Второй шанс. Книга 2 - Юлия Ляпина

После омовения Вайнор вернулся в город освеженным и довольным, надеюсь, ему больше повезло с купанием, чем мне.

Встретить его на крыльце меня не пустили – дамы принялись упрекать меня в неприличном поведении:

– Леди Аннелора! – Вопль ворвался в мою измученную голову, словно стилет.

– Как вы можете! – Скрип несмазанного колеса.

– Это неприлично! – Шипение рассерженной гадюки.

Дамы дружно закатывали глаза, обмахивались платками и опахалами, подносили к носам нюхательные соли и причитали на разные лады о падении нравов и развращенности молодежи.

– Я увидела своего покойного супруга только в храме! – упрекала меня пожилая матрона, утирающая крокодиловы слезы.

– В наши дни девушки не смели и глаз поднять на мужчину! – утверждала другая дама, появившаяся на свет всего годом раньше меня.

– Скромность и стыдливость – лучшее украшение невесты! – патетически восклицала третья, сверкая нарисованным румянцем и изрядных размеров украшениями.

Я смиренно выслушала все эти сентенции и даже ни разу ни огрызнулась – мне нужно было продержаться всего три дня!

Выговорившись, фрейлины утащили меня переодеваться к обеду. Платье вновь было тяжелым и богато изукрашенным золотом и камнями, но у меня не осталось сил спорить. Закрыв глаза, я позволила отвести меня под руки к беседке, сплетенной из зеленых ветвей, цветов и лент. Рядом в такую же беседку усадили Вайнора.

Перед началом трапезы нам подали большие серебряные чаши, наполненные ароматической водой. Я с радостью ополоснула руки, прохладная вода меня всегда успокаивала.

Поговорить с Вайнором вновь не получилось – беседки стояли на расстоянии друг от друга, а плотное плетение каркасов не давало возможности даже увидеться.

Перед началом пира градоправитель громко поздравил нас с предстоящим браком и преподнес дары от города: шкатулку с красивыми парными кубками, вырезанными из местного розоватого камня. Плетеный из лозы короб, наполненный доверху свитками превосходной тростниковой бумаги. Кувшин с красивыми местными камушками под названием «рыбий глаз», в столице из них делали четки, шнуры и ошейники для собак.

Подарки сложили на большой стол, чтобы все гости могли их видеть.

Затем по сигналу распорядителя обеда вынесли первое блюдо. Это был олень, запеченный целиком. Я даже удивилась, где в этих краях раздобыли оленя? Но юноша-прислужник, стоящий рядом, объяснил, что подле города есть большой лес, в котором охота запрещена.

– Оленей там можно ловить только для королевского стола, леди, а крестьянам велено собирать хворост, лечебные травы и ягоды в обмен на сено и соль.

Я была приятно удивлена такому правилу, но юноша продолжил:

– Этот лес спасал город уже несколько раз во время голода или болезней. На опушке живет травница, которая следит за лесом и не дает ставить силки, зато готовит лекарства для больных.

Я порадовалась мудрости правителей города, а еще больше – изрядному куску мяса, который юноша уложил мне на тарелку. Дамы свиты бросали на меня злобные взгляды, но их удачно рассадили между юношами благородных родов и они не могли игнорировать своих сотрапезников. Так что я насладилась горячим мясом с острым перцем и сочными листьями дикой редьки.

После оленя внесли великолепно украшенного павлина. Клюв и когти птицы покрывало сусальное золото, великолепный хвост раскачивался, точно огромное опахало, а гнездо было сделано из тонких хлебных палочек и орехов.

Птицу несла дочь градоправителя – румяная золотоволосая девушка в красивом розовом платье с серебряными бубенчиками на поясе.

По обычаю, павлина поставили перед Его Величеством и Вайнор, улыбаясь, поклялся на голове птицы, что выполнит свое обещание жениться на мне.

Девушка, смущенно рдея щеками, протянула королю железный браслет в подтверждение его клятвы. Король принял простое украшение, с ответной улыбкой вручив подавальщице золотую брошку.

Клятва дана и принята. Я вздохнула и зажевала листик салата, чтобы не скрипеть зубами.