Чароплет - Блейк Чарлтон

– Точнее сказать, нареченный Альцион. Антипророческая фракция, образующая вместе с несколькими древними божествами Альянс святых еретиков, присягнула ей как Альциону.

– А почему остальной мир не в курсе?

– Междоусобные академические распри и политические дрязги. Кроме того, моя сестрица владеет праязыком, а праязык для большинства – ересь. Так что свою истинную сущность она кому попало не раскрывает.

Франческа обдумала услышанное.

– А вас она, значит, веруя в антипророчество, считает Буревестником, ставленником демонов?

– И тем, кто, по всей вероятности, несет ей смерть, – мрачно кивнул Никодимус. – Поэтому ее люди разыскивают меня повсюду. Но на самом деле главную опасность для сестры представляю не я, а Хаким.

– Подождите, Никодимус, у меня не стыкуется. Хаким – небесный покровитель чарословов, он ведь должен, наоборот, благоволить Альциону?

– В том-то и соль, – усмехнулся Никодимус. – Альянс святых еретиков стоит вне магических академий. Если Хаким заподозрит проникновение присягавших сестрице божеств в ряды своего ордена, он ее уничтожит, невзирая ни на какие пророчества. Поэтому ей с союзниками нужно доказать, что она Альцион. А как она докажет свое предназначение как сокрушительницы демонов, если ни одного демона под рукой нет?

Франческа закрыла глаза.

– Да, теперь в ваших галлюцинациях появляется какая-то логика. Значит, приспешники вашей сестры охотятся на Тайфона, чтобы затеять с ним потасовку и, вытащив его из тени, объявить свою предводительницу Альционом согласно пророчеству?

– Именно. Однако, судя по всему, цитадель Звездопада не поспевает за ростом ее могущества. Поэтому сестрица и отправилась в Огун, встречаться с южными чарословами.

– Откуда такие выводы?

– По сведениям нашего агента, оппозиция антипророческому руководству Астрофела собралась в Звездопаде и теперь ищет союзников на юге. Самые провокационные слухи говорят о формировании сепаратистской фракции, задавшейся целью объединить Звездопад и Звездную академию в Лигу Звездопада и отмежевать южных магов от Астрофела.

Франческа озадаченно потерла лоб.

– Так зачем посылать в Авил Вивиан Нийоль и Лотанну Акому?

– Полагаю, они выискивают дракона – не зря их корабль появился аккурат после переполоха, учиненного Скитальцем в святилище.

– Мне они сказали, что явились по вашу душу.

Никодимус пожал плечами.

– Они подозревают, что я прямо или косвенно участвую в создании этого самого полудракона. Соответственно, по их логике, я должен быть где-то неподалеку от аспида.

Франческу этот довод не убедил.

– Но откуда они вообще узнали о случившемся в святилище? И как сумели так быстро отреагировать?

– Наверное, магистр Акома наколдовал какую-нибудь систему слежения с восприятием четвертого уровня – или текстовые конструкты известили его через авильскую колаборисную станцию.

Франческу озарила внезапная догадка.

– Я, кажется, поняла насчет второго дракона!

– Да?

– Если Лотанну читает четвертичные мысли, а у драконов они именно такие, то он должен был увидеть не только Скитальца, но и этого, второго.

Никодимус погрузился в раздумья.

– Вы хотите попросить Вивиан и Лотанну помочь с розысками второго дракона? – спросил он наконец.

Франческа кивнула.

Крепчающий ветер швырнул Никодимусу в лицо прядь смоляных волос.

– Дейдре сказала, вы убережете меня от него.

– Тогда, наверное, вам стоит ко мне прислушаться.

Никодимус пожевал губу.

– Вот вам, кстати, еще информация к размышлению, – продолжила Франческа. – Может, она укрепит ваше доверие ко мне. Кто-то платит каникам за контрабандный провоз в Авил стальных заготовок, заряженных кузнечными рунами. – Франческа вытащила из кошеля на поясе и продемонстрировала металлическую болванку.

– Вот зараза! – прошептал Никодимус, на миг представая перед Франческой не суровым бунтовщиком, а перепуганным мальчишкой из прежней, неведомой ей жизни.

– А я надеялась, вы мне поможете разгадать эту маленькую загадку, – нахмурилась она. – Но выражение вашего лица стирает мои надежды в мелкий порошок. Кто может провозить лорнскую сталь в Авил?

Никодимус не сводил глаз с металлической болванки.

– Понятия не имею, клянусь пламенем небесным.

– Прелестно.

Никодимус вскинул голову.

– Если замешан Лорн, все еще хуже, чем мы думали. И действовать нужно без промедления.

– Уговариваете себя отправить вовремя оказавшуюся под рукой целительницу проверить, что можно выведать у Лотанну? Не забывайте, мне еще нужно раздобыть тексты, чтобы зашить легкое у Жилы.

– Да, – нехотя согласился Никодимус. – Пожалуй, мы с магистром расскажем вам, где нас найти в этом квартале завтра вечером. Через стену мы вас переправим. Но если приведете за собой «хвост»…

– Вы испаритесь, – драматическим тоном договорила за него Франческа, растопыривая воздетый в воздух кулак. – Развеетесь, как дым по ветру. Не беспокойтесь, от соглядатаев Вивиан я ускользну, мне уже доводилось.

Никодимус оглянулся на кобольдов, обступивших Жилу, потом снова пристально уставился на Франческу.

– Вы мне скажете наконец, кто вы такая на самом деле?

Франческа негодующе всплеснула руками.

– Опять? Ради святого небесного пламени, хватит! Вы уже все знаете – и кто я такая, и откуда я родом.

– Нет, не знаю, – ответил Никодимус, пытливо вглядываясь в ее лицо. – И вы, похоже, сами не знаете, если только вы не прожженная лгунья и искусная притворщица.

– Вам в академии баранье упрямство отдельным предметом, что ли, преподавали? Что вы ко мне…

– Магистра, – перебил он, – я вижу сияющий в каждом живом существе пратекст. Поэтому я и донимаю вас вопросами. Вы необычная.

– В каком смысле?

– Сияете слишком ярко.

– Как это понимать?

– Такого лучезарного пратекста я не видел еще ни у одного живого существа.

– И что это значит?

– Не знаю. – Зеленые глаза оглядели ее с головы до ног. – Магистра, вы слишком живая, вот что.

– Вы, наверное, всем девушкам это говорите?

Никодимус хотел возразить, но передумал и, сощурившись, подался вперед, вглядываясь куда-то через плечо Франчески.

– Снова серая кошка? – обернувшись, спросила она.

– По-моему, это не кошка. Смотрите.

На этот раз Франческа разглядела жмущуюся к мешкам невзрачную фигурку.