Без права на ошибку - Элла Рэйн

Дарина от этих слов сползла бы с кресла, только руки Шерлоса удержали ее, а Чарльз тут же взял стакан с водой со стола, в него невидимая для гостей Рунгерд накапала успокаивающий настой, и подал девушке.

— Пойдем, Пусетта, нам больше нечего здесь делать, — поднялась леди Нинервия, та послушно встала и, вытирая слезы, направилась к дверям гостиной, а пожилая леди, не глядя на Дарину, изрекла, — платить за твое обучение мой внук не будет, ты нищая сирота и без пяти минут побирушка. Твоя жизнь, девчонка, будет такой страшной и неприглядной, что ты умолять будешь о смерти, впрочем, ты и найдешь ее где-нибудь в сточной канаве. Тебя вышвырнут из этого древнего замка через пять минут после нашего исчезновения, и пусть тебе будет так же больно, как мне сейчас.

— Ты угрожаешь, Нинервия! — и мгновенно все взрослые леди и лорды поднялись, а леди Каролина продолжила. — Твоя ненависть и злоба стали причиной гибели Яснуса, скольких ты еще готова принести в жертву своих амбиций? Ты помнишь, что сказала тебе старая пророчица? Ты переживешь всех своих детей, внуков и правнуков и уйдешь в Вечность как последний представитель вашей линии Тетрамонов. Опомнись, дай им возможность жить, вы и так наказаны.

— Наивная Каролина, — злобно расхохоталась леди, — ты предлагаешь мне раскаяться? Никогда! Прощай, настоятельница, настанет день, и я приду на твою могилу, но цветы не принесу, а плюну с превеликим удовольствием, потому что ты не сумела сохранить нашу девочку, нашу надежду. Она была очень талантлива, и вот ее нет…

— Регина, пойдемте, — умоляла ее леди Пусетта, — я не желаю здесь больше оставаться, мне плохо.

И после этих слов последний штрих лег в картину, сейчас я знала все о брачных аферистах, порезвившихся в столице, для того, чтобы припереть их к стенке.

Леди Нинервия с гордо выпрямленной спиной не спеша покинула гостиную, подхватив под руку жену внука, которая старалась не смотреть в сторону Дарины. Чарльз и лорд Сириус вышли их проводить, по пути устанавливая дополнительную защиту. В гостиной наступила тишина, у Дарины текли слезы, Шерлос, присев на подлокотник кресла, придерживал ее за плечи и промокал носовым платком лицо. А леди Каролина сняла невидимость со всех, кто находился в гостиной.

— Все, незваные гостьи улетели, — сказал Чарльз, когда они вернулись с дедом в гостиную, взмах — и двери плотно закрылись, — а сейчас, леди-настоятельницы, расскажите нам, на чью девочку поменяли Тетрамоны свою дочь?

— Я вспомнил, кого ты мне напоминаешь, — произнес брат, внимательно рассматривая лицо Дарины, — она появилась в нашем агентстве только один раз, леди Верена Дурнен — бабушка Янека и Патрика.

— Ну и шутки у тебя, Шерлос, — отпарировал Патрик, но тем не менее, подошел и опустился на корточки перед Дариной, — эта красавица меня пыталась убить дважды в Академии Януса Змееносца, а ты намекаешь, что она наша с Янеком сестра.

— Но это так и есть, — раздался голос настоятельницы Теофании, — в нашей лечебнице родился не только ты, но и твоя сестра-двойняшка, а за неделю до вас родилась Дарина Тетрамон.

— Погодите, Вы что, хотите сказать, — Патрик развернулся с ней, — у моей мамы отобрали дочь?

— Это был приказ, — негромко произнесла леди Каролина, — Тесее пригрозили, если она, как настоятельница, не отдаст девочку, то ваш отец погибнет. Веде сказали, что новорожденная малышка умерла… Простите нас.

