Гостья с сюрпризом - Антонина Циль

— Бизнес! — в гостиной раздались звонкие девичьи голоса.

— Амита, Оза! — Юля распахнула объятья.

Девочки, зажмурившись, крепко к ней прижались. От них пахло ванилью и розовой эссенцией.

— Ты опять худая, — сердито сказала Оза, шмыгая носом. — Совсем худая! Так нельзя!

— Но вы же меня подкормите? — вкрадчиво спросила Юля. — М-м-м… какой вкусный запах! Дайте угадаю: у вас в корзинке мои любимые пирожные с розовыми лепестками.

— Где твой ребеночек? — заволновалась Амита. — Где твоя дочка?

— Наверху. Она скоро просне…

Со второго этажа донесся негодующий вопль.

— Проснулась. Пора познакомиться с Агатой, — Юля подмигнула девочкам и пошла наверх. — Поможете мне?

Амита и Оза поспешили на второй этаж. Юля приложила дочку к груди. Агата сосредоточенно зачмокала.

— Как ты думаешь, она нас помнит? — спросила Оза подругу, трогая крошечный младенческий кулачок.

— Конечно, — уверенно ответила Амита. — Посмотри, она глядит прямо на тебя. Ты больше всех ее понимала.

— Скоро она узнает вас еще лучше и полюбит еще больше, — пообещала девочкам Юля.

… Кута устроила целый обряд с окуриванием младенца благовониями, пропеванием мантр орочьим богам и молитвами (от сглаза, внимания нечисти, болей в животике, потницы и много другого). Юля была не против. Она уже не просто верила в магию — она познакомилась с ней весьма близко, пропустив через себя дар дочери.

Танеер покинул гостиницу поздним вечером. Перед уходом он уловил момент и поцеловал Юлю таким чувственным поцелуем, что у нее подкосились ноги.

— В тот день, когда я понял, что мы навеки соединены Судьбой, — сказал Эйлан, — я отдал приказ о закладке нового дома, для себя… и своей семьи. Строительство не прекращалось ни на один день, дом почти готов. Он расположен в прекрасном месте, недалеко от Э-лон-хейма, но в стороне от шумных трактов. Я вырос в тех местах, это моя земля. Воздух там сладок, как мед, на лугах растет сочный клевер, в лесах много дичи, а в реках рыбы, и люди в окрестных селениях до сих пор помнят моего отца и его щедрость. Любимая, мне не терпится показать тебе наш будущий дом. Там хватит места всем твоим друзьям, если ты захочешь взять их с собой. Но… если ты пожелаешь остаться в столице… — поспешил добавить Эйлан. — Я знаю, каким деятельным человеком ты являешься и не хочу лишать тебя твоих проектов…

— Все будет хорошо, — Юля ласково улыбнулась встревоженному мужу. — Я уверена, что мы найдем компромисс. Я все больше убеждаюсь в твоем безграничном ко мне уважении и хочу ответить тем же. Ты столько сделал для нас с Агатой, а я… я немного устала от забот и добывания средств к существованию. К тому же, теперь мне не нужно отчаянно искать способ обеспечить Агату и не дать Старейшинам выдать меня замуж. Я хочу увидеть наш дом. Держу пари, я полюблю его с первого взгляда. Я уже люблю его! Это ведь… НАШ дом! А что касается моих проектов, не думаю, что буду скучать там, где есть люди с их проблемами и нуждами.

Юля весело рассмеялась. Успокоенный Танеер пообещал, что постарается уладить свои дела и некоторые бюрократические моменты, связанные со статусом «госпожи Фэреер», а затем вернется, чтобы обсудить свадьбу. Юля обещала ждать.

Она разобрала почту, с удовольствием прочитала записки от Аввы и Агнетты, поразмыслила над тем, что предпринять в связи с «делом Лилии». Юля не собиралась бросать молодую вдову… если, конечно, та еще готова была принять запоздалую помощь.

Прежде чем пойти спать, Цила повела подругу на кухню и с гордостью показала ей… пыхтящую в углу посудомоечную машину, прототип номер два на магическом кристалле. Впрочем, это была уже вполне реализованная модель, доведенная до ума мастерами Долормами, отцом и сыновьями — с баком, подачей горячей воды и системой самоочищения.

— Твоих рекомендаций и чертежей хватило, а остальное додумал господин Торл Л’Ланиль. Он просит разрешения выкупить у тебя эти… акции и патент. Обещает каждый год поставлять нам новую модель.

Юля хмыкнула. И не стала сразу отказываться от предложения альва-инженера. Все прежние задумки, которые увлекали и бодрили ее, с появлением Агаты отступили на задний план. Но это не означало, что живой ум «Странницы» перестал генерировать идеи. Теперь Юле хотелось разработать косметику для мам и младенцев (которой ей не хватало самой) и наладить выпуск канцелярских товаров, вроде карандашей и блокнотов. А еще неплохо было бы придумать удобный фасон платья для беременных.

— Сколько он дает? — спросила она.

— Семь тысяч золотых «орлов».

— Это серьезные деньги. Но раз господин Л’Ланиль предлагает стоимость целого дома, он уверен, что предприятие окупится. Мне надо подумать. Скорее всего, я соглашусь. Я не сильна в технике, меня сейчас больше привлекает разработка полезных мелочей для дам.

Цила помогла Юле укачать Агату. Баюкая малышку, она продолжала шепотом рассказывать последние новости:

— А наша-то госпожа Ол-Анеер выходит замуж.

— За кого? — ахнула Юля.

— За того врача, что лечил девочек из приюта. Он был настолько под впечатлением от душевных качеств Аввы, что продолжал ходить к ней в пансион, несмотря на сравнительно небольшие гонорары.

— Мне он показался хорошим человеком.

— Он откроет кабинет недалеко от пансиона и поможет Авве в ее нелегком деле. Осенью часть девочек идет в школу. А я…

Цила смущенно замолкла. Юля хитро прищурилась:

— Ну, договаривай, раз уж начала. Я же вижу, как ты изменилась. Все время отвлекаешься и заливаешься краской. Ты влюбилась?

— Я, кажется, скоро выхожу замуж, — пролепетала Цила. — Это средний сын мастера Долорма, Авек.

— Такой… высокий и смуглый? — подпрыгнула на кровати Юля. — Очень симпатичный!

— Я не виновата. Он первый начал, — сердито призналась Цила. — Авек занимался сетками для машинки. Мы с ним вначале больше всего ругались, уж очень он упрямый. Но мне ведь как женщине виднее! В общем, я настояла на своем, а он… подарил мне цветы. Потом пригласил на танцы… ну и…

Юля поспешила задать главный, по ее мнению, вопрос:

— Как он относится к Эни?

Цила гордо вскинула подбородок:

— Он ее удочерит. Ему плевать, что она ведьмочка. В их семье к магически одаренным девочкам относятся совсем по-другому. Долормы видят пользу во всем и в каждом. Они верят, что любой человек таков, какой он есть, по божеской задумке. Мне нравится их семья. И мне нравится Авек. Очень. Я его люблю.

— Тогда я спокойна. Завтра же навещу Авву! Она прислала мне письмо, такое доброе и радостное! Как хорошо, что у меня столько подруг и что они счастливы, как я!

… Эйт и Эйр прилетели на следующий день, принесли новости из скального замка. Альвы продолжали разбирать библиотеку, Конар по-прежнему служил средством передвижения, а Глэней стала проводником между его сознанием (пусть не полностью разумным, но обладающим достаточно высоким интеллектом) и людьми. Альвы позволили Глэней забрать себе несколько книг по целительству.