Черный Ангел - Вячеслав Шалыгин

– Вольный?

– Ну. Был. Теперь голодно стало, хочу наняться. Только не решил пока к кому.

– Так уж и не решил? – «Ангел» кивком указал на труп. – Не к наемникам, точно. К кому тогда? В «Монолит»?

– Почему сразу в «Монолит»? – удивился Андрей.

– Сильная группировка, хорошие стрелки. Разве нет? Они бы твой снайперский опыт оценили.

– Нет у меня никакого опыта! – слегка раздраженно заявил Андрей. – Случайно попал, говорю же!

– Ладно, допустим. Здесь как оказался?

– С дороги свернул, хотел обойти… вас. Ну, а тут такое дело… вижу, шевельнулся кто-то под дерном, а вы не реагируете. Ну и вот… попал.

– Сначала обойти нас решил, потом помочь вздумал, как-то странно звучит.

– Как было, так и говорю. Мог бы придумать глаже, не вопрос, но теперь поздно сочинять.

– Соображаешь. Что, получается, решил больше не искать от добра добра и к нам попроситься?

– Судьба, видать. Возьмете?

– Возьмем? – Начальник обернулся к одному из застывших позади бойцов.

– Стрелять умеет. – Воин пожал плечами. – Ходит не топает. По мне так сгодится. Вам решать.

– Жора, разряди «калаш» и верни новобранцу, – распорядился начальник. – И присматривай за ним до лагеря.

– Не доверяете? – делано обиделся Андрей.

– Наемника ты уделал, молодец. – Командир посмотрел Луневу прямо в глаза. – Но этого мало, чтобы поверить тебе до конца. Синих убивать опасно, но не воспрещается. А вот когда ты гоблина замочишь, желательно офицера, мое тебе будет и доверие, и почтение.

Андрей пожал плечами.

– Не вопрос. Давайте. Где?

– Успеешь, – командир усмехнулся. – Сейчас вернемся в одно местечко, там и покажешь, какой ты орел.

– А контракт когда подпишем?

– Нет, ну ты не борзей, да?! Когда в лагерь вернемся, тогда и подпишем. А пока докажи, что тебя вообще стоит туда вести. Еще вопросы?

– Пожрать найдется?

– Жора, – начальник поманил бойца, взявшего Андрея в плен. – Дай ему галет. Но сначала в ухо.

Лунев мог бы среагировать и зарыть Жору в грунт по самую макушку еще до того, как тот замахнулся, но придуманная роль не позволяла Андрею таких вольностей. Андрей стоически вытерпел боль в правом ухе, плавно перешедшую в звон, а затем в монотонный гул, смачно выматерился, взял у Жоры пачку армейских галет и принялся нарочно хрустеть на весь лес, демонстрируя, что обижен, но принимает правила внутреннего распорядка «ангелов».

– Что, салага, больно? – Жора усмехнулся и протянул флягу.

– Да ну. – Лунев достал фляжку и запил. – Бьешь, как сучка хвостом.

– А ты хотел в нокауте поваляться? – Боец покрутил пальцем у виска. – С приветом ты, парень. Но ничего, через недельку эту дурь из тебя выбьют. У нас не забалуешь.

– А если забалую?

– Контракт увидишь, серьезным станешь, как профессор. – Воин ухмыльнулся. – С такими бабками не шутят, салага. Даже отморозки вроде тебя.

– Вернешь «калаш», первая пуля твоя. За ухо и отморозка.

– Страшно до поноса, – Жора бросил Луневу автомат. – Только целься получше. Мучиться не люблю.

– Строиться в колонну, – негромко приказал заместитель командира, жестом указывая, где предполагается голова колонны. – Дух, ко мне.

– Тебя зовут, салага, – подсказал Жора.

– Что-то я не понял, – Андрей повертел головой. – Командир сказал, вернемся. Вы пришли оттуда, с юга, а строимся, будто в центр собрались.

– Ну, значит, планы изменились, в лагерь пойдем, – Жора подтолкнул новобранца. – Шагай! Тебе же лучше. Быстрее на довольствие встанешь. Или что, не настрелялся?

– Да мне по барабану.

– Тем более. А пострелять еще успеешь. Не переживай. Настреляешься до тошноты, салага, уж поверь…

…Лунев хорошо знал, как это выглядит со стороны. Причем с трех ракурсов. Он пока не забыл свое сидение в кустах и наблюдение за вереницами возвращающихся в лагерь бойцов, носильщиков и новобранцев. Единственное, чем отличалась нынешняя ситуация от подсмотренной Андреем накануне, – идти налегке не получилось даже у дозорных. Что уж говорить о пополнении. Как только «завербовавшая» Лунева группа вышла на дорогу к мосту, впереди показались сгорбленные под тяжестью ящиков и тюков спины носильщиков. Опытные в таких делах дозорные мгновенно сбросили скорость, но отвертеться им не удалось. «Караван» тоже слегка притормозил, дождался, когда боевая группа с ним поравняется, и щедро поделился с дозорными поклажей. Бойцы пытались возражать, но старший конвоя, по местным меркам – офицер, переговорил с командиром дозора, а тот был неумолим. Естественно, больше всего груза раздосадованные бойцы спихнули на Андрея. Судя по размерам и весу перевязанных веревками коробок, они были набиты свинцовыми чушками. Как минимум, цинками с патронами. Но делать было нечего, и Лунев покорно взвалил на горб доставшийся ему груз.

– Хоть бы тачки приспособили, – проворчал один из дозорных, тоже взваливая на плечо мешок, правда, вдвое меньшего размера и веса, чем у Лунева. – Там, вокруг станции, их горы! Еще со времен аварии валяются.

– И «звенят», как бубенцы, – сказал другой ангел. – В них ликвидаторы радиоактивный грунт вывозили. Сам потом будешь не рад, что жизнь себе облегчил.

– Пацаны говорили, в Янове несколько «уазиков» удалось завести. Все почти чистые.

– Почти чистые? – переспросил топавший рядом с Андреем «надзиратель» Жора. – Сел за баранку и считай себя почти мертвым, да?

– Если на короткие расстояния, можно запросто ездить. От станции до лагеря как раз нормально. А что? Как ликвидаторы делали, не слыхал, что ли? Один туда едет, другой оттуда. Вертолетчики, например, груз сбросили, на базу вернулись, а там уже новый экипаж ждет. А этот идет в столовую водку пить.

– Их после таких поездок не в столовую отправляли, а на Большую землю вывозили и лечили по полгода.

– Ну да! В какие времена это было, вспомни! Тогда из людей все до капли выжимали. Когда уже дольше тянуть нельзя, тогда и отправляли. Кого в госпиталь, а кого прямиком на погост.

– Пусть так. Это давние дела и не наши. А нам, здесь и сейчас, лишняя радиация ни к чему. Нас вообще не вывезут никуда, если загибаться начнем. Здесь и закопают. Так что терпи, браток, лучше тяжести на горбу потаскать, чем налегке ласты склеить. Эй, салага, верно говорю?

– Верно, морячок, – буркнул Андрей.

– Нет, ну что за наглый пацан попался! – «Ангел» усмехнулся. – Сколько смотрю, столько удивляюсь, до чего нынче молодежь борзая пошла. Давно в Зоне?

– С рождения, – пытаясь не сбить дыхание, на одном выдохе ответил Лунев.

– А к нам чего подался, не фартит?