Продам кота - Мария Сакрытина

Вильгельм достаёт откуда-то розу и вставляет мне в волосы, улыбается, повторяет:

- Ты так красива, Виктория.

А роза падает мне на грудь, из алой становится золотистой, осыпается пыльцой, и я изумлённо распахиваю глаза. Вильгельм смеётся.

- Ты так мило удивляешься.

Это длилось, казалось, вечность: у меня голова шла кругом от всех “неправильностей", и я уже сама опиралась на руку Вильгельма. Он рядом и с ним не страшно. Не то чтобы я боялась, просто... Это удивительно, когда рыба открывает рот и начинает по-птичьи петь. Это странно, неправильно и с непривычки, да, немного пугает.

Поэтому я не сразу заметила, что гости замолчали, а музыка стихла и в наступившей тишине вдруг громко, пронзительно заиграли трубы.

По мраморной лестнице, усыпанной упругими лепестками, спускался, улыбаясь, отец Вильгельма. Он был в золоте и алом бархате, его голову венчала, как корона, золотая виноградная лоза, глаза смотрели холодно, а губы тонко, презрительно улыбались. Теперь понятно, с кого брал пример младший принц.

Придворные дружно склонились в поклонах, при этом дамы изобразили что-то сложное, настолько, что я, холодея, поняла: вот так сразу не повторю. А если и повторю, то ужасно неуклюже.

Вильгельм остался стоять прямо. Я взглянула на него: что делать-то? Кланяться? На колени падать? Как тут принято?

Принц сжал мою руку и, когда я попыталась тоже согнуть спину (хотя бы просто, без реверанса), еле слышно прошептал:

- Не нужно. Тебе не нужно.

Я осталась стоять.

Король дошёл до нас - дорога сейчас была одна, сад гости оставили и выстроились в главной аллее, как живой коридор, а мы стояли ближе к его концу. В общем, Его Величество заметил нас, улыбнулся одними губами.

- Вильгельм. Какая честь, ты вспомнил о своих придворных обязанностях.

- Отец, - отозвался принц, а я почему-то представила отражение в волшебном зеркале, где король смотрел на сына в восхищении и с любовью. В жизни всё было не так.

- Решил показать двору свою невесту? - усмехнулся король и протянул руку. -Виктория.

Я снова посмотрела на Вильгельма. Что?..

Вильгельм нехотя отпустил меня и кивнул на отца. Мне ничего не оставалось как принять протянутую руку. Чёрт, если он сейчас устроит допрос про приданное и семью, я... не знаю, что буду делать.

Но король, ведя меня дальше по аллее, мимо коленопреклонённых слуг к павильону, увитому виноградом, сказал:

- Мне передали вашу просьбу, Виктория.

Я замерла.

- Она приемлема, - продолжал король. - Я бы не отказался связать договором Витториуса. Если вы убедите его остаться, даю слово, вас ждёт награда. Но вы должны понимать: вы также будете жить в Валенсии и не вернётесь домой, и что ждёт нас дальше, значения не имеет.

Вот же..!

- Зачем, Ваше Величество?

- Вы нужны моему сыну.

- Вы тоже, - вырвалось у меня.

Король удивлённо посмотрел на меня, но ничего не сказал. Мы уже дошли до павильона и теперь были скрыты от придворных стеной винограда. Ну, судя по длине стола - человек на сто - это ненадолго. Его Величество подвёл меня к третьему креслу слева от трона. Слуги, до этого незаметные, тут же налили в бокал короля вино, а мне - сок, вроде бы апельсиновый. Я дождалась, пока король сядет (вот она, польза от просмотра всех сериалов подряд, в том числе и исторических) и села тоже. Вильгельм, догнавший нас с отцом (он специально отстал, наверное, этикет такой), бросил взгляд на мой бокал, потом на замершего у моего кресла юного слугу и сделал какой-то быстрый знак пальцами. Слуга тут же заменил сок на обычную воду.

- Зачем? - удивилась я.

- Сок легче отравить, - спокойно ответил Вильгельм.

Я, уже отпив воды, поперхнулась.

- Я дал госпоже противоядие от всех известных ядов, - тихо вставил Стивен, замерший за спинкой моего кресла.

Я ошеломлённо оглянулась. Так вот почему он приставал ко мне: “Скушай, Вика, конфетку, головой клянусь, тебе понравится!” Конфета (леденец), кстати, оказалась мятной.

Вильгельм как будто ничего не заметил, а я поймала заинтересованный взгляд короля. Его Величество о чём-то говорил со слугой - тот, наклонившись к трону, кивал, дескать, сделаем. А король смотрел на меня и улыбался. Что происходит?

А потом в павильон потянулись придворные. Все они занимали кресла на некотором отдалении от нас, все смотрели с интересом, особенно на меня и принца. Вильгельм делал вид, что мы здесь одни. А может, и не делал, может, и правда считал, что все эти лорды и леди так, пыль под ногами, недостойная внимания. От него можно ждать и не такое.

Когда же стол заполнился весь, и остались только два свободных мест по правую руку от короля, появился старший брат Вильгельма Раймонд со спутницей. Принц-наследник по-прежнему казался усталым, на его плече покачивалась химера Фрося, помахивая огромными белыми ушами. В тон им был и костюм принца -снежно-белый шёлк, серебряная вышивка. Я посмотрела на чёрный камзол Вильгельма и подумала, специально ли младший принц так одевается, чтобы казаться как можно дальше, отличнее от брата, или это снова тонкости этикета?

А потом мой взгляд упал на спутницу Раймонда, и я поняла, что выражение "челюсть отпала” вовсе не фигуральное, а очень даже конкретное. Хорошенькая, миленькая блондиночка, ну просто куколка, была одета в какую-то невозможную конструкцию, больше похожую на башню, чем на платье, а из волос девушки соорудили целую клумбу, утыканную живыми цветами. Надо ли говорить, что она вся сияла, как королевская сокровищница? Боже мой, она не боится выходить на улицу в таком виде? Украдут, а она и сбежать не успеет. Каблуки у госпожи куколки были ещё выше и тоньше моих. А длинные ресницы, а матовая кожа, явно припудренная в три, а то и четыре слоя! Тюбик тональника на всю эту милоту точно ушёл, не меньше. Господи, да мы в ночной клуб с девчонками так не красились! Даже в первый раз.

Как мне теперь это развидеть?

Вильгельм встал, как и король, когда принц с куколкой подошли к столу. Я тоже было дёрнулась, но Вильгельм нажал мне на плечи и удержал.

- Ты опоздал, - холодно бросил король.

- Простите, отец, - вздохнул старший принц.

Король кивнул, улыбнулся одними губами куколке.

- Оливия.

Блондиночка изящно поклонилась.

- Мой прекрасный повелитель, как я счастлива вновь быть приглашённой на ваше торжество.

Вау.

Король на это ничего не сказал, только снова кивнул и сел. Сделал знак слугам - на столе... в общем, что-то появилось, не знаю, я не могла оторвать взгляд от Оливии. Сама девушка, скромно потупившись, позволяла ухаживать за собой Раймонду.

- Нравится? - прошептал мне на ухо Вильгельм.