В интересах государства - Алекс Хай

Брюнетка улыбнулась одними уголками губ. Все она прекрасно поняла, какую бы красивую ложь я сейчас не лил ей в уши. Понятно же, что дед и отец просто не хотели, чтобы нам осложняли жизнь издевательства других аристократов. А от них нам в гимназии и лицее было бы не скрыться.

— Ничего не имею против классического домашнего образования, — поспешил разрядить обстановку Фрейд. — Кроме того, как я понимаю, выпускные экзамены сданы на приличном уровне.

— Для Ириновской земской школы, — напомнила брюнетка.

Ну, в этом мире земская школа ничем не отличалась от общеобразовательной в моем. Те же одиннадцать классов, только программа немного другая. А гимназий и лицеев — мало. Так что, можно сказать, прежний Миша вполне себе нормально выпустился…

— Однако же вашему сиятельству наверняка известно, что до вступительных испытаний в Аудиториум допускаются кандидаты, обладающие восьмым рангом Благодати и ниже? — проскрипела дама-мышь. — Вы можете ручаться, что соответствуете требованиям? В ваших документах записан десятый ранг.

Я склонил голову в знак почтения.

— Боюсь, с тех пор кое-что изменилось. Насколько мне известно, существует процедура проверки. Я прошу о ее немедленном исполнении.

Фрейд благосклонно кивнул.

— Мария Александровна, извольте предоставить артефакт для оценки ранга. — Дама-мышь кивнула. — Зинаида Павловна, прошу вас зафиксировать показатели.

Ага, значит, брюнетку звали Зинаидой. Тысячу лет не слышал этого имени…

Ученая дама потянулась к шкатулке, аккуратно откинула крышку и извлекла из бархатных недр небольшой прозрачный шар.

— Это Око из горного хрусталя, — пояснил ректор. — Полагаю, вы уже сталкивались с подобными артефактами.

Я кивнул.

— Разумеется, ваше высокопревосходительство.

— Артефакт зачарован нашими мастерами и исключительно чувствителен к Благодати Осколка. Михаил Николаевич, извольте взять Око в руки и подержать несколько секунд. По цвету свечения мы определим ваш ранг.

Процедура привычная. Я бережно принял из рук Марии Александровны Око, отступил на шаг, оказавшись прямо напротив Фрейда. Дедуля благодушно улыбнулся. Нет, ну прямо Дедушка Мороз. А глаза добрые-добрые…

Око не светилось.

Я перехватил артефакт поудобнее, плотнее прижал ладони.

Ничего…

— Как же так…

Брюнетка кашлянула в кулак.

— Господа, быть такого не может, — ошарашенно прошептал я. — Это невозможно… Сегодня утром перепроверяли. Показывал пятый!

Теперь уже ректор позволил себе снисходительную улыбку.

— Михаил Николаевич, Артефакты, созданные в Аудиториуме, не ошибаются. Особенно этот. Он зачарован на улавливание даже самых тонких проявлений Благодати Осколка.

Осколка… Вот в чем дело! Выходит, родовой источник буквально вынес все остатки прежней силы?

— Мне будет позволено сотворить любое простейшее заклинание здесь, на ваших глазах? Я желаю доказать, что артефакт ошибается.

Ладно, значит, превратим все это в шоу. Жаль, зрителей маловато.

Женщины неодобрительно переглянулись с Фрейдом.

— Ваше высокопревосходительство, это не в правилах…

— Оставьте, Зинаида, — отмахнулся он. — Его сиятельство проделал долгий путь. Дадим юноше возможность.

— Благодарю, ваше высокопревосходительство.

Я закрыл глаза, обратился к силе — я чувствовал ее вибрации в теле, течение в крови. Она была со мной, все это время. Черпнул из источника самую малость, всего горсточку…

И сотворил идеального «Колобка». Молочно-белый, сияющий, этот шарик завис над моей ладонью.

Дама-мышь ахнула, приложив руку к груди. Зинаида застыла с открытым ртом, явно не веря собственным глазам.

— Что…

— Михаил Николаевич, кто научил вас творить «Колобки»? — удивленно произнес ректор.

— Честно — сам придумал, еще даже не зная, что это, — ответил я и медленно пустил шарик к ректору, словно мячик подал.

Фрейд коснулся его своей силой, заставил покрутиться, подпрыгнуть, а затем сжал между ладонями и погасил.

— Идеальная работа. Восхитительно. У нас ставят зачеты и за худшее исполнение. — Он бросил взгляд на Око. — Но как тогда объяснить отсутствие показателей?

— Позвольте мне объясниться, ваше высокопревосходительство.

Фрейд кивнул. Я шагнул ближе.

— Дело в том, что в нашей семье пробудился родовой дух. Я черпаю силу напрямую из родового источника. Поэтому ваше око не показывает мой ранг — оно настроено только на силу Осколков. Я пользуюсь…

— Иной, — выдохнул ректор. — Господи помилуй… Марья Александровна, скорее, несите универсальное око. Немедленно!

Дама-мышь на удивление проворно выскочила из-за стола и юркнула в боковую дверь.

— Если это действительно так, ваше сиятельство… Я буду рад видеть вас не только на вступительных испытаниях, но и в Аудиториуме. Уже сейчас. Удивительно…

— Немыслимо, — вторила ему брюнетка. — Но как это возможно?

— Наш род оказался крепче и древнее, чем мы предполагали, — обтекаемо ответил я. — Изменения случились со мной после гибели старшего брата. Когда я стал новым наследником. Возможно, дело в этом.

Фрейд медленно кивнул.

— В принципе, подобное возможно. Но это величайшая редкость!

Его глаза горели искренним интересом и страстью. Тем временем Мария Александровна вернулась с другой шкатулкой.

— Ваше сиятельство… Извольте прикоснуться, — с каким-то трепетом, даже благоговением, попросила она.

Я послушно взял другой артефакт в руки. «Универсал» почти мгновенно вспыхнул насыщенным рубиновым светом.

— Пятый ранг, — прошептал ректор. — Фиксируйте, Зинаида Павловна, все фиксируйте, голубушка!

Брюнетка принялась послушно строчить что-то в огромном гроссбухе.

— Ну, Михаил Николаевич, ну удивили! — внезапно рассмеялся Фрейд и вскочил из-за стола.

Я вздрогнул, когда он приобнял меня за плечи. Сила тут же ощетинилась, почуяв прикосновение чужой Благодати к разуму. Так, не дергаемся. Меня предупреждали, что могут считывать.

— Итак, хотя я готов взяться за ваше обучение уже сейчас, все же Аудиториум славится неукоснительным соблюдением правил. Поэтому вашему сиятельству все же придется пройти вступительные испытания наравне со всеми. И от того, какой результат вы покажете, будет зависеть зачисление. Увы, исключений мы не делаем даже ради Великих князей.

— Разумеется, — слабо улыбнулся я, мечтая стереть испарину со лба, — Я понимаю.

— Однако мне думается, что вы блестяще справитесь с заданиями! — поспешил заверить Фрейд. Так и не отошедшие от шока дамы синхронно кивнули. — А сейчас, увы, как бы нам ни хотелось продолжить общение со столь удивительным самородком… Боюсь, придется распрощаться до следующей недели.