Не ведая преград - Александра Скиф

Самое страшное, он считает меня магом, не видит мою демоническую сущность, и я даже не знаю, как Джеймс отреагирует на мое истинное происхождение! Очень немногие рискуют связать свою жизнь с демоном. Во-первых, мы намного темпераментней и вспыльчивей магов, а после обретения темного дара у многих и вовсе портится характер до невозможности. Во-вторых, мы можем иметь только одного ребенка, и в-третьих, демоны могут родить детей только после обряда лигаре (или если встретят истинную пару). А поскольку по законам Харома разорвать связь с избранным можно только если один из партнеров встретит свою истинную пару, и только при условии, что второй будет согласен на этот разрыв, маги не спешат связывать себя такими обязательствами. Этот закон Харома обоснован тем, что для магов последствия разрыва незначительные, а вот демон может не пережить его. Сами маги крайне редко используют этот обряд, в основном, только если создается пара с разным уровнем магической силы, чтобы второй партнер не состарился раньше первого.

Да и в принципе, все это не важно. У меня с Джеймсом не будет будущего, как бы сильно мы друг друга не любили. Отец хочет, чтобы я стала правительницей Подземного царства, как его единственная законная наследница. Он уже сейчас считает меня самой сильной в Хароме. У Шелиака других наследников уже никогда не будет, и мне не хочется разочаровывать его. Он — моя семья, мой единственный кровный родственник.

Джеймсу же уготована судьба стать императором Велании, и даже если у его отца будут еще дети, только первый сын наследует королевскую магию. Мы из разных миров, и уже меньше, чем через год, я покину Веланию и официально приму титул принцессы Тьмы. Я должна вернуться в Харом, там портал Бездны, и мой долг защитить своих подданных от шитаинов. Это обязанность каждого высшего демона, и я не собиралась пренебрегать ею. Пусть женщины редко поступают в Охранный патруль Харома, но я же принцесса Тьмы, там мой народ и мой мир.

Да и как Джеймс можем быть уверен, что наши чувства реальны? Как нам понять это? Может, мы заблуждаемся, и это все навеяла нам какая-то магия, из-за которой у меня в груди распускается огненный цветок? Что я вообще знаю об этом? Почему наши магические патоки так резонируют?

Я запуталась. И чтобы немного развеяться, вышла из комнаты и пошла в небольшой тренировочный зал, расположенный дальше по коридору. В час ночи там никого не было, и я, надев перчатки для бокса, принялась лупить по груше.

Наверное, я увлеклась сильнее, чем рассчитывала, поскольку не заметила, что уже не одна в зале.

— И чего тебе не спится, принцесса? — спросил Энджелл, подпирая стену. На нем были только пижамные штаны, и веселые тапочки. От неожиданности я вздрогнула и прекратила пинать грушу.

— Да так, решила размяться перед сном, — ответила я, откидывая волосы с лица.

— В два часа ночи? Серьезно? — недоверчиво спросил друг. — Хочешь поговорить?

Он присел на маты, а я, сняв перчатки, обессиленно опустилась рядом с ним.

— Где ты прячешь «бабочку»? — спросила я, рассматривая полудемона и не видя на нем артефакта, скрывающего демоническую сущность.

— В кармане, — хмыкнул он. — Приходится все время проверять, чтобы случайно не забыть эту красоту в другой одежде.

— Дейвид рассчитывал, что ты будешь гордо носить ее на груди, — улыбнулась я.

— А еще он рассчитывал, что ты будешь учиться на факультете целителей! — в тон мне ответил друг и тоже улыбнулся, а затем посерьезнел и обнял меня за плечи. — Лина, я знаю, о чем ты думаешь. Я понимаю тебя и не осуждаю.

Я тяжело вздохнула и положила голову ему на плечо. Все-таки хорошо, что у меня есть такой друг, который может просто посидеть с тобой в два часа ночи в тренажерном зале и не пытаться учить жизни.

— Что мне делать, Энджелл? Я запуталась, — тихо сказала я. — Я люблю Джеймса, но не уверена, что эта любовь реальна. Ты сам видел, что происходит с нашей силой, возможно, это магия вызывает такие сильные чувства. Да и при любом раскладе, нам все равно нельзя быть вместе.

— Помочь разобраться тебе с чувствами я могу, а вот что делать со всем остальным, тебе придется решать самой, — сказал Энджелл, гладя меня по волосам.

— Ты же знаешь, о чем я думала сейчас, — глухо сказала я, скорее не спрашивая, а утверждая.

— Догадываюсь, — прошептал он. — Хочешь отказаться от своего права на престол?

Я молча кивнула, боясь вслух произнести это. За последний год я настолько свыклась с мыслью, что являюсь принцессой Тьмы и мне предстоит править Подземным царством, к чему меня постепенно готовил Шелиак, что я уже не видела для себя другой судьбы. Впервые за всю жизнь я поняла, что такое настоящая семья, и пусть она состояла только из двух человек, но мы с отцом разделяли общие цели, и всего неделю назад я не хотела ничего иного. Отец говорил мне: «Тебя всегда будет тянуть в Харом, потому что ты — принцесса Тьмы по крови, и чем реже спускаешься в Подземное царство, тем сильнее это притяжение!». И это было правдой, с раннего детства меня манил этот мир, и только в Хароме я находила спокойствие и умиротворение.

Но если я отрекусь от престола, откажусь от всего, что так дорого моему отцу, я стану обычным полудемоном, смогу сама распоряжаться своей жизнью и остаться в Империи Велания даже после обретения темного дара. Этим я разобью отцу сердце, поступлю примерно так, как девятнадцать лет назад моя мать. Сбегу от него в Веланию. Откажусь от него и Харома.

— Лина, ты понимаешь, чем это грозит Подземному царству? — тихо спросил друг. — Если у Шелиака не будет законного сильного наследника, то рано или поздно начнется борьба за власть. Он еще молод, но Бездна прорывается все чаще, и, если он погибнет, а в Хароме не будет наследника по крови, демоны восстанут и все Подземное царство погрязнет в сражениях за право на престол. По закону только самый могущественный демон может править Харомом, и каждый высший станет доказывать другим свою силу! Уже много веков самыми сильными были именно кровные наследники Повелителя, и им никто не рисковал бросить вызов. Ты — оплот стабильности нашего мира, и без тебя Харом погрузится во внутренние разборки, которые унесут жизни многих демонов.

— Я это понимаю. Поэтому не готова сейчас принять такое решение. Я как минимум должна быть уверена, что мои чувства к Джеймсу не навеяны магией.

Повисла тишина, нарушаемая только нашим дыханием. Надо было вместо того, чтобы бить грушу, пойти в библиотеку и поискать что-нибудь об огненных цветах. Завтра так и сделаю. Правда, не знаю, в каком разделе искать нужную мне информацию, но главное начать.

— Мне кажется, вы — истинная пара, — сказал Энджелл, нарушив молчание. — Я помню, ты говорила, это невозможно, связь истинных устанавливается моментально и все такое прочее. Но, может, тебе стоит поговорить с кем-нибудь, кто в этом разбирается не в теории? Я имею в виду с тем, кто связан истинной связью.

— Единственный, кто был связан такой связью и кого я знаю — это мой отец, — саркастически сказала я. — Предлагаешь с ним проконсультироваться?