Становление - Леон

Я не хочу втягивать Туну в политику, что всегда преследует «больших ребят». Хватит и того что ей придётся участвовать в том, что я запланировал. Да и полюс — в этом случае она может стать рычагом давления на меня. Заложником и гарантией что я не переметнусь к конкурентам. В отличие от меня — Туна не бессмертна, и возрождение её не ждёт. А посему — на. ер кланы.

Тряхнув головой чтобы отогнать некстати вылезшие мысли, я перевёл взгляд на фею. Та с интересом теребила артефакт, в очередной раз пытаясь вызвать окошко от системы. Понаблюдав за этим какое-то время, я хмыкнул и стал вслух зачитывать описание. Периодически я прерывался, чтобы объяснить малышке некоторые непонятные ей моменты, или же просто строя предположения о возможном применении маски.

Попутно я отдал приказ, забравшийся довольно далеко Вурдалачке, возвращаться к лестнице, поскольку у меня появилась небольшая идейка относительно неё.

Часа через два, когда я перебрал не меньше трёх десятков предметов из кладовой, читая их описание для феи, я решил что уже достаточно отдохнул и можно приступать.

В очередной раз повторив свой нехитрый маршрут, я слегка приподнял крышку люка и уже давно ожидавшая этого Вурдалачка, проворно забралась мне по руке на плечо. Сидевшая там-же фея, от неожиданности слетела, издав при этом очень странный звук, напоминающий нечто среднее между писком и звоном колокольчика. Ничего подобного я раньше от неё не слышал.

— Что? — покраснела она, поняв что я смотрю на неё — Я испугалась, просто.

— Ничего. — поскольку она очевидно смущалась, я решил не заострять на событии особого внимания — Извини, в следующий раз предупрежу.

— Так, зачем ты позвал её? — попыталась сменить тему Туна — Хочешь напасть на кого-то на поверхности?

Вместо ответа я прочитал ей описание Вурдалачки, особое внимание уделив обвинениям себя в небрежности.

— Это… обидно. — пару мгновений фея рассматривала обращённую, о чём-то напряжённо размышляя, а потом внезапно вскрикнула — Я поняла! Ты хочешь принести её на алтарь, чтобы там… изменить?

— Именно. — кивнул я — Но ты не бойся, я уже вполне отдохнул. И моё обещание всё ещё в силе: я остановлюсь раньше, чем моя крыша начнёт ехать.

На это фея лишь молча кивнула. Я почувствовал себя немного виноватым, поэтому до алтаря мы шли в неловком молчании.

Разобраться в причинах нестабильности красы было неожиданно легко — остатки энергии жизни в ней не только не подавились силой смерти, но даже стали наращиваться, с перспективой обволочь созданные мной крюки и впоследствии занять лидирующую позицию. Как говориться — жизнь всегда найдёт дорогу.

И да — это означает, что рано или поздно Вурдалачка смогла-бы снова стать живой. Уровню так к двухсотому — двухсот пятидесятому.

Впрочем, не со мной в качестве хозяина. Если у оставшийся в ней жизни есть лишняя энергия, значит эту энергию нужно пускать в дело. Подбавив собственной энергии, я стал формировать уже не раз доказавшее свою эффективность плетение в виде сетки. Поплотнее обернув им жизненную энергию крысы, я создал копии имеющиеся крючков, но с наружной стороны. В этот раз я сделал крюки куда более подвижными.

Когда с подготовкой было законченно, я приступил к осуществлению своей основной идеи и проделал в сплошной сетке небольшое отверстие. Природа Жизни какова, что её энергия в первую очередь будет искать наиболее простой путь. Это гарантирует что излишки жизненной силы будут проходить исключительно через оставленный мной проход. А если знать где проходит энергия, то можно с лёгкостью её направлять. Чем собственно и займутся новые крючки.

Раз жизнь пытается обернуться вокруг созданного мной плетения, то смысл мне ей препятствовать? Вот только делает это путь исключительно под моим присмотром: гибкие крюки моментально подцепят энергию, растянут её, и насадят на соседние, чтобы те, в свою очередь протянули её ещё дальше. Тонкая, и растянутая до состояния практически полного уничтожения, энергия жизни станет невероятно податливой, словно уже разогретый руками пластилин — лепи что, и как хочешь.

Закончив я, по уже состоявшийся традиции, залил в своё творение побольше энергии, укрепляя его, и добавляя всем процессам стабильности, чтобы избежать повторения случая с маской.

Перейдя на обычное зрение, я вместо крысы обнаружил в паре сантиметров перед собой взволнованную мордашку Туны, которая, почувствовав что я закончил, на крейсерской скорости подлетела ко мне.

— Леон! — крикнула она так громко, что я даже вздрогнул — Ты в порядке?

— Конечно. — несколько ошарашенно ответил я — В полном. Даже на мозг ничего не давит. Я же ведь обещал, что закончу без рисков для психики.

— Но… ты сидел так долго. Я думала что что-то случилось…

— Долго? Мне показалось что прошло минут пятнадцать, от силы полчаса.

— Ты сидел где-то часов пять, примерно. — произнёс Арсений заходя в подсобку.

— Сколько?!

— Вот-вот. И ты говоришь, что ничего не чувствуешь?

— Ничего. Абсолютно. Как я и сказал, я в полном порядке.

— Странно.

Я замолчал, пытаясь лучше прислушаться к своим ощущениям. Однако как ни старался никаких проблем не обнаружил. Но почему я тогда так долго работал?

— Кстати говоря, Арсений я тут одну масочку сварганил. Думаю тебе понравиться.

Я протянул артефакт торговцу. Как обычно он стал использовать над ней какие-то заклинания, пытаясь понять её свойства. С немалым самодовольством я наблюдал как его, слегка скептическое лицо, с каждым мгновением изменяется на всё более впечатлённо-удивлённое.

— Ну?

— Ты прав. Мне понравилось. Скажу откровенно: далеко не каждый профессиональной артефактор сможет создать нечто подобное. А ведь ты на профессионала явно не тянешь, уж прости за правду.

Арсений замолчал, задумчиво меня осматривая. Отгадать его мысли несложно, всё же он торговец до мозга костей:

— Продумываешь, что можно стребовать с кланов за мою тушку?

— Да. — не стал отнекиваться он — И честно говоря, вариантов очень много. И все как один невероятно выгодные и заманчивые.

— Но?… — несмотря на его слова лёгкая улыбка на его лице говорила сама за себя.

— Но получить эту выгоду я смогу в любой момент. Например когда ты решишь покинуть город.

— Ага, — в тон ему сказал я — и заодно убедишься, что я не сбегу к конкурентам.

— И это тоже.

Сказанное им не стало для меня новостью: в конце концов, нас ничего не связывает,