Владыка - Александра Лисина

Тронный зал словно вымер. Взволнованный ропот по углам испуганно притих, живые стены настороженно застыли. Высокородные ллеры подались в стороны, освобождая место для новоприбывших. Кто-то мысленно содрогнулся, предчувствуя беду, потому что сразу двое претендентов на трон в роду Л’аэртэ никогда прежде не сталкивались друг с другом. Сгустившийся воздух едва не звенел от напряжения, и казалось — еще немного, и его начнут распарывать грозовые разряды. И эпицентром этой бури стали две странные пары, замершие друг напротив друга в диком напряжении.

Таррэн прищурился, пристально изучая лицо молодого эльфа, что походил на него как две капли воды: у юноши оказались несомненные черты владыка Изиара. То же безумно красивое лицо, та же гармоничная линия рта, тот же упрямый подбородок и высокие скулы Л’аэртэ. А в глубине его глаз отчетливо тлел знаменитый «Огонь жизни» — слишком ранний для столь молодого эльфа, но невероятно сильный. Настолько, что этот мальчик и впрямь был достоин уважения.

Впрочем, Тир пока ничего не требовал. Просто оторопело таращился на замершего перед троном Таррэна и оказался так ошеломлен этой встречей, что был не в состоянии сказать ни единого слова. Мелисса, случайно выглянув из-за его плеча и наткнувшись на совершенно лютый взгляд Белки, тоже замерла. Инстинктивно вцепилась в плечо эльфа, до боли прикусила губу и испуганно юркнула обратно.

— Мамочка… — сдавленно прошептала она и в искреннем ужасе зажмурилась, чтобы не видеть вожака Гончих, в глазах которого все быстрее разгорались бешеные изумрудные огни. — Боже, какой ужас. Нам конец!

Элиар издал странный звук, но Шранк поспешно наступил ему на ногу. Причем с такой силой, что светлый тихо охнул и отшатнулся, отчего испуганные взгляды Тира и Милле непроизвольно метнулись в его сторону и стали совсем растерянными. Мелисса вздрогнула и, мгновенно вспыхнув до ушей, едва не сбежала. Хорошо, что Тир вовремя перехватил девчонку за локоть да Белка рыкнула сквозь зубы, отчего Мелисса пискнула и снова застыла на месте восковой куклой. А потом только молча переводила взгляд с одного лица на другое, то краснея, то бледнея, но с каждой секундой пугаясь все больше.

— Тир, Милле, подойдите, — попросил Тирриниэль, настороженно косясь на сына и его грозную пару, которые со странным выражением изучали чудом обнаружившегося наследника. — Все в порядке. Вы просто поговорите. Это ни к чему не обяжет. Всего лишь недолгий разговор.

— Недолгий, значит? — неожиданно промурлыкала Белка, неуловимо быстрым движением встав рядом с Таррэном и ненавязчиво прикрыв ему спину. — Что-то подсказывает мне, что он, напротив, о-очень затянется! Что ты им наобещал, ушастый? Мы ослышались или ты действительно думаешь, что эти дети что-то изменят? Считаешь, они меня остановят, если что-то пойдет не так?

Владыка Л’аэртэ на всякий случай загородил молодежь собой.

— Эти дети неприкосновенны.

— И кто тебе такое сказал? — совсем тихо прошипела она, но эльф нашел в себе силы встретить ее страшноватый взгляд.

— Они — наша единственная надежда. Никто к ним не прикоснется, пока я жив.

— Полагаешь, в преддверии Ухода твоя жизнь все еще что-то значит? Таррэн, тебе не кажется, что у нас совершенно неожиданно появились конкуренты?

— Они вам не соперники, — помрачнел владыка эльфов. — Они — наше будущее, единственный шанс на возрождение, и ради этого я готов сделать все что угодно. Сын мой…

— Зачем тебе дети? — холодно осведомился Таррэн.

Владыка сжался, как перед прыжком в омут.

— Чтобы предложить тебе взять их под опеку до тех пор, пока Тир не войдет в полную силу, а Милле не достигнет совершеннолетия.

— Что-о-о?!

— Я прошу тебя закончить его обучение, — договорил Тирриниэль. — Беречь Тира так, как ты берег бы собственного сына, а эту девочку принять, как родную дочь. Они всего лишь дети и не виноваты в том, что случилось. Знаю, что прошу слишком многого, но только в этом мое последнее желание и последняя воля. Пожалуйста, позаботься о них. Больше мне ничего не нужно.

Таррэн на долгий миг оторопел.

— Кхе… — ошарашенно выдала Белка, изумленно воззрившись на обеспокоенного владыку. После чего наконец заметила расширенные глаза Тира, в которых от волнения загорелся алый огонь. Задумалась ненадолго. А потом озадаченно потерла затылок, уже без опаски выпрямилась и покосилась на искренне опешившего супруга. — Вот оно как… Кажется, в ближайшее время мальчик добавит нам проблем.

Молодой лорд странно закашлялся.

— М-да, пожалуй.

— Значит, ты согласен? — с надеждой уточнил Тирриниэль, и Таррэн закашлялся еще сильнее, на что Гончая неодобрительно покосилась, а потом преувеличенно громко фыркнула:

— Куда ж он денется?

— Поверь, ты не пожалеешь: Тир совсем недавно коснулся огня, но уже превосходно умеет с ним справляться. Он талантливый и очень способный! А Милле…

— Отец, не надо. Я верю. — Таррэн, с трудом оторвав взгляд от испуганного юноши, очень медленно повернулся к владыке. — Однако у меня к тебе есть еще один вопрос. Один очень важный вопрос, от ответа на который будет зависеть мое окончательное решение. Откуда они тут взялись?