Попаданка с характером - Екатерина Верхова

Песок начал бурлить, словно кастрюля с закипевшей водой. Первый, второй, третий. Из песка появлялись крохотные мордочки, следом и панцири. Черепашата неловкие, пока еще неповоротливые, но уже стремящиеся к кромке воды. Из океана на них смотрела Морда. Поймав мой взгляд, она — клянусь! — кивнула.

Десятый, двадцатый. Сколько их там? Я заворожено наблюдала за тем, как крохотные создания устремляются к жизни. Я не могла пошевелиться. Просто переводила взгляд от кладки к воде — по этому пути выстроилась уже целая дорожка из черепашат. Я магией отгоняла птиц, желающих полакомиться свежим нежным мясом.

Я не знаю, сколько я так просидела. Песок перестал бурлить и последний из вылезших уже добрался до кромки воды, а я все сидела. Бросила еще один взгляд на место гнездования — все? Все ли смогли выбраться через такую толщу песка? Тогда почему Морда не уплывает? Все смотрит и смотрит. И именно в этот миг показалась еще одна крохотная головка.

Вот только в отличие от своих темных собратьев песочно-белая. Черепашонок с важным видом выбрался из песка и медленно почапал к кромке воды. Завороженная появлением еще одной новой жизни, да еще и редкого вида черепашки-альбиноса, я решила сопроводить его по этой дороге.

Мне казалось это важным. Когда Мелкий — а мысленно я звала именно его так — поймал волну, я перевела еще один взгляд на самую крупную черепаху.

— Ну ты, Морда, считай, систему сломала. Дважды. И когда осталась следить за потомством, и когда подарила миру альбиноса. — Я громко хихикнула и села прямо напротив многодетной матери. Морда еще раз важно кивнула и... скрылась под водой.

Что это было? Все два месяца, что я прожила на пляже, пролетели перед глазами за один миг. Нужно ли мне было такое спокойное приключение? Жизненно необходимо. Вот только я поняла это именно сейчас, когда моя миссия выполнена.

В груди зажегся огонек. Начал разрастаться настолько, что я почти тут же поняла — я горю. Стихия вышла из-под контроля, но мне не причиняла никакого вреда. Наоборот — это дарило уверенность в завтрашнем дне, освобождало от дня прошлого. Руки, ноги, тело, лицо — все объяло пламя, дарящее спокойствие.

Секунда, и вместе со мной горит и мое бунгало. Мне даже оборачиваться не надо было, чтобы об этом знать, я чувствовала. Полыхает так же, как и я, не причиняя никакой боли окружающей природе.

Внезапно я почувствовала чужое присутствие. Обернулась.

Эдвард стоял в нескольких метрах и пораженно смотрел на все происходящее. Поймав мой взгляд, он улыбнулся и шагнул навстречу — да я и сама вскочила на ноги, переполненная эмоциями.

— Ты не приходил! — обвиняюще начала я, шагая при этом к нему с совершенно другой целью. Совсем не для того, чтобы в чем-то обвинить.

— Я не приходил не потому, что не хотел тебя видеть, — произнес он, когда я крепко его обняла. Вспомнив про то, что полыхаю, как спичка, хотела отстраниться, но Эдвард только крепче прижал меня к себе. Ему мое пламя тоже нисколько не вредило. — Мы поймали последних двоих, но я был ранен.

Это заставило всполошиться. Я тут же отстранилась и обеспокоенно оглядела Эдварда.

— Все хорошо. Уже все хорошо, — тихо произнес он, вновь привлекая меня к себе и носом утыкаясь в мою макушку.

Его рука скользнула на мою талию, и он внезапно странно дернулся. Глянула на него вопросительно и столкнулась со взглядом неверяще-изумленных глаз.

— Что? — обеспокоенно спросила я.

Вместо ответа он положил ладонь на мой живот, и я ощутила волну магии. Щекотно.

— Сможешь ты забеременеть. Уже беременна, — пораженно прошептал он и широко улыбнулся. — Мы будем родителями.

Я не успела и переспросить, как он меня поцеловал. Настойчиво, не терпяще возражений.

— Я люблю тебя, — прошептал в губы.

— И я тебя люблю, — ответила не задумавшись. Потому что знала — люблю. — Давай вернемся домой?

Когда меня вновь поцеловали, мы уже стояли в центре моей комнате в замке, расположенном в самой столице королевства Дретон. Именно в тот момент я и поняла — каждый заслуживает счастье. Просто иногда путь к нему может показаться трудным, почти невыносимым. Но и счастье будет дано равноценным — огромным и согревающим.