Золотая империя - Шеннон Чакраборти

Мать одной рукой прихватила его за подбородок. «Тогда скажи им, что крокодилы каждый день хватают таких мальчиков, как они, и топят их в реке. Ты – моя кровь, и это то, что мы делаем».

Сад снова исчез, а затем боль пронзила все его тело, зубы, чешую и когти. Марид вселился в него на озере Дэвабада. Али выкрикнул свое имя, а потом помчался сквозь воду. Убей дэва, убей дэва…

Заливные луга Бир-Набата, грязь густо хлюпает между пальцами ног, источники пробиваются сквозь камни, чтобы закружиться в его ладонях. Снова Дэвабад – Цитадель в ту ужасную ночь, озеро, грозно восставшее за окном…

– Пожалуйста, – взмолился Али. – Только не это.

Коридор перед кабинетом отца. Дараявахауш ринулся на него, Али занес зульфикар, но словно невидимая рука остановила его и отшвырнула назад. Афшин вырвал клинок из его рук, пламя взметнулось вверх, и он обрушил меч. Мунтадир выскочил вперед, становясь между ними…

Бороться с этим было невозможно. Его ладони были прижаты к телу Нари, магия горела в крови, Себек рылся в его разуме… оставаться в сознании становилось трудно. И он снова почувствовал, как брат тяжело навалился на него, и снова услышал, как с его губ сорвался вздох. Слезы потекли по лицу Али, черные пятна поплыли перед глазами…

А потом Дэвабад исчез.

Он отдыхал у своих вод, греясь на теплом камне. Стоял погожий полдень, люди внизу по реке суетились на строительстве своих храмов, мужчины в белых набедренниках таскали камни. Его изображения были повсюду: на блестящих известняковых колоннах и резных статуях, – и это его радовало. Он был сыт их поклонением и кровавым хрящом, застрявшим в зубах – останки молодой женщины, которую он заманил на свою отмель.

Али замутило, но Нари под его руками зашевелилась. Вода потекла у нее изо рта, словно это он призвал ее, а затем Нари поперхнулась и закашлялась, силясь сделать вдох.

–  Нари. – Али краем глаза заметил, как Себек убрал руки. Он помог Нари сесть и перевернул на колени, когда ее вырвало. – Дыши, – прошептал он, поглаживая ее по спине, пока она жадно глотала воздух. – Главное, дыши. Все в порядке, с тобой все в порядке.

Она откинула голову на грудь Али, ее кожа все еще была ледяной на ощупь. Синева еще не сошла с ее губ, но она встретилась с ним взглядом, и Али испытал такое облегчение, что пришлось сдерживать себя, чтобы не навалиться на нее с объятиями.

– Али? – прохрипела она. Ее взгляд скользнул ему за плечо…

Себек положил руку ей на лоб, и Нари закрыла глаза.

Когда она обмякла у него на руках, Али круто развернулся к мариду.

– Что ты сделал? – воскликнул он.

Себек поднялся на ноги.

– Она просто спит, дэв, не бойся. Она не должна меня видеть.

Али еще трясло, пока он пытался осмыслить все, произошедшее здесь.

– Почему нет?

– Я обещал.

Это не был ответ на его вопрос. Али крепче прижал к себе Нари, надеясь, что ее ровное биение сердца его успокоит.

Себек продолжал изучать Али. Его светящиеся глаза будто обнажали Али до самого нутра, слой за слоем. Он склонился над ним, и Али замер, когда перепончатая рука взяла его за подбородок и тупой коготь коснулся метки на его лице. Он еле держался, чтобы не отшатнуться назад в отвращении. Кто знает, сколько людей погибло в этих лапах? Сколько еще было убито во славу Себека?

Когда марид заговорил снова, его голос звучал подобно воде, льющейся по камням.

– Ты тот дэв, в которого они вселились, тот, чьими руками убили фаворита Нахид, – произнес он с утвердительной интонацией.

Фаворит Нахид.

– Ты имеешь в виду Афшина? – уточнил Али. – Да.

Себек поджал серые губы. Али успел заметить ряды зубов, похожих на сломанные стрелы, торчащие во все стороны.

– Минутное промедление, – пробормотал марид. – Мгновение, чтобы почувствовать вкус вашей крови, и всего этого можно было бы избежать. – Сожаление наполнило его голос, первая, помимо гнева, эмоция, которую он позволил себя проявить. – Видимо, они были доведены до отчаяния. – Его коготь сильнее надавил на метку, натянув кожу до предела. – Так это было не твое решение, взять кольцо Анахид и принести его в мои воды?

Али вздрогнул. Как много видел Себек?

– Нет, – ответил он.

Жуткие глаза Себека сверкнули, и Али с трудом удержался, чтобы не подскочить на месте, когда его зрачки превратились в вертикальные щелочки, как у ящерицы.

– Значит, ты не знаешь, кто я?

В этом вопросе звучало такое напряжение, что влажный воздух отяжелел от него.

– Нет, – повторил он, потому что лгать существу, стоявшему перед ним, казалось невозможным. – Я не знаю, кто ты такой.

Себек резко, как хлыст, отпрянул.

– Тогда вам обоим лучше уйти, – холодно решил он. – Катеш говорила правду о фаворите Нахид. Мой народ находится перед ним в долгу крови, мы не можем причинить ему вреда, и у меня не получится защитить вас, если она приведет его сюда.

Фаворит Нахид. На мгновение перед Али всплыл образ Дараявахауша. Зульфикар, вырванный у Али из рук, кровь Мунтадира на его лице.

Пусть приходит. Али будет только рад встрече с убийцей брата. И они вдвоем закончат начатое.

Ничего ты не закончишь. Ты не смог даже меч против него поднять. Горькая правда растоптала его, заставив Али почувствовать себя ничтожным и бесполезным. Если Кандиша вернется с Дараявахаушем, Али конец – Афшин не повторит своей ошибки и в этот раз не отсрочит его смерть.

И тогда печать Нари и Сулеймана будет возвращена Маниже.

Али вздохнул, глядя на реку. У него упало сердце. От их лодки остались только щепки. Снасти и припасы, которые не утонули, сгорели. Вся их еда, все имущество. Али удалось сохранить свое оружие, но по сути они вернулись туда, с чего начали несколько недель назад, и все их труды пошли прахом. Хуже того: рядом не было ни города, ни деревни, ни сельскохозяйственных угодий. Ничто не указывало на присутствие поблизости людей, у кого они могли бы выменять на что-нибудь новую лодку или купить припасы. Вокруг не было ничего, кроме темной пустыни, не тронутой ни огнями джиннов, ни человеческими фонарями.

– Наша лодка разбита, – проронил он в отчаянии, обращаясь скорее к самому себе, чем к Себеку.

Марид снова взглянул на него своим долгим оценивающим взглядом, который, казалось, выворачивал наизнанку и перемешивал внутренние органы.

– Куда вы держите путь?

– В Та-Нтри, – ответил Али, борясь с головокружением. – Это родина моей матери. На юге, у берега моря…

– Я знаю, где находится Та-Нтри, – огрызнулся Себек устало. Он покачал взад-вперед крупной головой, становясь особенно похожим на крокодила. – Там она будет в безопасности?