Каботажный крейсер. Ковчег - Виктор Баженов

— Плохо работаешь, Ева. Ничего нового для себя из этой записи я не узнал. Вот если б ты нашла стрелка… Кстати, бластер опусти, он все равно мою защиту не пробьет. Ты меня слышишь? Бластер на стол и на колени!

— Сколько же самомнения! Нет на тебе защитки. Я ее тоже отключила. И глазами можешь не сверкать, мне на твой амулет плевать.

Пораженный император скосил глаза на грудь. Камень власти исправно мерцал.

— Ты обошла клятву на крови? Но как?

— Забыл, кто стоял у истоков этой технологии? Моя мать совершила ошибку, доверившись тебе. Поверила в благородные мотивы якобы благородного пирата. Чтобы спасти империю, нужна твердая рука и беспрекословное подчинение! Ведь так ты ей сказал? А когда она поняла, кто ты такой на самом деле, стало уже поздно. Признайся перед смертью, мразь, она погибла не случайно?

— А что это теперь изменит?

— Действительно…

Выстрелить Ева не успела. Ее словно накрыл вихрь. Диадема с сиреневым кристаллом слетела с головы, бластер улетел в угол каюты, а сама она с заломленной за спину рукой оказалась согнутой в три погибели и вынуждена была застыть в этой унизительной позе.

— Ева, если ты такая умная, то почему такая дура? — Ехидный голос императора заставил девушку прикусить губу от обиды, злости и отчаяния. — Неужто думала, что я без камня власти с тобой не справлюсь? — Император сорвал с шеи амулет и швырнул его на стол. — Мой путь к трону был выстлан отнюдь не розами. Я боевик, дуреха! А у боевиков есть одно правило: оружие достают для того, чтобы стрелять, а не махать им перед носом у противника.

— Учту на будущее, — прошипела Ева.

— Его у тебя уже нет.

— Ладно, твоя взяла. — Девушка почти не сопротивлялась, хотя мозг лихорадочно искал выход из положения. Действительно, дуреха. Надо было сразу, как только вошла в каюту, эту сволочь пришибить. — Так что с людьми случилось? Пятнадцать тысяч не могли исчезнуть без следа.

— Время тянешь? Надеешься на чудо? Не надейся. Мы здесь одни. А насчет людей отвечу. Почему бы нет? Спешу обрадовать — они все живы. Более того, они все здесь. Моя «Ара-Белла» просто чудо. В ней столько пространственных карманов, а в карманах столько анабиозных камер! Не мог же я дать возможность разгуливать свободно по Ковчегу господам, уже посвященным в мою тайну. Опять же козырная карта в рукаве не помешает. Они — мой резерв.

— Какой же ты подонок!

— Еще одна ошибка. Меня взбесить легко, тут ты права, но не надейся уйти так легко. Твоя независимость мне импонировала. Я долго ждал, знаки внимания оказывал. Думаешь, почему я до сих пор хожу в завидных женихах? Ждал от тебя намека. И вот дождался. А ведь хотел, чтобы все было как надо, по любви. — Император рванул на девушке платье, одним махом располосовав пополам, отшвырнул обрывки в сторону. — Это тут тоже лишнее. — Обрывки лифчика с трусами полетели туда же. Император усилил на заломленную руку нажим, заставив Еву рухнуть на колени. — А теперь, стерва, ползи. Ползи к постели. Сначала я возьму то, что мое по праву!

— Не возьмешь!!!

Император так увлекся предстоящим действом, что успел лишь слегка разогнуться. Его тело содрогнулось. Император опустил глаза на вылезший из груди клинок, судорожно вздохнул, закатил глаза и начал оседать. Получив свободу, Ева откатилась в сторону и подняла глаза на своего спасителя. На пороге спальни стоял разъяренный воин, с лютой ненавистью глядя на умирающего императора…