Гонтлгрим - Роберт Энтони Сальваторе

В ответ Джарлаксл только улыбнулся. Громф был не из тех дроу, которых, по мнению наёмника, было разумно обманывать.

— Пожалуй, и то, и другое, — согласился он.

— Хорошо, теперь, когда мы расставили все точки над i, чего же ты от меня хочешь? Ты же понимаешь, что я не отправлюсь в этот твой Гонтлгрим и не буду сражаться на твой стороне против Исконного, — самодовольная ухмылка лишь подчеркнула последнюю фразу. — Думаю, ты понимаешь, что мне удалось прожить столько веков только потому, что я недостаточно глуп, чтобы быть втянутым в битву против подобного рода твари ради жалкого золота.

— Ты упоминал, что не обязательно сталкиваться с титаном лицом к лицу.

— Тогда тебе понадобится Исконный водной стихии или бог, если, конечно, тебе удастся отыскать последнего.

Джарлаксл кивнул, соглашаясь со всём сказанным.

— Я лишь хочу вернуть Исконного в его пещеру, чтобы он опять заснул, так же как спал прежде, пока эта тэйская ведьма со своим прихвостнем-вампиром не вынудили Атрогейта пробудить его.

— Так же как прежде? Я надеюсь, ты понимаешь, что даже до того, как твой маленький вонючий дружок потянул за рыча и освободил водных элементалей, выпуская Исконного на волю, магия ослабевала. И павшую Главную Башню невозможно возродить даже с помощью всей известной на данный момент магии.

— Я понимаю, — ответил Джарлаксл. — Но меня устроят даже ненадёжные оковы, если они отложат освобождение твари на достаточный срок, чтобы я успел вытянуть из Лускана всё до последней капли.

— Неужели? Скорее достаточно долго для того, чтобы досадить тэйской ведьме, помешав ей с Кольцом Страха.

— Назовём это поощрительным призом.

Громф засмеялся — и это было не злобное хихиканье, а взрыв искреннего смеха, который не часто можно было услышать в Мензоберранзане.

— Я уже сказал тебе как это сделать, — подытожил архимаг. — Десять чаш, не меньше, и собери вновь их рабов. Когда это будет сделано, запечатай рычаг.

— Я не знаю, куда их поместить, — признался Джарлаксл.

— Но они у тебя?

— У меня.

— Я не иду с тобой и не дам слуг, которыми можно пожертвовать в этом путешествии. Я ценю их выше, чем ты ценишь провизию для своих наёмников. Во имя Лолс! Используй своего ущербного псионика. Он может ходить сквозь камень, как ты сквозь воду.

— Киммуриэль занят, — покачал головой наёмник.

Громф с любопытством посмотрел на него, и вскоре злобная усмешка появилась на лице архимага.

— Ты не сказал им, не так ли? Никому.

— Бреган Д'эрт теперь не частый гость в Лускане, — ответил Джарлаксл. — После Магической Чумы появилось так много других…

— Никому! — довольно прорычал Громф и захихикал ещё громче.

Наёмник только смирено вздохнул, поскольку мудрый старый маг, конечно же, оказался прав. Джарлаксл не сказал ни одному из своих заместителей в Бреган Д'эрт, даже Киммуриэлю, что же на самом деле произошло в Гонтлгриме. Никому кроме Громфа.

— А всё твоя гордость, Джарлаксл, — проворчал архимаг и продолжил хохотать, но внезапно остановился и добавил. — Но я всё равно не пойду в Гонтлгрим, и у меня нет лишних солдат.

Наёмник не отвечал, но и не собирался уходить, даже не смотря на то, что Громф повернулся к линзе и пергаменту, продолжая работу. Джарлаксл услышал не один удар своего сердца, прежде чем архимаг посмотрел на него вновь.

— Что-то ещё?

Наёмник полез в мешочек на поясе и достал вырезанный из драгоценного камня череп.

— Ты что, притащил сюда этого идиота? — раздражённо спросил Громф, узнав филактерию Арклема Грита. Архимаг уже допрашивал безумного лича несколько месяцев назад, когда Джарлаксл впервые пришёл к нему с попытками собрать информацию об освобождении Исконного и иссякающем волшебстве Главной Башни.

— Титан пробуждается, — сказал наёмник, казалось, он опять пришёл в себя после резких замечаний брата. — И я не допущу этого. Поговори с Гритом ещё раз, прошу — и, да, я заплачу. Так я смогу узнать самый безопасный способ вновь достичь Гонтлгрима.

— Я уже сказал, что нужно делать.

— Мне нужны детали, Громф, — настаивал Джарлаксл. — Например, куда необходимо поместить чаши?

— Если эти места и не были навечно запечатаны магмой после первого извержения, — ответил архимаг. — Я не знаю где они, не знает и Грит. Можешь надеяться только на то, что Гонтлгрим сам покажет тебе путь, когда — если — ты отыщешь его вновь.

Джарлаксл пожал плечами.

— И когда закончишь, надеюсь, ты выдворишь Арлкема Грита из его филактерии в… изолированное место, чтобы я вновь получил контроль над каменным черепом.

— Нет.

— Нет?

— Магия этой вещицы единственное, что сдерживает лича.

— Несомненно, найдутся и другие филактерии.

— И ни один не удержит его, если не будет, правильно зачарован. Как этого достичь, я не знаю. Хотя если ты предоставишь мне соответствующее вместилище, Джарлаксл, и я буду уверен, что оно удержит лича, я помещу дух Арклема Грита внутрь. До тех пор, он останется в каменном черепе. Сомневаюсь, что он проникся ко мне симпатией за долгие месяцы допросов, и мне не нужен во врагах могущественный лич. Я уже играл в подобную игру ранее, и это был не самый приятный опыт.

— Мне будеть труднее бороться с Исконным без камня, — заметил наёмник. — Немертвые, призраки Гонтлгрима, довольно частые гости в тех местах.

— Что ж, тогда у тебя проблемы, — подвёл итог Громф.

Джарлаксл вперил в упрямого мага свирепый взгляд, но через несколько секунд швырнул ему драгоценный череп, чтобы тот мог начать допрос.

— Декада, — заключил Громф. — И принеси золото.

Наёмник прекрасно знал, процедура займёт куда меньше времени, но он молча поклонился и вышел.

Громф улыбался, глядя вслед уходящему брату. Он отложил каменный череп прочь от рабочего стола и вернулся к своим записям.

Но лишь на мгновенье. Дроу ощутил лёгкий интерес к драгоценности. Он рассматривал каменный череп несколько мгновений, а затем подошёл к книжному шкафу, чтобы найти книгу заклинаний, содержащую нужные магические формулы.

Той же ночью Громф вновь пригласил к себе Джарлаксла.

— Ты недавно столкнулся с духами Гонтлгрима, — обратился маг к удивлённому наёмнику.

— В Лускане, — подтвердил Джарлаксл. — Они искали моего партнёра, дварфа по имени Атрогейт, прося его о помощи в спасении того, что осталось от их родины.

Громф Баэнрэ поднял каменный череп.

— Филактерия пленила одного из них.

Глаза наёмник расширились.

— Или это Грит схватил призрака, чтобы скоротать время.