Требуется сообщник - Ольга Новицкая

– Мисс, это для вас! – возвестил за завтраком Кощей, помахав перед Женькиным носом бумагой с золотым обрезом. – Нас приглашают, форма одежды парадная, и через пару дней тебе придется покорить половину английской золотой молодежи. Справишься?

Не успела Женька ответить, как Кощей постановил:

– Конечно, справишься. Так что доедай и дуй к Артуру на первый урок. Я с ним уже договорился. Все, что нужно, ты освоить не успеешь, но хотя бы основы будут доступны. Да, и привыкай носить нормальную одежду.

Он скептически осмотрел Женьку и со вздохом пояснил:

– Хоть выглядеть будешь нормально.

– Я и так нормально выгляжу, – возмутилась Женька.

– Во-во. С Артуром ты точно не поспоришь, – удовлетворенно заявил Кощей. – Ну а я пойду прогуляюсь, поем пирожных, загляну к…

– Шлюхам, – мстительно закончила Женька.

– А за идею спасибо, – Кощей глянул с уважением и вернулся к завтраку.

Оба занялись своими делами. То есть Кощей, побрившись еще более тщательно, чем обычно, заказал экипаж и умчался просаживать жизнь в Лондоне, а Женька, спотыкаясь и путаясь в подоле, прошествовала в гостиную учиться хорошим манерам.

И потянулись два дня. Для кого-то бесконечных, для кого-то мимолетных. Благодаря энергии лорда Блэкгода уже весь город знал о его возвращении, а благодаря страху перед Артуром Женька за один день выучила навыки поведения юной леди.

– Артур, знаешь новость? – в первый же день обратился Кощей к слуге, когда тот подавал индейку в яблоках.

– Если вы говорите о дуэли, на которую вас вызвали два года назад, я предпочту не знать, – ответил Артур, убирая крышку в блюда.

– Ладно тебе, – беспечно ответил Кощей. – Я был совершенно ни при чем. И, замечу, дуэль состоялась.

– Очень хорошо, сэр, – согласился Артур. – Мистер Вайт всегда славился злопамятностью и безрассудством. Куда прикажете отослать соболезнования?

– Ты пессимист! – возвестил Кощей. – Какие могут быть соболезнования? Поваляется пару недель и станет как новенький. Отличная индейка, передай Клауди мою благодарность.

– Благодарю вас, сэр, – поклонился Артур. – Будет ли удобным отослать мистеру Вайту цветы?

– Хорошая идея, – одобрил Кощей. – И еще фунт орехов. Я ему случайно челюсть сломал, – пояснил он для Женьки.

Примерно так они и развлекались. Поскольку Артура Женька боялась по-прежнему, и значительно сильнее, чем Кощея, а Лондон все еще был притягателен, виделись сообщники редко. Женьке приходилось постоянно следить за собой, и даже при виде Кощея она спускалась по лестнице степенным шагом, боясь в присутствии Артура сделать лишнее движение или лишний раз рот открыть. А Кощей вваливался за полчаса до обеда или ужина, наскоро приводил себя в порядок и рассказывал о собственных похождениях, вызывая стойкую зависть слабого пола.

И вот настал вечер первого июля по местному времени.

– Детка, ты готова? – прогремел на весь дом голос Кощея. – Нас ждут великие дела!

Женька сбежала вниз по лестнице и споткнулась на последней ступеньке.

– Отличная примета, – возвестил Кощей. Он подхватил Женьку, поставил ее на ноги и деловито предложил руку. – Карета ждет, мисс. Разрешите сопровождать?

Подавив желание двинуть ему каблуком по голени за насмешливый тон, Женька приняла руку и гордо вскинула голову.

– Конечно, милорд, почту за честь, – заявила она.

– Клауди! – позвал Кощей. – Напомни увеличить жалованье Артуру!

Карета стояла перед воротами, и кучер предупредительно разложил лесенку.

– Мы это не проходили, – шепнула Женька, пока шли к воротам. – Я споткнусь.

– Импровизируй, – посоветовал Кощей.

– Я упаду, – стояла на своем девушка.

– А я тебя домой отправлю, – припугнул злодей.

В общем, препятствие преодолели без проблем, и карета тронулась.

Кощей поставил трость между ног, оперся на нее подбородком и задумался, а Женька любовалась окрестностями.

– Сейчас будем проезжать Дворцовую площадь, – не открывая глаз, сообщил Кощей. – Советую обратить внимание. На редкость красивый дворец, по меркам постготического периода. Особенно впечатляют витражи. Но прежде чем ты высунешься в окно, вспомни об Артуре.

Женька сдержала любопытство и, обмахиваясь веером, чуть повернула голову и едва не ахнула от восхищения. Дворец, показавшийся в окне, действительно был красив и мрачен. Огромные витражи переливались в лучах солнца, бросая отблески на булыжники площади. У входа стояли гвардейцы, одетые в яркие мундиры с галунами, на головах высокие матерчатые шапки, в руках они держали обнаженные мечи, направленные остриями вниз.

– Вот женщины! – заметил Кощей. – Теряют головы при виде красивой формы.

– Что? – переспросила Женька, отвлекшись от созерцания гвардейцев.

– Ничего, – обреченно ответил Кощей. – Посмотри на музей. В нем выставлены рыцарские доспехи прошлых веков. Они уже семьдесят лет назад вышли из моды, в связи с изобретением арбалета, и теперь зарабатывают деньги для короны, просто пылясь на витринах.

– Настоящие рыцарские доспехи? – восхитилась Женька.

– Они самые. Плюс копья, шлемы, мизерикордии, перчатки, знамена и прочие сопутствующие товары. На днях сходим посмотреть. Если все пройдет удачно.

Вскоре карета миновала городскую черту и въехала в пригород. Мелькнула деревня, следом потянулись поля.

– Долго нам еще ехать? – спросила Женька, утомившись созерцанием живописных лугов.

– Не мешай дяде думать, – отозвался Кощей. Все это время он ехал, не меняя позы.

– Вы не думаете, вы просто спите, – уличила Женька.

– И что? Ты мне мешаешь.

– Так скоро мы приедем? – настаивала Женька. Кощею пришлось открыть глаза, посмотреть в окно и сказать, что через полчаса они будут на месте, так как уже едут по землям баронета Джонса – это легко понять по наличию еще трех карет на дороге.

Впереди показался большой дом, сияющий огнями.

– Впечатляет, да? – Кощей окончательно очнулся и вслед за Женькой посмотрел в окно. – Это не то что подглядывать за Майлзом. Здесь нас ждут.

Он был прав. Зрелище захватывало. По широкой дороге одна за другой ехали кареты, делали круг у парадного входа, высаживали пассажиров и отъезжали. На огромной лужайке, сбоку от дома, прохаживались люди, пили вино и беседовали. Лужайка освещалась сотней масляных светильников, расставленных на специальных подставках, и была украшена разноцветными флажками и лентами. Среди приглашенных сновали ярко одетые карлики, смеша наиболее простодушных гостей своими ужимками и кувырками.

– Глумиться над карликами жестоко, – решила Женька.