Контракт на тело - Ольга Кандела

— Нет, Мел! Ты не готова! Это слишком рискованно! Я не хочу тебя ра…

— Тсс… — Я приложила палец к его губам. — Все получится. Я справлюсь.

Конечно, справлюсь. Если я смогла обернуться даже там, в темных катакомбах Огненных, бросилась с когтями и клыками на Ойнэ, то и с Теаром справлюсь. В конце концов, это должно когда-то случиться. Так почему бы не сейчас…

— Установи купол тишины. Ты же можешь?

— Могу, но…

Многоликий Эхжи, какой же он упрямый!

Пресекая дальнейшие возражения, прильнула к его губам — мягким и горячим, пересохшим от волнения. И с удовольствием отметила, как он вздрогнул, напрягся еще сильнее, едва сдерживаясь, чтобы не податься мне навстречу. Все еще сопротивляясь.

Но инстинкты взяли вверх. Уже через пару мгновений я почувствовала, как раздались мышцы на плечах итару, а шея покрылась толстой непробиваемой броней. И как покалывает мои собственные бока, предвещая скорый оборот.

— Мел, начинается… — Он простонал это прямо мне в губы. Протяжно и вымученно. И я задрожала от этого низкого вибрирующего звука.

Теар пытался бороться. Пытался сдержать себя. Серебристая чешуя на висках то появлялась, то исчезала. То же происходило и с остальной броней. Лунный стиснул руками край сиденья, стараясь удержать рвущиеся наружу когти.

— Купол, Теар! — скомандовала я, надеясь, что он все же послушается.

Лунный успел щелкнуть пальцами в последний момент. Невесть откуда налетевший порыв ветра взметнул волосы, а потом раздался вполне узнаваемый треск — это отросшие когти вспороли обивку.

Теар коротко рыкнул, оскалился. Глаза его потемнели до непроницаемой черноты. И все, что в них отражалось, — лишь нестерпимое желание. Похоть, замешанная на звериной дикости. Необходимость обладать, подчинить, подмять под себя.

Он с силой сжал ладони на моих боках, давая понять, что не отпустит. Заявляя свои права на мое тело. И если бы не броня, вовремя занявшая свое законное место, — проткнул бы насквозь. А так я услышала лишь глухой скрежет, когда острые когти прошлись по твердым пластинам.

Лаэр с нажимом провел по моему телу от груди до самых бедер, оставив царапины на вставшей броне. А затем резко толкнул, отшвырнув на противоположное сиденье. Метнулся следом, навис надо мной, пригвоздив огромными ручищами.

На мгновение во мне всколыхнулся страх. Как тогда, когда я впервые увидела обезумевшего от желания лаэра. Но я тотчас задавила его, не давая сомнениям прорасти в душу, изо всех сил удерживая броню.

Я справлюсь. Я смогу.

Ради себя и ради него. Потому что не могу так больше. Потому что сама до одури хочу этого мужчину.

И мне все равно, в какой он ипостаси!

Теар разодрал платье на моей груди и припал носом к ложбинке между ребер, жадно втягивая воздух, словно дикий зверь. А потом провел шершавым языком от пупка до самого горла. Чуть царапнул отросшими клыками кожу на груди. Я выгнулась, подаваясь навстречу его грубой ласке, прикрывая глаза от наслаждения. У меня и у самой отросли когти, а во рту стоял привкус крови из прокушенной клыками губы.

Шерх! Мне нельзя оборачиваться целиком! Не сейчас!

Пока я пыталась загнать когти обратно, Лунный обхватил мои бедра и крутанул меня, укладывая на живот. Задрал юбку, обнажив бедра, и нетерпеливо прижался пахом к моим ягодицам. Потерся, воя от неудовлетворенного желания. Я чувствовала его напряжение даже сквозь плотную ткань брюк. Хотелось избавиться от лишней преграды, почувствовать его — кожа к коже. Его мощное тело и мощную эрекцию.

И как бы мне ни хотелось подчиниться мужчине, я должна вернуть себе главенствующее положение. Хотя бы сейчас, в первый раз. Иначе он точно натворит дел!

Теар на секунду замешкался, пытаясь справиться с собственным ремнем. И я мгновенно воспользовалась его заминкой. Развернулась и, опираясь на сиденье, обеими ногами толкнула лаэра в грудь. Он отлетел к противоположной стенке, хорошенько приложившись затылком. Мотнул головой и зарычал зло, готовый с когтями и клыками броситься на меня.

Я бросилась на него раньше, и мы сцепились, словно два бешеных пса, отчаянно жаждущих вгрызться друг другу в глотки. Но вместо этого сплелись руками и губами, вжались друг в друга горячими телами.

Я с трудом втиснула кисть меж наших тел. Дернула ремень, напрочь обрывая застежку. Пробралась за край мужских брюк и обхватила его каменный, дрожащий от нетерпения член.

Рык сменился горловым стоном. Требовательным и оглушительным, как удар молотом по наковальне. И Теар уступил, позволяя оседлать себя.

А мне только того и надо было! Мое тело уже давно было готово. Между ног было жарко и влажно, а низ живота тянуло так, что впору скулить. Убрала в сторону лишнюю ткань и опустилась на него мягко и плавно, срывая мучительный стон с мужских губ.

На миг даже показалось, что Теару больно. Но стоило посмотреть на него — на откинутую назад голову, приоткрытые влажные губы и зажмуренные от удовольствия глаза, как все сомнения отпали. Теар требовательно обхватил мои бедра, приподнял, заставляя двигаться, нестерпимо желая продолжения.

И я дала ему то, что он хотел. И сама задыхалась от бешеного ритма, в котором двигались наши тела, соединяясь раз за разом. Резче, быстрее, глубже. Острее.

Я и сама, кажется, обезумела. Пульс стучал в висках, дыхание срывалось, а кровь превратилась в сплошной жидкий огонь.

Мы с ним горели вместе. Два получеловека-полузверя, двигающихся в древнем, как сама жизнь, танце. И каждый новый толчок отдавался в теле сладкой судорогой, все нарастающей и неизбежно приближающей момент разрядки.

Теар, разумеется, кончил первым. Ему и надо-то было всего ничего. Слишком сильным было возбуждение. Слишком долгим воздержание.

Мощное тело выгнулось, напряглось словно натянутая струна — и тесное пространство повозки сотряс его низкий горловой рык. И от этого звука, пронзившего каждую клеточку тела, я сама взорвалась, рассыпалась тысячей крохотных сверкающих искр.

И обессиленно упала на мужскую грудь, жадно хватая ртом воздух.

Мыслей не осталось. Лишь оголенные до предела чувства. Ощущение мощного влажного тела под моей щекой. Рваное дыхание и сладкая дрожь, которая никак не хотела униматься. Сразу навалилась усталость, словно я не спала по меньшей мере трое суток.

— Мел? — Теар пришел в себя первым и тихонько тронул ладонью мои волосы.

Я не ответила. Не было сил. Да и не хотелось говорить. Слишком хорошо было. Так к чему портить момент глупыми разговорами?

— Мел? — Теперь в голосе Теара сквозило неприкрытое беспокойство, и я почувствовала, как его руки скользнули по телу, ощупывая с головы до ног. — Все в порядке? Я тебя не ранил?..

— Все хорошо, — отозвалась я, краем сознания отмечая, что Лунный вновь принял человеческий облик. И говорил он вполне связно, чего я, честно говоря, не ожидала. Обычно после первого раза юношам бывает очень трудно взять себя в руки. А итару мало того что принял нормальный вид, так еще и обо мне подумал.