Трехликий III: Властелин - Даниил Тихий

уже налажено. Охотников всё ещё мало, но мы раздаём задания через твою гильдию авантюристов, а ходоков в окрестностях и самом городе валом. После того как конунг увёл своё войско, слухи разлетелись по всем ближайшим деревням и городам. Приходи с проверкой на следующей неделе. Будешь приятно удивлён.

Я закончил заполнять свиток. Подул на чернила позволяя им высохнуть и сняв с небольшой треноги на столе миниатюрный ковшик с горячим воском, пролил его на край свитка и скрепил написанное сургучной печатью с оттиском своего герба.

— Кстати, не знаешь почему Ликвик избегает нас?

Я поднял на некромантку глаза и ответил:

— Он жрец света. Ты некромантка. Виллерт проклятый, не живой и не мёртвый воин. Я с ног до головы в доспехе, выкованном из остатков брони рыцарей смерти. Не говоря уже о проклятье. Он фанатик, живёт виртом и в большей степени местный чем рождённые в виртуале. Наша тьма для него осязаема и неприятна.

— Ну и хрен с ним. — Серриса снова укрыла лицо за уродливой маской. — Цеха по обработке шкур отличное место для работы с плотью и костью. Там такая аура, что ни один чародей, проходя мимо, не заподозрит тёмного колдовства. А что по гильдии авантюристов? Первые комплекты будут готовы не раньше, чем через неделю.

Я скрутил свиток и засунул его в чехол:

— Гильдия авантюристов набирает людей и раздаёт задания от моего имени. Как и планировалось, численность ходоков, вступающих в неё, стремительно растёт. Они собирают ингредиенты, охотятся, работают гонцами и ремесленниками. Система рангов для них понятна и привлекательна. Как и соревновательный эффект. Твои комплекты из костей мертвецов и переплавленных некромантией шкур будут долгое время желанным приобретением для многих ходоков, не носящих на плечах тяжёлые латы. А с остальным разберётся Фисборн. Я уже отправил его в железнорудную шахту с картой нарисованной Ликвиком. Мы будем сами добывать руду, сами изготавливать доспехи и сами же их продавать. Причём лучшие экземпляры будут изъяты из свободной продажи и выставлены в гильдейской лавке. Доступ к этим товарам, как и их качество теперь будут зависеть от ранга ходоков внутри гильдии.

Серриса хмыкнула:

— Идея c гильдией авантюристов не блещет оригинальностью.

А я возразил:

— Но эффективно работает. Собранные ингредиенты мы перепродаём с прибылью для себя, как и кожу. И это, не говоря о запуске алхимического производства под руководством Шадарата.

На Шадарата и Серрису многое было завязано и при этом… я не доверял им обоим. Ему, потому что эльф не оставил своих амбиций и обид, и никогда не оставит. А ей, потому что знал, что книга, которую она всегда носит с собой, не имеет ничего общего с человечностью и добротой. Снять печати с книги Арландира можно было разнообразными способами, но каждый из них требовал совершить зло. Крайность, на которую было пойти отнюдь непросто. Сидящая передо мной женщина была беременна, и я подозревал, что этот виртуальный ребёнок зачат с одной единственной целью — снять очередную печать, за которыми скрываются тёмные знания.

Она скрывала свою беременность. Но не знала, что от меня её скрыть невозможно.

Ещё нерождённого ребёнка ждёт мучительная смерть и оттого, что ребёнок «ненастоящий» муки стоящего за ним ИскИна осознающего себя существом из плоти и крови, меньше не станут. И Серриса об этом знала.

У меня на душе поселилась тревожность. Заскребла кошками при мыслях об этом ребёнке, но я прогнал её прочь. Моей задачей, смыслом всей жизни оставалось узнать своё прошлое. Найти того, кого я окрестил Другом, потому что испытывал к нему тягу неизвестной мне природы и лояльность, даже несмотря на то, что именно он нанёс удар золотой перчаткой, проломившей мою грудную клетку.

Серриса протянула руку, и я вложил в неё тубус с заключённым внутри свитком. В нём содержались приказы, позволяющие передать ей со склада перечень ремесленных материалов. Я услышал «спасибо Молчун» стук ножек передвинутого стула и мягкие шаги, после которых открылись створки чертога и некромантку выпустили наружу.

В тёмном углу шевельнулся Истис. Бес оставался незримым и Серриса вряд ли подозревала о его присутствии. Но когда он того желал, его можно было увидеть в темноте боковым, периферийным зрением.

Следом за колдуньей, совсем немного посидев в тишине, вышел наружу и я.

Глава 24

Ритуал

Яйцо хрустального дракона было доставлено к железнорудной шахте под покровом абсолютной секретности. О том, что я везу в сундуке не знал ни один из моих подчинённых.

В курсе был лишь Ликвик. Жрец забытого храма.

Я показал ему яйцо в своих покоях и приложив к нему ладонь эльф был безмерно удивлён. Спящий в недрах хрусталя зародыш впитывал в себя любые окружающие его энергии, и свет, струящийся с ладони эльфа, не стал исключением.

Тогда я сказал, что рождённый в солнечном колодце, он может стать величайшим защитником света и Ликвик был вынужден со мной согласиться. Мы привезли его к пещере с караваном, доставившим дополнительных рабочих для выработки обнаруженных рудных жил, и обнаружили в храме удивительную картину.

У солнечного колодца молились карлы.

При нашем появлении они стушевались, испугались меня и заторопились наружу, а эльф позволил себе тёплую улыбку:

— Похоже свет даровал им прозрение. Рядом с колодцем от разумных отступают их горести.

Неся на спине сундук, обвязанный цепями, я спросил:

— Не боишься пускать сюда посторонних? Я не разрешал им спускаться в пещеру.

— Не наказывай их. Твой приказ закрывал дорогу к свету и потому был нарушен. Это не их вина, а твоя. Увечья и совершённые ошибки привели этих карлов к свету, им нечего стыдиться. Гораздо хуже было бы продолжи они падение во тьму.

Спорить тут было не с чем, к тому же эльф был прав. Солнечный колодец и в самом деле подхлёстывал восстановление выносливости и окружал аватар незримым облаком бонусов к бодрости, стойкости разума и концентрации. Карлам из чёрного хирда, обманутым и предавшим собственный народ, получившим массу увечий, было легче рядом с ним. Он стучался в их разумы и манил.

Убедившись, что мы остались одни, я опустил сундук на каменные плиты пола и распахнул его крышку:

— Ты должен доставить его в глубины колодца.

Эльф не мог знать, что я покрыл нижнюю, выпуклую часть яйца вязью рун. Рисунком на собственной крови, призванным подчинить нерождённое существо и сделать его лояльным. Со стороны их было не видно.

Ликвик встретился со мной взглядом:

— Зачем?