Тихое вторжение - Дмитрий Володихин

– Кто же?

– В штатском сидел. Ты его не знаешь. Полковник Куковлев. Вычислили его моментом: просто перебрали всех тех, кто давал Периметру «добро» на пропуск внеплановых поисковых групп. Проанализировали. Достопочтенный джентльмен, пользуясь своим служебным положением, вывел в Зону четыре криминальных группировки. И тех, кто убил ваших двоих бойцов, и тех, кто изуродовал вашу супругу. Взяли его, нажали, как тут могут, честно обещали вывести его по документам в Зону, а потом провести по графе «боевые потери». Он сразу понял, что ни одна живая душа искать его тело за Периметром и разбираться с причинами гибели не станет. А когда понял, принялся говорить много и содержательно. Прошлись по связям, нашли дом. Кстати, в двенадцати километрах от периметра.

Разобрало меня любопытство:

– И что, на самом деле списали бы на потери?

Михайлов ответил мне с прохладцей:

– Не стоит недооценивать Яковлева. Это серьезный человек.

Вот скажите мне, ребята, как же этот серьезный человек проморгал такую гниду у себя под боком?! Ведь сколько вони от нее произошло! Почему раньше, без Клеща, ее не сыскали?

Михайлов улыбнулся:

– Нетрудно угадать ваши мысли. Поймите, для такого рода операций нужен ум иного сорта. Не ум ученого, а ум контрразведчика. Положа руку на сердце, вы сами-то отчего не попытались думать как следователь?

Мне оставалось развести руками. Клещ тоже никак не следователь, но, видно, его склад ума – более практический, нежели наш.

– Подойдите к Яковлеву. Прямо сейчас. Он хотел представить вас сопровождению.

Я подошел. Академик очень искусно внушал коротко стриженным парням в беретах, какого живоглота им придется брать и как быстро следует им реагировать на малейшую возможность сделать прицельный выстрел. Увидел меня. Прервался. Позвал из строя двух офицеров.

– Старший лейтенант Бекасов. Лейтенант Бражников.

Мы пожали друг другу руки.

Яковлев продолжил. Судя по тому, что он говорил, инструктаж подходил к концу.

– Мы работаем не на территории врага. Мы работаем в какой-то степени против уголовников. И вместо вас формально мне следовало бы вызвать ОМОН… извините, по старой памяти выскочило… ОПОН, конечно же. Но с тех пор, когда к нам из Зоны вышел объект Х, здесь, в Подмосковье, завелась горячая точка. Использование спецназа в двух шагах от эвакуированной столицы согласовано на высоком уровне. Местные органы полиции поставлены в курс дела. Ваши командиры должны были довести до вас соответствующее распоряжение. – Яковлев посмотрел на Бражникова с Бекасовым. Те покивали. Довели, мол, как же иначе.

Объектом Х, я так думаю, академик назвал сверхсталкера. Тогда – точно, с ним у нас горячая точка в полный рост. Вскройте конверт с первым бонусом, там запакованы жертвы и разрушения…

– Теперь слушайте порядок старшинства в группе. Командир военного сопровождения группы – старший лейтенант Бекасов. В случае выбывания из строя его заменит лейтенант Бражников. Старший в группе… вот, – он показал на меня. – Уставное обращение: «Товарищ военсталкер». Слушаться его беспрекословно.

У меня, наверное, брови от удивления выскочили со лба на темечко. Как – старший? Какого ляда – старший? А Михайлов? Он здесь что, для галочки?

Яковлев заметил мою гримасу, но не придал ей значения. Он невозмутимо продолжал:

– В случае выбывания из строя, его заменит консультант, профессор Михайлов. Уставное обращение: «Товарищ военсталкер». Вот он.

Яковлев показал на Дмитрия Дмитриевича, кстати подошедшего к нам.

– Вместе с группой отправляется эксперт по… по особым вопросам. Уставное обращение: «Товарищ военсталкер». Вот он как раз до нас добрался.

И точно, по плацу, не торопясь, шел к нам «товарищ военсталкер» с рожей в крапинку. Чудовищно неуставной «товарищ военсталкер».

Во-первых, он приперся в трениках и с канистрой бензина в руке. Треники, правда, выглядели жутко дорого.

Во-вторых, на башке у него была черная байкерская бандана с изображением мужского полового хрена, просительно воздетого к небесам.

В-третьих, на груди у Клеща висела вещь, к теоретической разработке которой только-только приступили крупнейшие оружейные концерны мира. Ее в принципе пока не могло существовать. Ну, то есть, ее не могло существовать, пока инженеры из этих самых концернов не освоят конструкцию, разработанную в сталкерских мастерских старой Зоны. Я ее видел один раз. Год назад. В течение десяти секунд. Как мне сказали, она стоила столько же, сколько новый «роллс-ройс фантом купе люкс» средней комплектации. Импульсная винтовка. То, чем из нее стреляют, не имеет никакого отношения к старым добрым пулям. Я, гуманитарий, даже понять не мог, что это – материя или сгусток энергии? От прежней винтовки у нее остались только приклад да набор сменных прицелов, притом некоторые из них больше похожи на экраны микрокомпьютеров, чем на цилиндр с оптическими линзами. К прикладу крепится толстый металлический брусок длиной в двадцать сантиметров. Из бруска во все стороны торчат: один из прицелов – какой удобнее на данный момент, приемник боезапаса (черной коробочки, которую называют почему-то «анклав»), антенна какой-то совершенно негуманитарной спутниковой связи и наведения, рожок с электронным дальномером, штырь предохранителя с шайбой на конце, а также «разгонная планка», функция которой осталась для меня тайной. В боевом состоянии импульсная винтовка похожа на гигантскую водомерку, пытающуюся заключить всеми лапками в объятие голову стрелка. В походном (как сейчас) – осьминога, сложившего щупальца по одной оси. Вместо спускового крючка – большая плоская кнопка. Если кто до сих пор не знает, ребята, эффективная дальность стрельбы у импульсной винтовки – четыре или даже четыре с половиной километра, на трех километрах заряд проделывает дыру в танковой броне. Отдачи нет. Звук выстрела представляет собой негромкое шипение, которого не слышно с двадцати шагов. Вспышки не дает. Дыма не дает. Боезапас – восемьдесят выстрелов без перезарядки.

Дойдя до нас, Клещ посмотрел на академика и буркнул нечто субматерное, типа «совсем обуели». Потом шумно высморкался себе под ноги и сказал, ткнув пальцем в импульсную винтовку:

– Знакомьтесь, ее зовут Паучиха.

Прошлый раз я видел его с пушкой по имени Кабан. Прогресс, м-мать.

– Товарищи офицеры, – завершил свой инструктаж Яковлев, – грузите своих ребят в машины.

Он выдал мне командирский планшет и «серьгу» связи с директоратом ЦАЯ. Хотел высказать… то самое про Клеща и про тех, кто его втащил в операцию, но сдержался. Культура с нами всегда, но особенно в том момент, когда уже ничего не исправишь.

Я подошел к Дмитрию Дмитриевичу и заверил его, что к приказу Яковлева не причастен. Я понять не могу, почему это меня старшим поставили, а не его… Михайлов, улыбаясь, объяснил: нет никакой ошибки. Он сам поспособствовал. Ведь лично он в Зону вот уже два года не ходил, навыки поистерлись. Тем более, не отдал визит новой Зоне. Да и «объект Х» не видел, не представляет себе, кто она такая, эта тварь, и с чем ее едят. Следовательно, в рассуждении «поберечь людей» старшим уместно идти мне. А он у меня за спиной побудет.