернизированная охотничья винтовка для богатых инопланетных бездельников, — пояснил Кузнецов. — Говорил ведь вроде про перехваченную контрабандную партию оружия? Было время покопаться. А это простая переделка. «Я его слепила из того, что было», если помнишь такую песенку.

—Не помню, — буркнул я и поднялся на ноги, но смог устоять, лишь опершись на багажник автомобиля. Да уж, штормит… — На кого они там охотятся? Зачем такая скорострельность и глушители?

—Глушители, барабанный магазин и автоматический режим при модернизации добавили. Ну и принудительное охлаждение тогда же прикрутили. А заодно от всех электронных прибамбасов избавились.

—То есть времени они на это прилично потратили?

—А ведь и верно! Получается, эту акцию имеданцы загодя планировали. Такая подготовка вовсе не минутное дело.

—Знали, что вернуться придется, — еще раз взвесив оружие в руках, поморщился я. Тяжело и неудобно. Явно не под человека сделано. Если только длину приклада отрегулировать…

—Похоже на то. Как тебе обновка, кстати?

—Дареному коню в зубы не смотрят. — Я закинул автомат на плечо и предложил: — Может, махнемся? Тебе эту дурмашину проще таскать будет.

—Не пойдет, — покачал головой Кузнецов.

—Ладно, продам потом кому-нибудь.

—Кому нужен ручной пулемет с весьма ограниченной прицельной дальностью стрельбы?

—Почему ограниченной-то?

—Пуля тяжелая, скорость — дозвуковая. Очень сильное падение должно быть. Плюс боеприпасы нигде не достать.

—Для разовой акции сойдет.

—А как объяснишь, где взял?

—Придумаю что-нибудь. — Хрустнув позвонками, я распрямил спину и на негнущихся ногах сделал несколько шагов. Немного расходился и вернулся за ставшим вконец неподъемным рюкзаком. — Пошли уже отсюда!

—Надо раненого проверить, он шевелился вроде, — вспомнил про подстреленного мной туриста Кузнецов. — У тебя как с ногами, порядок?

—Нормально, — поморщился я, чувствуя странную ломоту во всем теле. — А как у тебя ребра?

—Тоже ничего, — усмехнулся опер. — Бронежилеты нового поколения — исключительная штука, они при попадании пули энергию удара равномерно распределяют. Даже синяка, думаю, не будет.

—Мне б такой, — завистливо хмыкнул я.

—Извиняй, запасного нет.

—Уж и помечтать нельзя.

На ходу регулируя телескопический приклад, я пытался привыкнуть к не слишком удобному оружию и одновременно не выпустить из виду валявшееся посреди дороги тело с растекшимся по серому материалу маскировочного костюма кровавым пятном. Шагавший немного позади опер страховал меня, переводя ствол автомата с одних кустов на другие.

—Ты только глянь, — обернулся я к нему, остановившись в паре шагов от имеданца. — Жив, курилка!

—Живой?! — покачал головой удивленный Кузнецов. — Добьешь или рука не поднимется?

—Еще как поднимется. — Я вытащил кинжал из ножен и загнал клинок под шлем судорожно дернувшегося инопланетянина. И пусть никакого удовольствия от этого процесса не получил, но на душе сразу как-то потеплело. А что? Может, и этот выродок пару лет назад бомбы на наш город сбрасывал. Да даже если и нет, не стоило им на Землю возвращаться. Никто их сюда не звал. — Вот и все.

—Силен. — Федерал глянул на часы и зашагал к перекрестку. — Но теперь у нас появилась проблема морально-этического, а заодно и тактического характера.

—В смысле?