Грани Обсидиана - Наталья Колесова

– Я спрошу!

Он еле успел схватить за рубашку стремительного звереныша.

– Нет! Так у нас дела не делаются!

– А как?

– Мы сами договариваемся.

Братец посидел, раздумывая.

– Скажи ей – пусть не боится. Здесь много еды.

– Х-хорошо…

Ускакал рыжий. Бэрин проводил его взглядом – звереныш по дороге далеко обогнул встречного Гэвина. То ли действуют запреты Лиссы, то ли Рыжик и сам чувствует неприязнь парня.

Проклятый лисенок точно колдовскую пелену навел – Бэрин вдруг представил себе парочку волчат с рыжей шерстью… Да-а, кажется, теперь он понимает тревогу Инты!

Гэвин подошел, постоял рядом, вместе с ним наблюдая за мальчишками на берегу. Спросил неожиданно:

– А Фэрлин разрешит Лиссе остаться, если его, – кивок узким подбородком, – не будет?

– Ну да, – рассеянно сказал Бэрин. – Вернее, возможно, если кто-нибудь хорошенько попросит.

– То есть – ты? – напряженным голосом спросил парень.

– Я или кто другой… – Бэрин очнулся. Остро взглянул на Гэвина: – Не вздумай!

– Что? Ухаживать за Лиссой?

Он втянул воздух.

– Ухаживать – ухаживай. Не вздумай причинить зверенышу вред! Она никогда тебе этого не простит.

Гэвин пренебрежительно фыркнул – Бэрин схватил его за плечо, прежде чем тот ушел:

– Тогда запомни – я не прощу! И еще совет!

– Не нужны мне твои советы, понял? Я и сам знаю, что делать!

Он отпустил парня, сказал – спокойно:

– Не торопись с Лиссой. Она… действуй осторожно. Очень тебя прошу, не испугай ее.

Гэвин дернул плечами, показывая, как относится к нежданному совету. Ушел, независимо прямо держа спину. Наверняка сразу направился к Лиссе. Вот что тут будешь делать?

Бэрин подивился своему раздражению и острой неприязни к юному оборотню. Ты же сам хотел, чтобы у нее был выбор. Вот и терпи. И не представляй, как она будет вздрагивать и таять в объятиях Гэвина… Этого проклятого наглого щенка!

Самое умное сейчас – предоставить событиям идти своим чередом, а ему убраться подальше, вон хоть в озере искупаться, чтобы снять напряжение и нежданную ревность. Вода оказалась ледяной. Самое то: нырнул – и вылетел, как ошпаренный, мечтая лишь скорее выбраться на берег. Отфыркиваясь и отбрасывая с лица прилипшие волосы, он вышел из воды. На берегу сидела Лисса. Выглядела озабоченной и настороженной – точно охраняла его одежду. Он встряхнулся, стараясь, чтобы брызги попали на нее, но девушка даже не вздрогнула. Поджав губы, следила, как он неторопливо вытирается собственной рубашкой.

– Приходил Гэвин.

– И что?

– Сказал, попросит Фэрлина, чтобы я осталась здесь.

Ах ты… хитрый мальчишка!

– Ну и отлично.

– А еще сказал…

Бэрин пытался сделать вид, что ему не особо интересно, но, когда Лисса замолчала, кинул на нее быстрый взгляд. У девушки был такой несчастный вид, что он с проклятьем отбросил мокрую рубашку и уселся перед ней на колени.

– Лисса, он что… обидел тебя? Что он сделал?

– Он… – Девушка прерывисто вздохнула, словно сдерживая слезы, и Бэрин поклялся себе придушить щенка бестолкового. – Он сказал, что я ему нравлюсь, и…

– И?! – убью, точно убью.

– …поцеловал меня.

Бэрин подождал продолжения, но так как его не последовало, спросил осторожно:

– И все? Ну и что ты так расстроилась? Радоваться надо: всем ты нравишься, все тебя целуют…

– Но мне-то не понравилось! И что, я теперь должна…

Он выдохнул и осел на пятки.

– Ничего ты ему не должна! Не нравится – значит, не соглашайся, только и всего! Просто сам Гэв тебе не нравится…

– А ты – нравишься?

– Ну, только ты сама можешь ответить…

Он придвинулся ближе – у лисички расширились глаза, но она не отодвинулась.

– А он делал так? – поцеловал ее веки, щеки, рот. Шею. – Или так? – прижался губами к ее груди сквозь тонкую рубашку. Ткань увлажнилась от поцелуя, и он с удовольствием почувствовал отвердевший сосок. Поднял глаза – румянец на щеках, опущенные ресницы, осторожное дыхание, – спросил коварно: – А знаешь, что целовать можно повсюду?

Лисса и не сопротивлялась, когда он начал снимать с нее одежду. Казалось, она не очень понимает, что происходит, с удовольствием принимая ласку его рук и губ. Гладкое белое тело, украшенное золотом веснушек, такое гибкое, упругое, податливое… Он изо всех сил старался не забыться, контролировать себя – хотя это было так трудно, когда – вот она, рядом, когда слышишь ее срывающееся дыхание и тихие стоны… Сердце к сердцу, кровь бьется в голове и в теле в едином ритме…

Он перекатился на спину, увлекая за собой Лиссу – ее длинные расплетшиеся волосы накрыли их словно шатром – как ему и представлялось когда-то. Если бы она еще… Бэрин не сразу почувствовал, что девушка изгибается, отталкивает его, выворачивается из объятий, упирается руками-локтями ему в грудь.

– Лисса, Лисса… Лисса… подожди… ты что…

Она вырвалась, отодвинулась. Бэрин потянулся к ней – но расстояние охладило его ум и тело, и он увидел, куда она смотрит. Засмеялся:

– Ну да, знаешь, с парнями такое бывает – особенно когда они целуются с обнаженными девушками!

Лисса свернулась клубком, прикрываясь волосами, словно одеждой. Совсем как тогда, у Зихарда… А ведь он сам только что советовал Гэву не торопиться!

…Да, попросить потрогать его будет уже лишним. Придется снова окунаться в ледяную воду: так и просидит в озере все время из-за девчонки!

Бэрин вдруг представил себе, что у него есть женщина… пусть даже не человечья и не волчья, пусть такая вот лисичка, которая любит только его, наслаждается только его поцелуями и ласками. Идея ему настолько понравилась, что он даже обругал себя: да ты прекрасно устроился! Под боком у тебя любимая женщина; ты тут же мимоходом соблазняешь другую; отдыхаешь, не думая о будущем, о проблемах и заботах брата. И пограничная служба позабыта. И даже Ольгер-людоед тебя не тревожит – ну прошел и пропал, и демон с ним! А встречался ли тот с Найной и что намерен предпринять сейчас… Бэрин на миг представил – что – и ускорил шаг. А ведь сам недавно говорил Инте, чтобы та не примеряла на себя выдуманные страхи!

Все спокойно. Мальчишки играют в ножички. Женщины переговариваются, сидя на низенькой скамейке у порога. Гэв подпирает стенку неподалеку, пожирая глазами не обращающую на него внимания Лиссу. Ольвина с Вокером не видно, но они явно где-то неподалеку.

Бэрин улегся на землю у ног женщин. Берта потрепала его по влажным волосам: