Хозяин дома на утесе - Карина Пьянкова

Прозвучало как намек, что мы тут все вообще непонятно чем занимаемся вместо того, чтобы искать убийцу. И к моему великому стыду, нельзя было сказать, будто миссис Лоуренс целиком и полностью неправа. Мы действительно добились немногого.

— Мы приложим все возможные усилия и исполним наш долг, — ответили за меня.

Разумеется, это был Фелтон, который поглядывал на меня настолько довольно, что я поневоле приосанилась, хотя завуалированный упрек миссис Лоуренс изрядно пристыдил.

— Очень на это надеюсь, молодой человек, — отчеканила старая леди.

Она глядела на малознакомого ей мужчину с подозрительным прищуром, который комично смотрелся, искаженный толстыми линзами очков. Для нее Леонард Фелтон не казался кем-то хоть сколько-то значительным. Скорее всего, Агата Лоуренс отлично знала, что отдела расследований в Кроули возглавил внук лорда Фелтона, однако для нее детектив-инспектор оставался просто возмутительно молодым человеком, который не имел в нашем городке никаких достижений, а, значит, и не заслуживающий уважения и доверия.

Фелтон кивнул свидетельнице и посторонился, пропуская ее в коридор. В допросной остались только мы двое, я и шеф.

— Вы молодец, Мэллоун. Прекрасно себя показали, — услышала я похвалу, которая, кажется, была действительно искренней.

Щеки запылали от смущения и неописуемого удовольствия, которое доставили мне слова начальника.

— Ничего такого я не сделала, сэр, просто выслушала почтенную леди, — забормотала я по давней привычке. Обязательно нужно быть скромным, иначе никак нельзя.

Фелтон подошел ко мне поближе, практически дружески похлопал по плечу и произнес:

— Как раз и сделали. Никто не стал слушать якобы вздорную старуху, а вот вы приложили усилия и получили достаточно важную информацию. К тому же вы умеете слушать, Мэллоун, а это действительно редкий талант.

Я буквально наслаждалась каждым словом, которое превозносило меня. И как точка этой хвалебной песни прозвучало:

— Вы молодец, Мэллоун. И не стоит преуменьшать собственных заслуг, за вас это прекрасно сделают другие.

Тут уж и сомневаться не приходилось: многие мои коллеги, да и не только коллеги, постараются сперва опустить меня с небес на землю, а потом и ткнув лицом в грязь. Чтобы не возомнила о себе лишнего соседская девчонка Ливви.

— Спасибо, сэр.

Я подняла голову и с долей изумления поняла, что мы стоим слишком близко друг к другу, практически неприлично близко.

Глядя в глаза Леонарда Фелтона я на долю секунды почувствовала неуместное волнение, от которого сердце забилось быстрей. Однако странное волшебство рассеялось, и я снова почувствовала себя спокойно и даже расслабленно, как уже привыкла в обществе начальника.

— Мэллоун, вы лучше меня знаете местных жителей. Распределите между нашими сотрудниками имена, которые нас сегодня заинтересовали на кладбище. Если кто-то из покойных приходится родственником одному из наших коллег, мы сами будем проводить проверку.

Я кивнула, не просто соглашаясь исполнить приказ начальства, но и признавая его полную разумность и продуманность.

— Да, сэр.

Тут зазвонил мобильный телефон в кармане Фелтона. Тот, извинившись передо мной, вытащил надрывающийся гаджет и ответил на звонок.

— Ви? Что?

Кажется, звонок младшей сестры изрядно взволновал шефа.

— Ты уверена?

Видимо, ответ сестры мужчину не обнадежил, потому что он, бросив на прощанье, что вынужден уехать, понесся к выходу.

Только я успела разобраться с поручением начальства, как зазвонил телефон уже у меня самой. Шеф внезапно возжелал услышать подчиненную. Вообще-то, Леонард Фелтон был не из тех людей, что любят пустые разговоры, так что если уж набрал номер, то не без причины.

Лишний повод для волнения.

А если что-то случилось по дороге? Рана открылась? Просто плохо стало?!

— Да, сэр! — выпалила я с плохо скрываемой паникой, которая, разумеется, не укрылась от Фелтона.

— Мэллоун, у вас там все в порядке? — почти с такой же паникой спросил шеф.

Сразу дошло, что волнение мужчины было вызвано не тем, что происходит с ним самим, а тем, что могло случиться что-то здесь, в участке. Я сама умудрилась перепугать Фелтона.

— Да, сэр, у нас все в порядке, — усилием воли заставила я себя говорить более спокойно, как обычно. — Просто ваш звонок… Я подумала, с вами что-то стряслось по дороге.

Фелтон выдохнул, то ли с раздражением, то ли с умилением.

— Мэллоун, что бы вам ни наболтала Вайолет или тетя Ребекка, я все еще способен жить самостоятельно. Даже раненый. И не планирую погибнуть во цвете лет.

Нет, умом я это, разумеется, понимала… Но рациональная часть сознания пасовала, когда сталкивалась напрямую с волнениями и страхами.

— Я понимаю, сэр, — покаянно ответила я. — Но что тогда вам понадобилось?

Скорее всего, Фелтон не поверил в то, что «понимаю», но быстро перешел к насущным проблемам.

— Мне нужны вы как следователь и наши эксперты-криминалисты. В доме кто-то побывал, и хорошо бы вычислить этого наглеца. И донести в максимально доходчивой форме, что проникновение в чужое жилище — преступление, за которое последует адекватное наказание.

Прозвучало грозно до чертиков, я бы на месте злоумышленника уже бежала из страны, чтобы больше никогда не вернуться в Вессекс.

— Все сделаю, сэр, — отрапортовала я и кинулась исполнять поручение шефа.

Ну надо же… Проникли в Дом-на-Утесе! Я не знаю, кем нужно быть, чтобы так откровенно нарываться на Фелтона. С него станется и живьем закопать. А потом откопать и отдать под суд, чтобы неповадно было.

Как именно могли попасть внутрь дома, я уже догадывалась, наверняка воспользовались одним из потайных ходов. Где два — там и три, не так ли? А, может, и куда больше.

Но если моя догадка верна, выходит, кто-то знает дом лучше, чем можно предположить. И это уже опасно, учитывая, что вместе с Фелтоном сейчас живет его младшая сестра и миссис Стоцци, которые вряд ли способны постоять за себя.

На этот раз я посчитала, что и Тэйта Джонса хватит как криминалиста на месте преступления. В Доме-на-Утесе наверняка нет трупа, иначе бы шеф непременно сказал, значит Джонса ничто не шокирует, а в нормальных условиях он работает более чем хорошо.

Самолюбие приятно грело то, что в качестве следователя Фелтон пожелал видеть именно меня. Значит, я ему кажусь действительно профессионалом своего дела или, по крайней мере, я успела заслужить доверия начальника.

Тэйт Джонс, который намеревался провести этот рабочий день мирно попивая чай и не занимаясь вообще ничем общественнополезным, сперва даже не поверил, что ему действительно предстоит ехать домой к Леонарду Фелтону и собирать улики на месте проникновения.