Ведьмина тайна - Дарья Гущина

Но сводная тётка не дала мне и рта раскрыть. Допив кофе, она выпрямилась, расправив плечи, обвела нас выразительным взором, и я отмела тщательно подобранные слова как ненужный мусор. Её взгляд был прозрачно-ледяным, изумрудно-твёрдым, огранено-острым. Заступничество человека – последнее, в чём нуждалась эта маленькая и обманчиво хрупкая женщина.

– Вот что, други, – произнесла она ровно, – предлагаю на пару дней забыть о том, кто моя мать. Вам без помощи ведьмы придётся тяжко. Ты заметил, – решительный взгляд упёрся в заклинателя, – что высшая нечисть ведёт себя неадекватно? Пришлые притащили с собой очень много тьмы, и городские, впитывая её и «переедая», едут крышей.

Бахтияр неохотно кивнул.

– Круг ими занимается по остаточному принципу – ведьмы ждут новой волны, не до отвлечений, – невозмутимо продолжала Марьяна. – Заклинатели приехали, но их мало. Если пара свихнувшихся «скорпионов» внезапно нападёт со спины, когда мы пройдём в сантиметре от их территории... Моя помощь лишней не будет. Так ты подобрала ключ? – и она посмотрела на меня.

Мне стало неловко. И оттого, что сводная тётка явно поняла, от чего я только что отказалась, – и успокаивающе улыбнулась. И оттого, что заклинатель уставился на меня многозначительно: дескать, спрашивай. А не то время и место.

Я достала рисунок капища, пересказала сон и обозначила варианты – от проклятой школы до деревянных идолов в зоопарке.

– Школа, – сразу согласилась с Ягой Марьяна. – Права «кошка». Прекрасная чёткость, – похвалила скупо. – Я видела другие рисунки древних капищ – твой очень на них похож. Сейчас проверим? – обратилась к Бахтияру, вставая.

– Я с вами, – я тоже встала и напомнила: – Это моя тропа. И лишь у меня есть «компас». И мне надо зарисовать то, что найдётся. Совет пророчицы.

– И я пойду, – подхватился Вовчик. – Я в деле и ничего не знаю! Из-за вас, интриганов недоделанных, я остался без машины и чуть бара не лишился… и мозгов. И жизни. И мне интересно! Требую компенсации! Чёрта с два отделаетесь! – пригрозил воинственно.

По одинаково ироничным взглядам ведьмы и заклинателя я поняла, что ещё как отделаются – легко, просто и без проблем. Но не будут. Видать, считают «муравья» полезным.

– До микрорайона добираться около часа, – я достала телефон и загрузила карту. – Может, разделимся? Четверо в автобусе… не считая собаки – уже толпа. Подозрительная и заметная.

– Глон, на выход, – и Марьяна поманила душку-бармена. – Володь, со мной пойдёшь. Жду на крыше.

А я посмотрела на Бахтияра, тоже изучающего карту, и сурово заявила:

– Пешком не потащусь. Не выношу жару.

Он глянул исподлобья и – о, чудо! – улыбнулся неловко, почти виновато. И пояснил:

– Время поджимало, а нечисть была повсюду, наблюдала за городом через дождь. На улице отбиться проще, чем в машине. Конечно, сейчас поедем.

– Опоздаем, – заметила я, собирая сумку. – Марьяна долетит быстрее.

– Заодно проверит обстановку, – кивнул заклинатель. – Найти метку Гуни всё равно сможешь только ты. Или я, если медитационно настроюсь на сестру, но это долго. Готова?

Я прихватила пару бутылок воды, попрощалась с Ягой, заперла квартиру, и мы отправились на автобусную остановку – от такси Бахтияр отказался наотрез. И всё по той же причине – в машине от нечисти отбиваться сложнее. Я с содроганием вспомнила, как драпала от одержимого Вовчика, и согласилась. Если бы не выбралась вовремя из салона, помощи бы не дождалась.

– Я не знаю всех особенностей стародавних, – заклинатель сел у окна. – Поэтому чем больше свободного пространства – тем больше шансов. Следи за дорогой. Разбудишь.

И уснул. Сидя рядом и зевая, я тоже боролась со сном. Утренний адреналин кончился, и усталость навалилась со всех сторон. Хорошо, места свободные были – выходной день, народ на дачах… И я с тоской вспомнила садовое общество «Тихий берег», уютный гостевой домик, прохладу и ночные запахи шашлыков. Сбежать бы туда да восстановиться морально…

И всё же я задремала. Ранний подъём, тяжёлый сон во сне, пыльная духота и послеполуденная жара… Моргнула, едва автобус проехал пару остановок, – ощутила лёгкую щекотку на запястье – и, вздрогнув, открыла глаза. Посмотрела в окно и поняла, что скоро выходить. А по запястью скользнул и исчез в пустоте хвостик плюща. Вот уж не ожидала, что с бабушкиным отпугивающим оберегом так понравлюсь нечисти… Но она точно не таит зло.

Бахтияр проснулся моментально, едва я заёрзала, поправляя сумку и доставая из оной телефон.

– Выходим?

– Угу, – я сверилась с картой. – На следующей.

Заклинатель потянулся и протёр лицо.

– Закончим – залягу в спячку… – пробормотал он. – Нечисть ни черта не спит и лезет в город бессистемно…

Я едва не ляпнула, что ему ли, внесистемному, на это жаловаться, но, к счастью, мозг проснулся и удержал язык от глупостей. Не время портить отношения.

На остановке, в хилой тени раскалённого на солнце павильона, сидел Глон. Едва автобусная дверь открылась, как пёс вскочил и завилял роскошным рыжим хвостом. Я вышла первой, а Бахтияр, опять и не к месту заинтересовавшись подселённым, завис на ступеньке и чуть не уехал дальше. Едва успел в последний момент проскочить между закрывающимися дверьми, получив заслуженный кондукторский и водительский мат.

– А она нарывается, – заклинатель хмуро посмотрел на пса.

Глон же, заливисто гавкнув, развернулся и бодро потрусил по дороге прочь от остановки и навстречу кирпичным «грибам»-многоэтажкам.

– В нём легко рассмотреть нечисть? – я поспешила за нашим провожатым.

– Да.

– А как? – мне стало интересно. – По каким признакам?

Бахтияр помедлил и неохотно объяснил:

– Сильная душа убивает слабую, и тело ненадолго умирает. После дух нечисти переделывает его под себя. Проявляется магия, изменяются привычки… и ещё кое-что. Как я отличаю нечисть от человека, так и животное от нечисти отличу.

Я с содроганием присмотрелась к Глону, но опять увидела только жизнерадостного пса. Обожающего, тьфу на него, знакомиться.

– Это как выход из комы. Клиническая смерть. Вторая жизнь. Короче, не бери в голову, – и насмешливо посоветовал: – Магия полна гадостей и разочарований. Не спрашивай, если не хочешь жалеть об узнанном. Некоторых вещей лучше не знать. Принимай как данность. Кстати, – он непринуждённо сменил тему, – ты про школу в своём журнале писала?

Мы нырнули в тень многоэтажек, но легче не стало. За недавним дождём, который разделил мою жизнь на своеобразные «до» и «после», я даже про тяжесть жары и духоты забыла.

– Нет, – я достала из сумки воду. – Собиралась, но наши с начальством планы никогда не совпадали.

При мысли о Виталине Марковне опять стало больно. Я выпила воды и протянула бутылку Бахтияру. Заклинатель, помедлив, взял, сделал скупой глоток и вдруг сказал: