Святая сестра - Марк Лоуренс

Нона знала, что ей нужно найти своего врага, прежде чем он возьмет и сформирует свою силу и превратит ее в пепел. У нее не было никакой защиты. Даже если бы она смогла сделать достаточно шагов и собрать достаточно энергии, чтобы пересилить его одежды, — а она знала, что не сможет, — у нее не было времени. Маг сойдет с Пути и уничтожит ее прежде, чем это произойдет.

Сестра Сковородка научила Нону, что, когда квантал бежит по Пути, он находится не в каком-то одном месте, а, скорее, по всей его длине. Когда что-то не имеет ни конца, ни начала, оно также не имеет и середины, и вскоре ты начинаешь понимать, что, если нет способа определить, где ты находишься, то, во многих отношениях, ты находишься повсюду, вдоль всей его длины.

Это, сказала Сестра Сковородка, и есть ключ к тому, чтобы найти своего врага. Это просто требует понимания того, что нет другого места, где он мог бы быть, кроме как перед тобой.

Нона никогда не была уверена в этой логике и не могла утверждала, что понимает Путь, но она верила древней женщине, которая учила ее с таким терпением, и каким-то образом, здесь, на самом Пути, она поняла, что каждое слово было правдой.

Веры оказалось достаточно. Она увидела впереди мага Скифроула, идущего к ней по лучу извивающегося света, теперь ставшего таким же узким, как труба, по которой послушницы шли по меч-пути. Она видела скорее его идею, а не личность, выгравированную потоками энергии Пути.

Сестра Сковородка много рассказывала о состязаниях на Пути, но никогда не позволяла послушницам практиковаться, поскольку такие состязания почти всегда были фатальными для проигравшего. Спрыгнуть с Пути и овладеть тем, что ты взял, было достаточно трудно, но если тебя с него сбросили... Это делало задачу намного сложнее. Большинство кванталов Путь-ходоков избегали таких дуэлей, потому что они часто оказывались смертельными не только для проигравшего, но для обоих. Сестра Сковородка сравнила это с борьбой на канате. Не так уж трудно заставить упасть противника, но самому не упасть вслед за ним почти невозможно.

Образ приближающегося Путь-мага, сформировавшийся у Ноны, сказал ей, что противник глубоко погрузился в медитацию, которую маги использовали, чтобы найти свою безмятежность, и продвигается осторожными шагами. Он шел по Пути так, как учила Сестра Сковородка, как и все кванталы, которых знала Нона. Сестра Сковородка за все свои годы не встречала другого человека, который бросался бы на Путь и мчался бы по нему с таким пренебрежением. Теперь Нона надеялась, что каким-то образом ее спасет скорость.

Нона бросилась вперед с той безрассудной поспешностью, с которой всегда выходила на Путь, обхватив себя растущей силой, как плащом. Маг увидел ее только в последнюю долю секунды, оторвав взгляд от изучения дороги перед собой, в его глазах застыли шок и ужас.

Последовал удар, тяжелый, как столкновение миров, и, одновременно, легкий, как мгновенный холодок от проходящего облака. Нона знала, что стоит на Пути и в то же время летит с него во все стороны, ее кости падают и горят. Падать или не падать. Выбор. Ее ровный бег сбросил мага с Пути, она вывалила половину своей энергии ему на колени и замедлилась, но отклонилась совсем не намного. Тем не менее, ее равновесие ускользало от нее с каждой долей секунды, и, так же как на монастырском меч-пути, она знала, что ошибка будет расти с каждым шагом, пока она не упадет. Она сделала еще два шага и, по собственному выбору, спрыгнула с Пути.

Ее бег по Пути почти не занял времени. Чайник и Бента преодолели половину расстояния до первого из мягкотелых. Метательные звезды висели в воздухе между ними, лениво вращаясь. Нона увидела, что Путь-маг начал падать. Яркие разряды бело-голубой энергии вырвались из его кожи, лицо начало искажаться от ужаса.

Даже пока Нона изо всех сил пыталась овладеть энергией Пути, бушевавшей в ней, беспорядочные резонансы, пульсировавшие между ней и магом, подтвердили, что он не смог сделать то же самое. Сброшенный со страшной силой с Пути, он потерял равновесие, не в силах сдержать то, что взял. И хотя сигилы на его мантии, стоившей полгорода, были способны отразить самый сильный разряд силы, который могла бросить Нона, защита не могла спасти его от самого себя.

Нона впитала в себя все, что дал ей Путь. Ее кожа хотела покрыться волдырями и пузырями, ее кости хотели воспламениться. Она выкрикнула свое отрицание и бросилась на спину Чайник. Она опустила монахиню на пол в ярде от первого из мягкотелых. Легендарная бесстрастность мягкотелого дала трещину при виде того, как один враг сражается с другим. Бритые брови поднялись в мгновенном удивлении. Нона дрожала от едва сдерживаемой силы, бледно-фиолетовое пламя лизало ее кожу, а версии ее самой продолжали пытаться вырваться и пойти своим путем. Она втащила их всех обратно. От боли ей захотелось упасть в обморок, но было слишком жестоко позволить себе такое облегчение.

Со всхлипом Нона использовала рожденную Путем силу, чтобы бросить Чайник одной рукой, направив ее как кеглю так, чтобы сбить с ног Бенту, в то время как второй рукой она срубила первого мягкотелого, который пытался перехватить ее. Обе Серые сестры, кувыркаясь, полетели к стене шатра. Путь-маг уже сиял ярче дня, содрогаясь от силы, которую не мог сдержать. Нона последовала за подругами, ее ноги оставляли глубокие борозды в земле, пока она пыталась ускориться. Боль-палочка хлестнула по ней, но невидимая броня Пути отразила удар.

Взрыв позади Ноны раздался в тот самый момент, когда она приземлилась на своих сестер, все еще лежащих на траве. Она раскинула руки, когда ударная волна прокатилась над головой. Свет, более белый и интенсивный, чем солнечный, осветил материал стен шатра, когда ударная волна разорвала их на странные геометрические узоры. Мгновение они висели там, а в следующее исчезли. Взрыв, рассеявший Путь-мага, превратил периметр охраны снаружи шатра в красный туман, а затем выстрелил этим туманом в окружавшую его армию, которая упала, как кукуруза перед косой, на пятьдесят ярдов со всех сторон. Мгновением спустя склады масла взлетели на воздух с громким уф, огненная буря закружилась в небе вокруг катапульт.

Вокруг них лежала выжженная и дымящаяся земля, единственная зелень осталась там, где лежала Нона, закованная в броню энергии Пути. Она оплакала потерю мантии Путь-мага. Если бы он вывернул ее наизнанку, то та могла бы уцелеть. Со стоном она скатилась с Чайник, которая, в свою очередь, скатилась с Бенты. Энергия Пути все еще горела в ней, требуя освобождения.

Они лежали почти в середине круга уничтожения. Нона никогда не видела, чтобы кто-то шел по Пути и не сумел овладеть тем, что взял. Она больше никогда не хотела это видеть.

Она обрела дар речи.

— Возвращайтесь к остальным. — Неразбериха скроет их побег.

Не дав ни одной женщине возможности ответить, Нона вскочила на ноги и ровными шагами помчалась к отряду Скифроула, скопившемуся у основания огромной стены Истины. За последние три года интенсивного обучения под руководством Сестры Сковородка, Нона научилась всем всевозможным способам формировать и овладевать силой, которой Путь заполнял ее. Она все еще не могла пройти по Пути дважды за два дня без огромного риска, и поэтому стремилась использовать с пользой то, что у нее было сейчас.