— Я чувствовала, я догадывалась, что дочка жива, но у меня не было доказательств. И потом, с Патриком у сестер было столько проблем, что мне было стыдно спрашивать у настоятельницы… — прошептала та, комкая платочек в руках и с болью глядя в сторону девушки, — я надеялась, что у девочки будет лучшая доля, чем жизнь в приюте…

— Тогда я ничего не понимаю. Почему Дарина так ненавидела меня? — спросил Патрик у леди Каролины.

— Все просто и сложно одновременно, ты видел, сколько колец было на ее пальчиках? Это артефакты, призванные держать девочку под контролем. Я думаю, влюбленности в тебя не было, но Дарина ощущала ваше родство и потому испытывала настоящий дискомфорт. Ее тянуло к адепту Барнею, однако причину такого состояния она понять не могла. Кроме того, Патрик, ты разве не знаешь, что вы конкуренты в алхимии? — ответил за мать лорд Сириус. — Дарину раздражал и этот момент, и она не нашла иного выхода, как постараться причинить тебе боль, чтобы как-то разорвать ниточку судьбы, связывающую вас. Вот только я думаю, что ей самой после таких выходок становилось не легче, а еще хуже. Я прав, Дарина?

Она не ответила ничего, только расстегнула дрожащими руками пуговицы на рукаве платья и, закатав, показала предплечье, на нем красовались глубокие ожоги.

— Что и требовалось доказать. За каждый ожог, оставленный на твоем теле, она наносила рану себе, — констатировал со вздохом лорд Сириус.

— Так, сейчас понятно, хотя и не до конца. Шерлос, посторонись, сделай милость, успеешь оказать знаки внимания, — Патрик подхватил Дарину на руки и отнес на диван к матери, которую успокаивал Янек, Рутгерн смазывала виски, а Ветрица гладила по руке. — Бабушка знакомься, еще одно хулиганистое чудо объявилось. Я думаю, что такое приобретение всем нам будет в радость, — он усадил сестру между Ветрицей и Ведой, и ее сразу обняли две пары рук, а она сама разрыдалась, закрыв лицо руками.

— Я видела тебя во сне, несколько раз, когда болела, — захлебываясь слезами, говорила девушка, — ты умоляла меня выздоравливать и жить, жить долго и называла Дариночкой, а я потеряла твой подарок…

— Ты вернулась к нам, девочка, — гладила ее по голове Ветрица, — ты вернулась, и тебя ждет долгая жизнь, все самое страшное уже позади.

— Сейчас бы еще понять, — задумчиво произнес Шерлос, — почему так случилось, что в течение одного года мы все собрались? Видана, я, Элиза, Веспасиан, Патрик и вот сейчас Дарина… Тетушка Веда, а как Вы хотели дочку назвать? — спросил он.

— Почему хотела, я ее назвала. Янек, подай мою сумочку, — попросила она у старшего сына, который, обняв жену, смотрел с улыбкой на мать, бабушку и приобретенную сестру. Веда открыла сумочку, из потайного кармашка достала конверт и протянула Дарине.

— Свидетельство о рождении Дарины Барней, — прочитала девушка, развернув свиток и уточнила, — значит, мой настоящий день рождения через шесть дней?

— Да, как и у Патрика, — подтвердила Веда, — ты старше его на двадцать минут.

— Что? Я младше? — деланно изумился Патрик. — Нет, это просто нечестно. Даринка, ты, оказывается, всегда такая вредная была, нет чтобы мне уступить место и позволить первым родиться…

Он взмахнул руками и начал ходить кругами около них, что-то бормоча под нос.

— Не сердись, Патрик, — засмеялся старший брат, — ты младшой, да удалой, лично мне с тобой не сравниться.

— И не дождешься, Янек, — хмыкнул довольный младшой, — мне здоровье жалко на обиды тратить, я просто Дарину рассматривал и хочу сказать: не знаю, похожа ли она на леди Верену, но вот на нашу прабабушку, чей портрет висит в картинной галерее, однозначно.