Шанс - Наталья Турчанинова

А затем красивое бездушное лицо стало меняться. Глаза, губы, очертания скул, волосы… Мгновение, и вот я прижимаю к себе Элос. Настоящую, реальную, теплую, испуганную, но уже почти покорную, с губами, распухшими от моих поцелуев и со следами от моих пальцев на плечах. Такую, как я хотел, и шепчущую именно то, что заводило меня еще сильнее:

— Тэн! Тэн, прошу тебя! Не надо! Я не могу! Я не могу так!

Какое удовольствие запустить пальцы в ее коротко стриженные волосы и запрокинуть голову.

— А как ты можешь? Покажешь мне?

— Не надо, пожалуйста!..

Потом я помнил только наслаждение. Невероятное, нечеловеческое, выматывающее, видел только пылающие глаза и слышал только стоны — я уже не понимал чьи — свои или ее. Странное безумие застлало мой разум…

Мне снился жуткий кошмар.

Элос. Она звала меня, я слышал крик, полный муки и тайного стыда, но не мог пошевелиться. «Тэн, помоги мне! Тэн!» Стон ее отчаяния заглушал чей-то сладострастный шепот, и я не мог вырваться из пут наслаждения и сладкой лени, я видел темные глаза, затуманенные непролитыми слезами боли, но их заслоняли другие глаза, сияющие холодным вниманием из-под густых ресниц. Моя душа рвалась к страдающей любимой, а тело искало продолжения наслаждений. «Не вмешивайся, ни во что не вмешивайся», — продолжал сладко нашептывать голос. «Элос! Ты нужен ей!» — кричала моя любовь. «Спи… просто спокойно спи…» — «Не смей засыпать!»

— Тэраэн!!

Я проснулся, выброшенный из сна звуком своего имени, все еще звучащим в голове. Кто-то позвал меня из реальности или мира грез.

С гулко бьющимся сердцем осмотрелся. Я лежал один на огромной кровати все в той же комнате, пугающей меня своей пышной роскошью. Всего несколько мгновений понадобилось мне, чтобы вспомнить подробности прошедшей ночи. О боже! Что я сделал! Среди отрывочных воспоминаний прошлого вечера я вдруг нашел слово, загоревшееся нестерпимо-ярким огнем перед моими глазами, — «сделка». Кристиан предлагал мне сделку и ангела в качестве награды. И, кто знает, может быть, одурманенный, я согласился принять ее. Кубарем скатился я с кровати, натянул брюки и бросился навстречу правде.

Каменные плиты пола обжигали холодом мои босые ступни, пламя негаснущих факелов отражалось на металлических доспехах рыцарских статуй, мимо которых я пробегал. Мое громкое взволнованное дыхание вспугивало вековую тишину, вместе с толстым слоем пыли лежащую на драпировках…

Мой ангел, что сделал с тобой этот проклятый замок?! Задыхаясь, я влетел в библиотеку и замер, ослепленный красотой мирной картины. Освещенная золотистым сиянием стройных свечей, запустив тонкие пальцы в густые пряди волос, Элос сидела в кресле и читала книгу. Вместе с тревогой меня покинули последние силы. Мне пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть… Она вздохнула, переворачивая страницу, и подняла глаза, чуть затуманенные усталостью.

— Тэн? Что случилось?

Помотав отрицательно головой, я подошел к ней и опустился на пол.

— Тэн…

Элос отложила книгу и приподняла мое опущенное лицо, нежно прикоснувшись к подбородку. Я заглянул в ее глаза и спросил:

— Ты читала всю ночь?

Она кивнула, улыбаясь.

— Ты не устала?

— Немного.

Она коснулась лбом моего плеча, а я стал мягко поглаживать ее кудрявый затылок. Маленькая доверчивая девочка! Невыразимая нежность разливалась в моем сердце, когда я касался золотых пушистых волос, когда вдыхал тонкий аромат цветов, исходящий от ее тела.

— Элос, давай уедем отсюда!

— Тэн, ты все еще нервничаешь? Поверь мне, здесь нечего бояться.

— Да… нечего… ты права. Но послушай! — Я крепко сжал ее ладонь, — Пожалуйста, поедем. Ты прочитала все, что было нужно?

— Да, но…

— Поедем, умоляю тебя!

— Прямо сейчас?

— Да!

— Но ты даже не одет.

— Пусть. Это неважно.

Я тянул ее из кресла за собой.

— Поедем.

— Тэн, что-то случилось?

— Да нет же! Просто поверь мне! Один-единственный раз поверь мне!

— Это невежливо.

— Плевать!

Я уже решил — если она не согласится, я увезу ее силой. Но Элос смирилась:

— Хорошо. Поедем, но твое поведение…

Я схватил ее за руку и потащил за собой.

Мы бежали по пустым гулким коридорам, и круглая луна плыла вслед за нами в окнах. Мне казалось, что над нами в полумраке витает черная тень замка, и выглядит она слишком страшно, чтобы можно было смотреть на нее.

Задыхающиеся, выбежали мы в безграничный холл, преодолели крутой спуск лестницы. На секунду я отпустил ее руку, распахнул дверь, шагнул вперед и… полетел в черную бездонную пустоту, открывшуюся под ногами. Тонкие пальцы, изяществом которых я восхищался раньше, приобрели вдруг железную хватку, успев поймать меня за запястье.

Удар, рывок, и я, совершенно беспомощный, повис на краю пропасти. Элос упала на пол, прижалась к нему, пытаясь удержать меня, но у нее не было опоры на гладких плитах, и мое тяжелое тело медленно тянуло ее за собой.

— Тэн, держись!

Я видел над собой ее лицо, застывшее от страшного напряжения, стиснутые белые зубы, огромные сияющие глаза. Она не удержит меня, я стащу ее в пропасть, мы упадем вместе.

— Элос… Отпусти меня.

Она отчаянно помотала головой.

— Мы упадем вместе.

— Я удержу тебя.

— Я слишком тяжел для тебя. Отпусти.

— Нет!

Я смотрел в пылающие лазоревые глаза и мысленно прощался с ними.

— Отпусти…

— Нет! Крис!! — закричала она в темноту позади себя, — Кристиан, помоги!

— Он не придет.

— Крис!

Тихий вкрадчивый шепот поплыл над нами:

— Твои крылья, Элос. Ты забыла о них…

— У меня нет крыльев! — простонала она.

Над краем пропасти были видны уже ее плечи. Элос соскальзывала вслед за мной.

— Если ты не раскроешь свои крылья, Тэраэн умрет.

— Крис, помоги!

— Твои крылья…

Она поняла, что помощи не будет. На секунду зажмурилась, и я увидел капли слез, увлажнившие ее ресницы.

— Я вытащу тебя.

От напряжения слезы катились из ее глаз, стоны срывались с закушенных губ, когда она стала медленно подтягивать меня. Сантиметр… еще один… Наверное, она сумела найти на полу выступ, за который смогла зацепиться. Дыхание резко вырывалось из ее груди, а пальцы сжимали уже мое предплечье. Наконец я смог ухватиться за край, потом последний рывок, и с дрожащим выдохом я упал на пол рядом с девушкой.