Сердца в Атлантиде - Стивен Кинг

— Эй, cabron <Козел (исп.).>, — сказал этот тип,смеясь по-нехорошему. В плечи Бобби вцепились руки и остановили его. — Кудапрешь, putino <Здесь: шлюхин сын (исп.).>?

Бобби поднял глаза и увидел четырех парней — с уличногоугла, как назвала бы их его мама, — стоящих перед дверью с вывеской “BODEGA”<Погребок (исп.).>. Наверное, пуэрториканцы, подумал он, и все в брюках сострой складкой. Из-под отворотов брюк торчали острые носки черных сапог. Навсех голубые шелковые куртки со словом “DIABLOS” <Дьяволы (исп.).> наспине — буква I изображала дьявольские вилы. Что-то в этих вилах показалосьБобби знакомым, но времени вспоминать не было. У него упало сердце: оннаткнулся на членов какой-то шайки.

— Извините, — сказал он надтреснутым голосом. — Честноеслово, я.., извините…

Он вырвался и попытался прошмыгнуть мимо, но его сразу жеухватил второй парень.

— Куда это ты, tio? — спросил этот. — Куда ты, tio mio?Бобби опять вырвался, но четвертый сцапал его в одну секунду. Ухватил его ивторой — на этот раз покрепче. Словно его снова окружили Гарри и его дружки, нотолько еще хуже.

— Деньги у тебя есть, tio? — спросил третий. — Тут за проходплатят, знаешь ли.

Они все захохотали и сгрудились вокруг него. Бобби ощущалзапах их душистых бритвенных лосьонов, их помады для волос, своего собственногостраха. Голосов их мыслей он не слышал, да и зачем? Они, наверное, изобьют егои отнимут все деньги. То есть если ему повезет.., но ведь ему может и неповезти.

— Мальчишечка, — почти пропел четвертый, протянул руку,защемил торчащие волосы Бобби и дернул так, что у Бобби на глаза навернулисьслезы. — Маленький muchacho, как у тебя с деньгами? Сколько добрых старых dinero?Есть сколько-нисколько, и мы дадим тебе пройти. Нету, и мы расшибем тебе яйца.

— Не лезь к нему, Хуан.

Они оглянулись — и Бобби тоже: к ним подходил пятый парень,тоже в куртке “Диаблос”, тоже в брюках с острой складкой, но в кроссовкахвместо сапог, и Бобби сразу его узнал. Тот парень, который играл в “Космическийпатруль” в “Угловой Лузе”, когда Тед делал свою ставку. Понятно, почему вилыпоказались ему знакомыми — они же были вытатуированы у него на руке. Курткабыла вывернута наизнанку и завязана на поясе (“Клубные куртки тут носитьзапрещено”, — сказал он Бобби), но на нем все равно был знак “Диаблос”.

Бобби попытался заглянуть в мысли этого пятого и увиделтолько смутные пятна. Его способность снова угасла, как было в тот день, когдамиссис Гербер возила их в Сейвин-Рок: вскоре после того, как они отошли отстола Маккуона в конце главной аллеи, она угасла. На этот раз его стукнуло наподольше, но теперь дело явно шло к концу.

— Эй, Ди, — сказал парень, оттаскавший Бобби за волосы, — мытолько немножко потрясем мальца. Пусть заплатит за проход через зону “Диаблос”.

— Не его, — сказал Ди. — Я его знаю. — Он мой compadre<Товарищ (исп.).>.

— По-моему, он малолетний гомик из центра, — сказал тот,который обозвал Бобби cabron и putino. — Я немножечко научу его уважению.

— Ему твои уроки не требуются, — сказал Ди. — А хочешь, ятебя кое-чему научу, Мозо?

Мозо, хмурясь, отступил и достал сигарету из кармана. Пареньрядом щелкнул зажигалкой и дал ему прикурить, а Ди отвел Бобби в сторону.

— Что ты тут делаешь, amigo <Друг (исп.).>? — спросилон, ухватив Бобби за плечо татуированной рукой. — Чтобы ходить тут в одиночку,надо быть дураком, а уж вечером и одному, так и вовсе loco <Сумасшедший(исп.).>.

