Падение драконов - Кристиан Камерон

повозок, и его прибытие стало еще одной крошечной победой. Габриэль посчитал в уме и понял, что Изюминка приведет основные силы в Арле за восемь или девять дней до открытия врат — на день позже его собственного отряда. Кларисса сосредоточилась на сборе урожая в Арелате, это зерно нужно было всем.

Подручные Эша напали на крупный морской порт Галле, а значит, Эш тратит силы на морских чудовищ. Прочитав письмо Бланш, Габриэль сразу оценил последствия репатриации тысяч этрусских крестьян и бывших солдат, захваченных Некромантом. Его передернуло при мысли, что он не подумал отправить их туда, где они могли бы себя прокормить.

Он поцеловал письмо.

Затем появился Ион Ганг с табуреткой и совал ее под ноги императору, пока тот не сел. Монтеверди, его трубач, раздобыл горячую воду. Принесли другую табуретку для Эткорта, который очень обрадовался — ему было уже за сорок.

До рассвета Габриэль успел побриться и надеть чистую рубаху под засаленную куртку. То же сделали Эткорт и Том Лаклан. Все пожитки погрузили на пару лошадей. Тоби продолжал тренировать Анну, хотя ей это было не так уж нужно. Габриэлю хотелось вмешаться, но вместо этого они с Эткортом надели перчатки, взяли мечи и баклеры и обменивались ударами, пока их тяжелое дыхание не заклубилось облачками в горном воздухе. Том Лаклан объезжал войска на лошади, вернулся и спешился. Он был уже в доспехе, но тоже взял баклер.

Явился отец Франсуа — босой, в коричневой рясе — и отслужил мессу для командного состава. Габриэль за это время отправил трех птиц и двух гонцов-людей, одним глазом следя за причастием, другим — за птицами. Дю Корс стоял через один горный хребет к северу, в сопровождении тысячи галлейских рыцарей. Павало Пайам — в двух хребтах к югу, примерно с двумя тысячами мамлюков и слуг и таким же количеством лошадей. За последние несколько часов, с новыми отчетами, задача армий изменилась. Вместо похода в Арле и спасения ворот им предстояло медленно ехать через южные равнины Галле, по возможности откармливая лошадей для следующих боев и давая людям отдохнуть. Арле был его складом, и время, проведенное там, истощало резервы.

— У нас есть неделя, — сказал он Тому Лаклану, когда они намахались мечами.

— Ребятам нужно перевести дух. А где Сью?

Габриэль приподнял бровь.

— Вчера вечером была в Арле.

— Ага, ага. Это приятно, — Том замолчал, будто смутился. Такое случалось редко. — Допустим, мы выиграем, — сказал он после паузы.

— Конечно, — Габриэль улыбнулся.

Анна Вудсток и Монтеверди переглянулись.

— Я хочу… что-нибудь, — сказал Том своему императору.

— Что за что-нибудь?

— Титул графа Восточной стены. Ну, или северного Фраке. Все равно.

— Эй, ты же гуртовщик!

— Это Гектор был гуртовщик. Он был отличный мужик и хороший боец, но весь его мир ограничивался холмами и гостиницей. — Том посмотрел на далекие равнины Галле. — Я хочу жениться на Сью.

— Том! — От удивления Габриэль натянул повод.

— Не делай все еще хуже, — ухмыльнулся Том.

Габриэль улыбнулся в ответ и понял, что каким-то образом в свои двадцать три стал одним из тех мужчин среднего возраста, которым нравилось слышать, что другие женятся.

— Просто, Габриэль, я же ничей не король, ни герцог, ни граф, ни барон. Гуртовщик — это всего лишь работа.

Том по-настоящему покраснел.

— Как и император, — заметил Габриэль. — Ничуть не лучше гуртовщика, у Бланш спроси. В основном она занята перегоном скота.

— Ага, — рассмеялся Том. — Я это понял, когда Кронмир выспрашивал у меня про коров. Я очень боялся, что ты меня отправишь их перегонять.

— Я думал об этом.

— Я люблю командовать людьми. И драться люблю, но я вроде как подустал от всего этого. — Том скривился. — Никогда не думал, что такое скажу, но все это гроша ломаного не стоит. Вот и все.

— Я понял тебя, — кивнул Габриэль. — Дай мне несколько дней. Я думаю, из тебя получится отличный граф Восточной стены, но я совершенно не уверен, что у нас будет Стена, когда все это кончится. И я не уверен, что пришедшим из-за Стены нужны какие-то господа. Или вообще кому-то.

— Брось эту ерунду насчет прав человека, Габриэль. Ты же сам знаешь, что ты кровавый тиран и развязал эту войну, а иначе было никак. Люди умеют жить без господ не лучше, чем плавать в пламени.

Габриэль сжал зубы.

— Ты что, в повстанцы решил податься? — засмеялся Том.

Габриэлю пришлось улыбнуться.

— Я хочу оставить после себя систему, которая позволит пережить следующие несколько раз без всего этого…

— Ну, мне это не грозит. Для меня — алый меч и яркий закат. — Он вспомнил эпическую поэму. — Ладно. Ты сделаешь Сью леди?

Габриэль подумал, что это наверняка мечты самого Тома, а вовсе не Сью, и улыбнулся.

— Том, я бы тебя герцогом Луны сделал, если бы ты захотел.

— Вот теперь я слышу своего капитана!

— А Сью уже леди, титул ничего не изменит. Но, может, надо дать титул каждому из вас? А не одному тебе?

Том редко задумывался о всяком там равенстве.

— Хм. Ну, может быть. Вообще, я как будто слышу, как она на меня орет.

Глава 6

ЭДНАКРЭГИ — АНЕАС МУРЬЕН

За это лето, которое оказалось самым тяжелым в его жизни, лето, за которое он потерял земли предков, лето, когда погибли отец и мать, лето постоянных войн, ран, усталости и невзгод… Так вот, за это лето самым тяжелым оказался день после нападения Эша.

Повсюду лежали мертвецы, и их приходилось хоронить в мокрый песок и гнилые листья, и легионы хищников и пожирателей падали притаились в вечерних тенях, чтобы попировать на трупах. Легионы Кевина Орли прямо сейчас никому не угрожали, в отличие от волков, койотов, воронов и даже енотов.

А помимо неприятной работы по вытаскиванию мертвецов из корней деревьев и высоких ветвей, куда их забросили вода, огонь и колдовство, кроме изнурительного рытья могил в топкой почве и бесконечного выбирания из нее маленьких камушков, надо было еще спасти уцелевшие припасы от ветра, воды и хаоса. Тонны колотого гороха мокли в прозрачных озерных водах, акры влажного холста хлюпали, как льняные медузы на пляже после шторма.

А еще существовала угроза нападения со стороны Орли, и необходимо было доделать лодки, наполовину законченные или едва начатые, плавающие в спокойных водах озера.

Анеас успевал повсюду, Нита Кван и Ирина тоже. Смотрит на Облака лежал без сознания, завернутый в одеяло, и стучал зубами. Скас-а-гао сидел рядом с ней, пытаясь ее вылечить. Глаза подменыша оставались полуоткрытыми, кожа