Купите даме монстра - Алёна Сокол

Влад перенёс нас ко мне домой. Глянув на хмурого дракона, я отметила, что слова Бруни задели не только меня. Думаю, она просто озвучила то, о чём он не решался даже подумать. Если по какой-то причине – и я ни за что на свете не собираюсь этой причиной становиться – Влад не сможет занять трон наследника, он умрёт от тоски в этом мире.

Однако глупо спешить с преждевременными выводами – для начала нужно во всём разобраться. Только вот главный объект моих желаний хмурится, словно грозовая туча. Того и гляди сверкнёт молния, и начнётся ураган. Нужно срочно что-то предпринять.

Я замерла, осенённая внезапной мыслью.

– Погоди минуточку! Ты и раньше мог меня перенести из фургона в любое место!

Влад слегка опешил, а затем его губы расползлись в хитрой ухмылке.

– Мог.

– Так почему же не переносил? – я сузила глаза, ожидая ответа.

– После торгового центра я решил, что тебе не нравятся порталы.

Вот же хитрец изворотливый!

– Ладно. Теперь официально заявляю, что отныне я – обожатель порталов.

– И куда желает отправиться мой обожатель порталов? – Влад приблизился вплотную, оплетая руками талию.

– В прошлое, – прошептала я.

Влад вмиг стал серьёзным, касаясь горячими губами моего лба. Вдохнув поглубже, он уточнил:

– Что ты хочешь узнать?

– Правду, – честно ответила я. – В последнее время всё так запуталось, что я теряю связь с действительностью. К тому же теперь, когда мы, вроде как, решили связать наши жизни, будет лучше, если ты перестанешь пытаться отгородить меня от всего, что кажется тебе опасным.

– Хорошо, – он отстранился, устало потирая глаза – за окном давно господствовала ночь.

– Хорошо? Вот так просто? – не веря собственному счастью, я последовала за Владом.

– А почему нет? – он направился к кухне, где по-хозяйски набрал в чайник воды и щёлкнул выключатель. – Ты права. У нас не должно быть секретов друг от друга. Спрашивай.

Я приосанилась, размышляя, в чём подвох. Разве может быть, чтобы мужчина так легко соглашался с женщиной?

– Расскажи мне про Бруню, – попросила я, забираясь на стул с ногами.

– Бруня-Бруня-Бруняша, – вздохнул Влад, колдуя над двумя кружками.

Сейчас, когда он стоял ко мне в полоборота, я могла рассматривать его без зазрения совести, получая совершенно особое удовольствие от его ловких движений, от уверенности, с которой он хозяйничал на моей кухне…

– Бруня моя младшая сестра, но ты ведь уже догадалась, да? – он поставил передо мной чашку с ароматным чаем и тарелку с бутербродом и уселся напротив.

– Мгм, – промычала я, откусывая внушительный кусок. – Мне, пожалуйста с того места, где ты определил её в монастырь – так она, кажется, сказала?

***

Монастырём, как оказалось, Бруня называла Орден Огня, куда, по мнению змейки, её сослал бессердечный отец по совету «заботливого» братца. А на самом деле… на самом деле всё оказалось немного сложнее.

Влад, потупившись, теребил чашку, так и не притронувшись к остывшему напитку. Страдает, убивается, бедняжка.

– А ты не думал рассказать ей правду? – на всякий случай уточнила я.

– Ты что?! – предсказуемо возмутился Влад. – Бруня не должна знать! Это разобьёт ей сердце. Окончательно.

– Ну не знаю, по мне так лучше горькая правда. Разве нет?

– Тут другой случай, – покачал головой Влад. – Ты обещала молчать!

– Мне-то что, – обиженно фыркнула я. – Это ваши семейные дела. Разбирайтесь сами.

– Я не о том, – Влад положил тёплую ладонь поверх моей. – Ты тоже практически часть нашей семьи. Просто я так долго молчал, что, кажется, это уже и не важно.

– Серьёзно? А мне кажется, она должна знать, что Орден был для неё спасением, а не ссылкой. И что близкие люди на самом деле заботились о ней, а не «избавлялись от ненужной проблемы».

Влад прищурился, обдумывая мои слова. Неужели до него дошло, что его благородство только вредит сестре. Она уже большая девочка и в состоянии оценить ситуацию. По крайней мере, мне так казалось.

Хотя я могла понять и Влада. Я бы на его месте тоже пыталась защитить близкого человека от того, что может причинить ему боль.

Пусть Бруня и не отличалась ангельским характером – до сих пор помню её пальчики на моей шее, – но то, что ей пришлось пережить, признаться, заставило по-другому взглянуть на маленькую бестию.