— Так по-другому нельзя, — сказал Бобби. — Мне надо найтитого, с кем я был вчера. Его зовут Тед. Он старый, худой и очень высокий. Ходитвроде бы горбясь, как Борис Карлофф — ну, знаешь, тот в страшных фильмах?

— Бориса Карлоффа я знаю, а вот никакого хренового Теда незнаю, — сказал Ди. — Я его не видел. А тебе надо отсюда выбираться, и поскорее.

— Мне надо в “Угловую Лузу”, — сказал Бобби.

— Я прямо оттуда, — сказал Ди. — И никого вроде БорисаКарлоффа там не видел.

— Так еще рано. Думаю, он заедет туда между девятью иполовиной десятого. И я должен быть там раньше него, потому что за ним гонятсяодни. В желтых плащах и белых ботинках.., ездят на больших шикарных машинах..,одна из них лиловый “Де Сото” и…

Ди ухватил его и прижал к двери закладчика так больно, чтоБобби подумал, что он все-таки заодно со своими дружками. Внутри лавки старик вочках, сдвинутых на лысый череп, досадливо оглянулся, потом продолжил читатьгазету.

— Jefes <Здесь: начальнички (исп.).> в желтых плащах,— шепнул Ди. — Этих я видел. Другие ребята их тоже видели. От таких лучшедержаться подальше, chico <малыш (исп.).>. Что-то в них такое.Ненормальное. Рядом с ними крутые парни, которые околачиваются возле “СалунаМаллори”, сойдут за ангелочков.

Что-то в выражении Ди напомнило Бобби Салл-Джона — какЭс-Джей сказал, что видел пару жутких типчиков у входа в Коммонвелф-парк. Акогда Бобби спросил, что в них было жуткого, Салл сказал, что точно не знает.Зато теперь Бобби знал:

Салл увидел низких людей. Они уже тогда вынюхивали совсемрядом.

— Когда вы их видели? — спросил Бобби. — Сегодня?

— Дай передохнуть, малыш, — сказал Ди, — Я же всего два часакак протер глаза и почти их все провел в ванной: приводил себя в порядок, чтобывыйти на улицу. Я видел, как они выходили из “Угловой Лузы” — двое их было —позавчера, если не вру. И там теперь что-то странное деется. — Он задумался,потом позвал:

— Эй, Хуан, волоки сюда свою задницу.

Любитель таскать за волосья подрысил к ним. Ди сказал емучто-то по-испански. Хуан ответил, Ди добавил еще что-то и кивнул на Бобби. Хуаннаклонился к Бобби, прижав руки к складкам брюк на коленях.

— Ты видел этих людей? Бобби кивнул.

— Одни в большом лиловом “Де Сото”? Одни в “крайслере”? Аеще одни в “олдсмобиле” девяносто восьмого? Бобби видел только “Де Сото”, новсе равно кивнул.

— Машины эти не настоящие, — сказал Хуан и покосился , наДи: не смеется ли он? Но Ди не смеялся и только кивнул, чтобы Хуан продолжал. —Они что-то другое, — По-моему, они живые, — сказал Бобби. Глаза у Хуанавспыхнули.

— Ну да! Вроде живые! А эти люди…

— А какие они с виду? Я их не видел, только машины. Хуанпопытался ответить, но не сумел — во всяком случае по-английски, и перешел наиспанский. Ди переводил, но как-то рассеянно — он все больше втягивался вразговор с Хуаном, а про Бобби словно забыл. Другие ребята с угла — на поверкуони были всего только мальчишками — подошли к ним и добавили свои наблюдения.Бобби не понимал, что они говорят, но решил, что они боятся — все они. Они былидостаточно крутыми — иначе “тут, внизу” и дня не протянуть, — но вес равнонизкие люди их напугали. Бобби уловил последний четкий образ: широко шагающаявысокая фигура в плаще коричневого цвета почти до лодыжки — такие плащи онвидел в фильмах, таких как “Перестрелка на ранчо O.K.” и “Великолепнаясемерка”.