Боги вне подозрений - Елизавета Шумская

– Тебе тоже все кажется излишне подозрительным? – Лоу оглянулся, будто ища затаившихся врагов.

Духовник лишь усмехнулся.

– Меня куда больше беспокоит то, что скоро мы вступим на территорию, условно относящуюся к храму Искраулу, – повел плечами фаар. – Конечно, до него очень далеко, но насколько я знаю Орнеллу Нецкальскую, она очень хорошо осведомлена обо всем, что творится на землях прихожан своего храма.

– А правду говорят, – Микош был куда моложе Рошела, Ранреу и Элайтера, но старше двух оставшихся членов группы, хоть и ненамного, – что Орнелла Нецкальская – любовница Льота Фарклайда?

Халльдуор и Альзорел насмешливо посмотрели на задавшего вопрос.

– А как ты думаешь, замужняя дама может быть любовницей такого человека, как старший протектор Нарры Льот Фарклайд? – с коварными интонациями в голосе спросил фаар.

Элайтер отчего-то грустно улыбнулся.

Микош усиленно размышлял.

– Нарра склонна прощать подобные союзы, – выдал он.

Альзорел презрительно задрал свой хорошенький носик.

– Не прощать, – немного неожиданно для остальных поправил его Элайтер. – Она не видит греха в любви. Если Карнаву мы в двух словах определяем как Разум и Милосердие, то Нарру можно назвать Любовью и Жизнью. Богине не нравится, когда чувства влюбленных причиняют боль кому-то еще, но она прекрасно понимает, что совсем избежать этого невозможно. В случае же с Льотом и Орнеллой все непросто. Халль, ты помнишь?

– Отлично помню, – вздохнул его напарник. – Мы тогда были так молоды и так… легки, что ли. Все казалось таким простым. И цели, и путь, и столько счастья было вокруг. А Льот… мы учились все вместе. Не на одних курсах, но пересекались, как пересекаются все, кто учится на Феэркен-сене.

– И ты хочешь сказать, что он тоже был молод… в смысле легок и… наивен? – В голосе Микоша откровенно слышалось неверие. Причем не словам, но скорее своему пониманию, что такое действительно могло быть.

– Даже Халльдуор и Шерши Ро, – влез Ранреу, – когда-то не были врагами.

– Не было такого! – возмутился фаар. – Я всегда терпеть не мог эту вредную задницу! И меня всегда бесили его дурацкая манерность, эта надменная рожа и веер! Да, и веер! И я…

– Вернемся к Льоту, – хихикнув, оборвал его на полуслове Лоу. – Как это ни казалось бы невероятным, но господин нынешний старший протектор Фарклайд, а тогда еще один из множества безвестных ростков Феэркен-сена, совсем не был столь зануден, как сейчас.

– Он не зануден, он серьезен. – Похоже, Рошел в отместку решил противоречить руководителю группы во всем. – И он всегда был серьезен.

– Но не настолько, – покачал головой Элайтер.

Микош, Олестер и даже Альзорел во все глаза смотрели на старших коллег. Как ни хотелось им признаваться, но командир противников вызывал восхищение и восторг. Более того – он и человеком-то не казался, его невозможно было заподозрить ни в одной слабости.

– И у него всегда было отличное чувство юмора, – продолжил Карнелл.

– Куда только делось? – проворчал Ранреу, но Элайтер не обратил на него внимания.

– Он, конечно, никогда не был обычен. Знатного рода, великолепного воспитания, на него возлагались многочисленные и, к слову, оправдавшиеся надежды, но все это нисколько, по крайней мере внешне, а я с ним близко не был знаком, его не тяготило. Казалось, ему все по плечу. Он и тогда не слишком часто улыбался, но было в нем что-то… куда больше подходящее протектору Нарры, чем то ледяное спокойствие, которое мы видим сейчас…

– А Орнелла? – Пауза перед этими словами получилась значительная: одни вспоминали, другие пытались представить. Микош явно перестарался с этим и потому поспешил вернуть мир на привычное место, хотя бы словами отвлечься.

– А Орнелла… – Элайтер улыбнулся. – Тогда по ней сходила с ума разве что не половина обучающихся. Такая красивая, умная, она будто излучала бесконечную энергию. Постоянно что-то устраивала, вытягивала всех на различные мероприятия вроде походов, спектаклей или каких-нибудь творческих посиделок, обожала танцевать, бралась то за одну группу, то за другой клуб по интересам. И все у нее получалось. И тоже так – легко, будто играючи. Вокруг нее постоянно крутилась туча народа, но когда они с Льотом начали встречаться, другие мужчины отступили – соревнования с ним никто выдержать не мог. Они казались такой счастливой парой, да, Халль?

– Угу, – нехотя согласился духовник. – Слишком хорошей. Разумеется, это не могло хорошо закончиться.

– И как закончилось? – Микош перебирал в голове известные ему факты.

– Она вышла за другого, – сухо ответил Рошел. – Это был ее долг, и она поступила согласно ему. Сейчас она верховная жрица Храма Искраулу, весьма искусная, к слову, а Льот – старший протектор Нарры.

– И это все? – негодующе вопросил его младший коллега.

– А чего ты еще ждешь? Рассказа об их разбитых сердцах и невыносимой муке? Или о предательстве и брошенном возлюбленном? Извини, таких подробностей мне не известно. Да и стоит ли их искать? Лучше подумайте, как нам избежать встречи с тем и другой.

– Ты тоже зануда, Халльдуор, – фыркнул Ранреу. – Разве можно такие истории так заканчивать?

– Такие истории лучше вообще не рассказывать, – отрезал Рошел. – Он наш противник, но я его уважаю. Вахны побери, долго нам еще ехать?! По-моему, мы давно заблудились! Это все ты виноват, даже дорогу не в состоянии узнать. Вот скажи, за что тебя-то выбрали старшим протектором?

– За мое неземное обаяние, – хохотнул Лоу. – А еще за то, что я редко ошибаюсь.

– Тогда где этот вахнов городишко?!

– Ты имеешь в виду Марцу? – вкрадчиво подначил его Ранреу.

– Нет, твою задницу! Конечно, Марцу! Или ты, безошибочный ты наш, уже изменил пункт нашего назначения?

– Что ты, Халльдуор Рошел, как я посмел бы это сделать без твоего одобрения? – теперь уже невозможно было понять, посмеивается он или обижается.

– Мы слишком заметны в этой глуши. – За время с того момента, когда фаар отхлестал его веером, Олестер не произнес и дюжины слов, хоть в драку тоже не лез, но сейчас его тихий голос показался громом. Его коллеги как один обернулись и секунд тридцать просто смотрели на юношу. Тот заметно покраснел, но больше ничего не сказал.

– Это ты верно заметил, – наконец смог вымолвить Ранреу. – Но что мы можем сделать?