Меченосец - Алекс Орлов

На ночлег встали, едва начало смеркаться, и в воздухе запахло шашками-репеллентами, пары которых отпугивали любую живность, от насекомых и змей до пресмыкающихся гигантов.

В пятидесяти метрах от места ночевки несла свои воды Желтая Риорда, несколько бойцов отправились на берег, чтобы получить к ужину свежую рыбу.

Четверо разведчиков, как только стемнело, ушли в чащу. Увидев это, Гектор стал лучше понимать их особый статус и кажущуюся беспечность. Уставшая группа могла отдохнуть, а эти бедняги уходили в ночные джунгли, и неизвестно, с кем им там приходилось сталкиваться, причем безо всяких репеллентов.

Между тем Клей Фрайсгуд решил, что уже принят в небольшую ячейку партизанского сообщества и, собрав веток, пришел укладываться рядом с Гектором и Найджелом.

– Вы меня извините, Геккон, но я бы хотел задать вам несколько вопросов, – сказал он, при свете фонаря устраивая постель.

– Конечно, приятель, никто не возражает, – ответил за Гектора Найджел, ухмыляясь в сумерках и представляя недовольную физиономию своего камрада.

– Послушайте, Геккон, как вы относитесь к теории общественного паразитизма? Разумеется, я имею в виду выводы Теодора Брассета, а не этого выскочки Сколлета. Полагаю, вы тоже не принимаете Сколлета всерьез?..

Гектор вздохнул, сдерживая себя, спросил:

– А чего это ты меня каким-то Гекконом называешь? Я тебе что – ящерица?

– Упс… А это разве не ваше прозвище?

– Нет, это не прозвище…

– Но ведь вас так называет камрад Найджел, поэтому я подумал… А что же тогда означает «Гек»?

– Гек – это Гектор.

– Упс. Извините, камрад. Ну, значит, Гектор, так даже приятнее, значительно приятнее.

– А где твои сапоги, камрад Клей? – сдерживаясь, чтобы не засмеяться, спросил Найджел.

– Они там, возле трухлявого пенька… А почему вы спросили, камрад Найджел?

– Просто так. Чтобы знать, если что…

Пару минут никто не разговаривал, были слышны лишь доносившиеся с реки звуки, а еще гуканье лесных голубей – больших птиц с вкусным мясом. Они жили на верхних ярусах леса и питались семенами.

– Скажите, Гектор, а вас ждет дома какая-нибудь девушка? – спросил вдруг Клей. Неподалеку кто-то громко выпустил газы, со всех сторон понеслись остроты. Когда обсуждение этого события закончилось, Клей снова задал свой вопрос:

– Ждет ли вас возлюбленная, камрад Гектор?

– Не было у него никакой возлюбленной, его даже парень бросил, – подал голос Найджел, и это снова вызвало всеобщее веселье.

– Послушай, Клей, тебе что, плохо спится? – стараясь не грубить, спросил Гектор.

– Я только хотел спросить у вас совета, камрад Гектор…

– Какого совета?

– Можно я буду говорить потише? – понизив голос, проговорил Клей и оглянулся на устроившихся неподалеку партизан.

– Сделай милость.

– Камрад Гектор, я хочу задать вам вопрос, ответ на который очень важен для меня, – прошептал Фрайсгуд.

– Слушаю… – ответил Гектор, тоже невольно переходя на шепот.

– Скажите, ждет ли вас дома возлюбленная?

– Нет, не ждет.

– А почему?

– Потому что я не завел никакой такой особы. Да и зачем? Я революционер и нахожусь в политической оппозиции к правительству. Какие тут могут быть возлюбленные?

– Но ведь когда-нибудь мы победим, правильно? Мы победим, вернемся героями и войдем в города. И тут очень кстати, если у вас есть возлюбленная, которая ждет и надеется. Нужно, чтобы герои смогли завести семьи и жить в новом, более справедливом обществе. На этот случай у меня такая девушка есть.

Гектор вздохнул. Ему вдруг стало обидно, что у этого дурачка Клея Фрайсгуда есть девушка, которая его ждет, а у него никого нет. Ну, то есть была одна очень красивая девушка, которая ему нравилась и он старался с ней познакомиться, но она слишком красива и за ней вились такие парни, что о-го-го. Их машины стоили столько, что Гектору оставалось только вздыхать, поглядывая на недосягаемую мечту из окна подсобного помещения ресторана, где он подрабатывал посудомойщиком. Какое уж тут справедливое общество.

Отчасти именно неудачи в личной жизни и стали причиной того, что он оказался в партизанском отряде. Будь у него возможность ездить к этой красотке на новом «портсаме», вряд ли он решился бы уйти в лес.

– Все, давай спать, – решительно произнес Гектор.

– А как же вопрос?

– Ты ведь его же задал! Про любимую девушку и все такое…

– Нет-нет, камрад Гектор, мой вопрос не в этом.

– Так в чем же твой вопрос, Клей? Задавай его скорее – нам пора спать, завтра ранний подъем и снова марш.

– Да-да, я понимаю… Сейчас я сформулирую свою мысль. В общем, та девушка, которая меня ждет, у нее есть другой парень.

– А как же ты?

– Она сказала, что бросит его, как только я вернусь героем.

Гектор снова вздохнул. Фрайсгуд оказался еще глупее, чем он думал.

– Так в чем вопрос?

– Камрад Гектор, не могли бы вы мне сказать, через какое примерно время мы вернемся героями? Когда это будет – в следующем году или, может, уже в конце этого?

– Боюсь, что на это придется затратить немного больше времени, Фрайсгуд. Но ты всегда можешь вернуться раньше. Станешь героем и вернешься.

– Спасибо, камрад Гектор.

– Пожалуйста, – ответил Гектор и вздохнул, поражаясь наивности Фрайсгуда.

Где-то в темных высотах тропического леса вдруг раздался жуткий вопль. Затрещали ветви, захлопали крылья, вниз полетели перья, листья и сбитые насекомые. Весь этот мусор зашелестел в воздухе и забарабанил по земле, а схватка в кроне платана продолжалась.

Синяя змея, – а это была именно она, в этом никто не сомневался, – вцепилась в дремавшую на дереве птицу, однако та оказалась слишком крупной, сладить с ней было не так просто.

Вопли, шум и хрипы доносились в течение примерно минуты, затем наступила недолгая пауза, и вниз полетело что-то тяжелое. Оно ударялось о толстые ветви, заставляя гудеть весь ствол, ломало ветки поменьше и сбивало соцветия.

Расположившиеся внизу бойцы прикрыли головы руками, однако тело змеи ударилось о землю под самым стволом дерева, и стало тихо.

– Вот зараза! – выругался кто-то. Другой боец поднялся и, подсвечивая себе фонарем, пошел посмотреть.

– Ну что там, Клайд?

– Синяя змея! Метра три, не меньше…

– Кто ж ее уделал?

– Не знаю, но она почти перекушена…

В этот момент, снова послышался треск веток и, не успел разведчик прижаться к стволу, как неподалеку рухнула птица размерами с индюка.