Звезда погибели - Екатерина Ильинская

Нейна Аркур

Лазарет был переполнен. Адепты сидели на койках по три-четыре человека, стояли в проходе, кучковались возле подоконников. В гуле голосов было совершенно невозможно что-либо разобрать, но звук захлопнувшейся двери привлёк всеобщее внимание. Все мгновенно повернулись к вошедшим, и Нейне тут же захотелось сбежать — сдалась ей эта практика. Отчисление сейчас представлялось более предпочтительным, чем ассистирование при осмотрах и лечении всех этих людей. Пусть лучше страдают от своих простуд, расстройств, ушибов и прочих недомоганий. Нет, целительство явно не её стезя.

Мэтрессы Бринэн нигде не было, и они с Тейлором прошли через всё помещение к закрытому кабинету, где обычно проходили осмотры. Прямо перед их носом дверь распахнулась, выпуская смутного знакомого парня в мантии огненного факультета.

— Эддерли, — радостно помахал он какой-то бумажкой. — Смотри, что у меня есть. Смирись с моей победой прямо сейчас. Тебе просто не дадут допуск.

— Брэвик, у тебя нет шансов. Как, впрочем, и всегда, — Тейлор посторонился, давая пройти сопернику.

— Эддерли сейчас любая девчонка сделает, — заржали сбоку. Нейна категорически не понимала, что происходит, и от этого было только страшнее. Но Тейлор вёл себя так, будто всё происходящее было в порядке вещей.

— Девчонка, может, и сделает, а вот тебе на это мозгов не хватит, Кастан.

— Что ты сейчас сказал? — незнакомый воздушник вскочил с койки, где сидел и ждал своей очереди на осмотр. Глаза его сверкали злобой, руки сжались в кулаки.

— Нейна, девочка моя, ты пришла, — мэтресса Бринэн выглянула из кабинета и радостно улыбнулась. — Заходи скорее, — она обвела взглядом собравшихся и с угрозой в голосе произнесла: — Если тут случится драка, то допуск не получит никто из присутствующих. Я разбираться не буду, — Кастана тут же схватили за рукава мантии, усаживая обратно на кровать. — Заходите.

Нейна и Тейлор зашли внутрь. Сзади неслись выкрики, что Эддерли идёт без очереди и по блату, и все его успехи — заслуга родителей. Целительница только покачала на это головой.

— Безумный день. — Она и правда выглядела замученной: тени под глазами, выбившиеся из аккуратного пучка волос пряди, на форменной мантии складки, расправить которые, не хватило сил или времени. — Нейна, за ширмой можно переодеться, форма там. Потом сразу сделай три литра противопростудного настоя. Физподготовку под дождём надо запретить на законодательном уровне.

— Это повышает выносливость, — возразил Эддерли, но тут же передумал спорить, наткнувшись на яростный взгляд целительницы.

Желание сбежать с практики стало невыносимым, но пути назад не было. И Нейна отправилась за ширму надевать белую форменную мантию целителей и серый передник с многочисленными карманами.

— Выносливый мой, я не дам тебе допуск. И ты сам знаешь почему. — Мэтресса была настроена решительно, хотя Тейлор ничего не просил. История с допусками была крайне странной. Нейна задумалась, может быть, этот таинственный допуск нужен и ей самой. Куда тут всех в одночасье начали допускать?

— Понимаю. Но мне он не нужен. У меня есть императорского уровня. Официальный, с печатями, заверенный главным целителем города, — ответил Тейлор.

Нейна выглянула из-за ширмы и осторожно прошла к шкафу. Шуметь было страшно — такое напряжение висело в воздухе, что казалось любое лишнее движение или звук могут привести к взрыву.

— То есть ты решил угробить себя окончательно? — В голосе мэтрессы было и сожаление, и отчаяние, и бессилие, что она никак не может повлиять на упрямого адепта.

— Наоборот, я принял правила игры и новые обстоятельства. И пришёл к вам, чтобы продолжить лечение. — Тейлор развёл руками, демонстрируя полную и безоговорочную капитуляцию в этом вопросе. — Но влиять на свои решения я никому не позволю.

Нейна молча отмеряла нужные пропорции сбора на три литра воды, засыпала кристаллы с чарами и надеялась, что Тейлор и целительница не рассорятся окончательно.

— Ты пытаешься сломать систему, Тейлор. Но она всегда сильнее, и правила придуманы не от скуки. — Мэтресса махнула рукой, отчаявшись донести простые истины.

— Система может и сильнее. Но поражение иногда тоже часть победы.

Эти слова Нейна совершенно не поняла, но Тейлор говорил убедительно. А целительница разозлилась окончательно.

— Мы не в Красной пустыне! С кем ты тут воюешь, мальчик?! Со мной? Так я тебе не враг. — Мэтресса встала из-за стола, сверкнула на Эддерли яростным взглядом, а потом отвернулась и ушла к окну. На подоконнике стояла недопитая чашка с успокоительным настоем, из которой целительница сделала большой глоток.

— Простите, мэтресса Бринэн. Обещаю, что моё участие в турнире действительно не скажется на здоровье. Вылечу так вылечу. Я понимаю, что доступный мне сейчас уровень силы гораздо ниже, чем прежде, и не собираюсь заходить за обозначенные ограничителем пределы.

Нейна обернулась на Тейлора с немым вопросом, но тот лишь сделал знак, что расскажет позже. Хотелось кричать: «Какой ещё турнир?», но она молча наполнила большой кувшин водой и поставила его в сторону, ожидая, когда заварятся травы и сработают чары.

— Ладно, посмотрим, как ты сдержишь своё обещание, — мэтресса допила и вернулась к столу. — Садись, протягивай руку, проведём диагностику, — Тейлор сел напротив женщины и закатал рукав мантии, — Нейна, возьми в шкафу дежурный информационный браслет, там данные о простуженных. Назначения я выписала. Всем отмеченным дай настой. И проконтролируй, чтобы выпили, — сама целительница приступила к сонастройке.

Браслет действительно нашёлся в шкафу: простая кожаная полоска с причудливыми знаками. Нейна застегнула его на запястье и чуть не пропала в количестве обрушившейся на неё информации. Перед глазами мелькали картинки, строки, и словно на карте появлялись точки, отмечающие местоположение простуженных адептов. Оценив их количество, Нейна мысленно взвыла — вечер не закончится никогда. Информация постепенно усвоилась и картинки пропали, чтобы вернуться по первому прикосновению к артефакту.

Выходить за дверь было страшно. Там ждали злобные высказывания и жадные взгляды. Нейна жалобно взглянула на Тейлора и мэтрессу Бринэн, но они были заняты диагностикой и не увидели её молчаливой просьбы. Стараясь унять дрожь в руках, чтобы чашки с настоем не стучали о блюдца, а те о поднос, она бедром толкнула дверь и вышла наружу.