Сердце ворона - Владимир Торин

– Почему?! – упав на колени, крикнул гном в серое, полное туч небо.

– Гордыня… – прошелестел знакомый голос.

– Прости меня, Аллайан!!! Прости!!!

– Две седмицы… – сурово напомнил голос и стих.

Гном заплакал: надо же так глупо умереть, в общем-то, ни за что! Он упал в кучу опавших листьев. Вверху шумели ветви деревьев, рядом возвышались горы, а желтые листья все падали и падали на землю. Гном и не заметил, как заснул.

Перед ним стоял высокий человек, вернее, кто-то, похожий на человека. Плоть облачена в черную сталь доспехов, на голове красный капюшон, и под ним ничего не видно – один мрак.

– Гноме, используй свою силу… – раздался из-под капюшона молодой голос, походящий на треск горящих веток и шипение кипящей воды в котелке.

– У меня нет силы, я простой недоучка у Великого Мастера. Я глупец, бросивший свою жизнь на чашу спора, я гордец, который за свою гордыню понесет справедливое наказание… – куда только девались страх и боль от предчувствия близящейся смерти.

– Я вижу, что ты раскаиваешься в своей гордыне, борода, и я помогу тебе…

– Мне уже никто не поможет…

– Кроме тебя самого. Используй свою силу. Чем тебя наградили боги, гноме?

– Тем же, чем и других сынов гор.

– Они дали наглецу, затеявшему спор с Вечными, хитрость и ум, позволяющие тебе применять все обстоятельства себе же во благо…

– Я не смогу дать крылья гномам.

– Нет, не сможешь. Но ты сможешь научить гномов летать…

– Что за чушь?

– Осторожнее, гноме, я ведь не дух абсолютного добра! – прошелестел голос из-под капюшона, походя на шипение пламени, когда на него попадают капли дождя. – Последняя подсказка: используй свой ум, и ты обманешь Аллайан.

– Богиню невозможно обмануть.

– Я постоянно это делаю, – гулко расхохотался высокий собеседник так, будто огонь провыл в накалившемся докрасна горне. – Тебе не нужно давать гномам крылья, тебе нужно поднять их в воздух, научить летать…

– Почему ты мне помогаешь? – подозрительно спросил гном.

Кто знает, что у богов на уме?!

– Люблю позлить мать. Только тс-с… – Он приложил палец к тому месту во мраке лица, где должны были быть губы.

Затем подул на оторопевшего Марика. Лицо обожгло пламенем, и гном с криком проснулся.

Марик все так же лежал на земле, все так же смотрел на небо. А вокруг падали листья. Листья… листья… листья, подхватываемые ветром.

Гном вскочил. Озарение только что стукнуло по его сознанию. Ну, конечно! Он огляделся, пытаясь удостовериться в правильности своей догадки.

«Только тс-с…» – раздался знакомый молодой голос в голове, походящий на шорох переворачиваемых кочергой в камине угольев.

Гном несся по тоннелям, словно за ним гналась сотня демонических Ашгаров, что были прикованы к Престолу Бездны. Он прибежал к Мастеру Граниру и, отдышавшись, сказал:

– Учитель, помоги мне. Я знаю, что делать, помоги мне только достать материалы…

– На то воля Дрикха… – туманно ответил Гранир и пошел созывать совет гильдии инженеров, чтобы просить у них поддержки нового проекта.

Прошло четырнадцать дней, до конца отмеренного срока оставалось два часа. А в темном скалистом ущелье, привязанный крепкими тросами, стоял летающий корабль. Длинный остроносый деревянный корпус, такелаж, как и у морских судов, а сверху – большая вытянутая кожаная оболочка, наполненная газом.

Вокруг, наверное, собрались все жители Киан-Рун. По узкой веревочной лестнице взбирался наверх создатель этого чуда – Марик. Гномы были восхищены новым творением, но испробовать его мало кто захотел. На борту были лишь старый учитель Мастер Гранир, друг Марика Дарган и еще около дюжины самых смелых гномов. Канат был отрублен, из топки пошел пар, заработали воздушные винты, тросы, удерживающие оболочку, напряглись, но выдержали.

Ветер понес его к скалам, все затаили дыхание от ужаса – еще миг, и он разобьется, но нет: Марик крутанул штурвал, повернулись два прямых руля, и летающее чудо устремилось навстречу закату…

Гном закончил рассказ.

– Как бы тебя не сожгли на костре святые отцы за такие вольные истории о богах, – сказал Ильдиар. История его заворожила, будто наяву он себе представил первый полет гномов, невиданное приключение.

– Хе-хе, – усмехнулся Борин Винт. – Они бы заговорили по-другому, если бы позволили мне поднять их в воздух…

– Это уж точно, – со смехом согласился Белый Рыцарь. – Красивый конец истории: «И они полетели навстречу закату».

– На самом-то деле… – Лицо гнома потемнело. – Ветер понес их к скалам, и они разбились насмерть. Гордая Аллайан так и не простила наглеца-гнома, а ее младший сын, своевольный Дебьянд, был прикован на сотню лет на вершине высокого утеса, терзаемый безумными ветрами. Ему было не привыкать – слишком сильно он любит проказничать…

– Откуда ты знаешь? – недоверчиво спросил Ильдиар.

– Марик Крылатый был моим прапрадедом. Дебьянд ему снова являлся, уже после того, как они начали свое путешествию по небу. У нас среди родовых сокровищ хранятся страницы его дневника странствий. Там говорится и о судьбе бога, что посмел пойти против воли могущественной властительницы неба и помочь гному.

– Да уж… Надеюсь, что мы-то не разобьемся.

– Надейся, человече, надейся, – широкая усмешка вернулась на толстое лицо капитана. Граф де Нот вздрогнул.

* * *

Восточный Дайкан

Гонец подъехал к северным вратам, где к городу подступал густой лес. Он очень торопился и на вопросы стражников бросил лишь:

– К графу! Срочно!

Решетка поднялась, и копыта застучали по вымощенной улице. Всадник проехал многочисленные кварталы и направил коня к замковой скале.

Там, на самом ее верху, он спешился и бросился ко входу в цитадель. Подбежал паж, подхватил под уздцы уставшего взмыленного скакуна и повел его на поводу к конюшне.

– Куда? – потребовали ответа стражники, скрестив перед носом гонца алебарды.

– Срочно, к его светлости! Новости не терпят отлагательств.

– Провести, – приказал командир стражи одному из своих воинов.

Спустя десять минут пути по запутанным галереям, лестницам и коридорам они дошли, наконец, до главной залы Дайканского замка. Стражник-провожатый стукнул кулаком в двери.

– Да! – прозвучал из зала взволнованный голос графа.

Двери отворились, и глазам гонца предстало такое многолюдство, что поначалу он подумал, будто граф, несмотря на грядущее нашествие, дает бал. Но присмотревшись к лицам и фигурам «гостей», гонец тут же отверг все мысли о ветрености графа. Здесь собрались командиры отрядов, маги, рыцари, советники…