Дракон цвета смерти - Галина Дмитриевна Гончарова

— Каэтана, ты…

— Я, а кто ж тебе еще?

— Почему ты мне помогаешь? И… почему мы здесь? И драконы?

Ага, дошло наконец! И Виолу заметила. Та как раз сворачивалась калачиком в уголке. Второй раз Флоренсия в обморок не упала, но глаза закатывала активно. Пришлось похлопать по щекам и еще напоить водой.

— Потому что это пещеры драконов, — что врать я уже продумала. — Фло, ты знаешь, что мой отец ученый и изучает драконов?

— Эммм… кажется, слышала.

— Но тебе на это было плевать, правильно?

— Ну… — хватило у девчонки совести смутиться. Я махнула рукой.

— Все нормально. Мой отец ученый. И ему нужны данные о драконах. Только они с эсом Чавезом не в ладах.

— Ага… — протянула Фатима, явно ничего не понимая. Виола смотрела хитрым взглядом из-под ресниц. Она точно знает, что я вру, но разоблачать меня не станет.

— Поэтому я обратилась к эсу т-Альего.

— Ага…

— Открыто он мне помогать нее может, ты помнишь, какая у него жена? Она его даже к дракону ревнует!

— Д-да…

— Вот. Я к нему ходила за новыми данными, — помахала я в воздухе своим блокнотом. — Возвращаемся мы по-тихому, а тут ты повеситься решила. Эс Хавьер тебя, конечно, снял, но мы решили не поднимать шума. Мало ли какие у кого обстоятельства?

— Поняла.

— Мы тебя притащили в пещеру к драконам. Вот тут и драконы. Поняла?

— Ага.

— Ночь нам придется провести здесь, с утра пойдем в общежитие. Ты не против?

— Нет.

— Подумай, что будешь делать дальше. Но я бы советовала съездить, поговорить с Арчибальдо с глазу на глаз, и сказать ему о своей беременности.

— О ЧЕМ⁉

Флоренсия чуть в третий обморок не ушла. Я вовремя поймала.

— Я… не…

— Ты — не. Но ты же точно хочешь знать, как он к тебе относится?

— Да.

— Вот и скажи ему про ребенка, — подначила я. — Если любит, у него будет гранитное основание для свадьбы. И родители не запретят.

— А п-потом?

— Скажешь, что ошиблась. Даже не потом, а еще ДО свадьбы. Нервничала, вот дни и не пришли. К примеру.

— Поняла.

— Врать — нехорошо, поэтому надолго ты обман и не затянешь. И дашь парню с честью выйти из ситуации.

Лично я насчет Арчибальдо иллюзий не питала. Склизень, гадина и тварь, вот он кто! И жениться он не будет, я даже не сомневаюсь. И Флоренсия ему не нужна — особенно без денег. Но лучше девушке сейчас избавиться от лишних иллюзий. А то помчалась она вешаться! После письма! Ты еще поговори с подлецом, может и передумаешь! Или сначала его пришибешь, все мир почище будет.

Пару дней за Флоренсией мы присматривали всем коллективом. Поделили сутки по дежурствам — и началось. То Ярина, то Олинда, то Кайа…

Ровно через три часа Флоренсия догадалась, что происходит, и пришла ко мне с претензиями.

— Каэтана, это ты!

— Это? Я, точно. А ты шла к кому-то другому?

— Не паясничай! — рыкнула девушка, напрочь забывая, что хотела самоубиться. Я только порадовалась. Вот когда человек тихий, бледный и спокойный, сидит и молчит — тогда страшно. А когда с тобой скандалят… не-не-не, так себя не убивают. Так сначала убивают кого-то другого, а потом уж можно и себя… а может, и нельзя. Чего торопиться?

— И не думаю. Так в чем я — это я? В платье?

— Это ты девушек попросила, чтобы они за мной приглядывали?

— Я, — а чего отрицать-то?

Флоренсия аж задохнулась от возмущения.

— И они… — рука дернулась к шее, туда, где была повязана кокетливая косыночка. — Знают⁉

— Я — не рассказывала, — я даже и не врала. А зачем? Знали Виола и Сварт, соответственно, знали и все остальные драконицы нашей компании. И знал кое-кто еще.

Драконицы не разболтают, девочки тоже.

— А-а… тогда что?

— Флоренсия, а тебе можно доверять?

— Это в каком смысле?

— Вдруг ты опять из окна прыгнешь? Или еще что-то устроишь?

Флоренсия покачала головой.

— Нет. Я не устрою, слово даю.

Я в этом сильно сомневалась.

— Каэтана, — Флоренсия смотрела серьезно. — Я правда… я не буду. Пока есть еще надежда… действительно, письмо — это только письмо.

Я пожала плечами.

— Знаешь, всегда есть ради чего жить.

— Не всегда.

— Это — не твой случай. Даже если Арчибальдо окажется сволочью, твоя жизнь на этом не закончится. Даже если сейчас будет плохо, больно, тошно и тоскливо.

— Тебе легко говорить.

— Нет, Флоренсия. Мне нелегко — делать. Давай договоримся так? Мы едем в город, разговариваем с Арчибальдо, и если он окажется… не таким — мы с тобой поговорим еще раз. Если я не найду, ради кого или чего тебе жить — я тебе сама веревку намылю. Идет?

— Хорошо.

— Слово?

— Слово.

Мы пожали друг другу руки. Но девочки все равно за ней присмотрят. Так надежнее.

— Каэтана, ты уверена, что так надо поступать?

— Ну… мне ее просто жалко стало, — честно созналась я. — Да и Бареси та еще пакость. Нечего ему в драконариях делать.

Мариса смотрела с сомнением.

— Пусть пакость. Но все же… Леви могла бы и сама разобраться со своими проблемами.

Я покачала головой.

— Мариса, оставлять человека без помощи — плохо и гадко. Да и в город мне надо, а раэн Риос… и чего он ко мне прицепился?

— Скажи ему, что в приданое идет дракон? Мигом отпадет!

Я фыркнула.

— Пока нельзя. А еще он мне книги по землеописанию обещал.

— Каэтана, нас уже восемь человек. Ты думаешь,