Щит Найнавы - Андрей Астахов

– Кто ты? – раздался из ниоткуда властный голос.

– Я Моммек, дарующий мудрость, – ответил маг.

– Кто с тобой, Моммек?

– Лейда Элеа Каста, – девушка подошла к Моммеку, оглянулась по сторонам, но никого не увидела. – А ты кто?

– Каста! – с упреком прошептал Книжник.

– Ненавижу загадки, – ответила девушка.

– Смертные пришли к бессмертному? – спросил голос. – Здесь нет для вас места. Это царство вечности, а вы лишь прах, который скоро сметет ветер и накроет возвращающаяся Тень.

– Я спросила, кто ты, – крикнула Каста. – И почему это здесь нет для нас места?

– Ответ на твой вопрос перед тобой, девушка, – сказал голос с явной насмешкой. – Эти ворота. Попробуй войти в них, и тогда мы поговорим еще раз.

– Что будем делать? – спросила Каста у мага.

– Подойдем к воротам.

Решетка казалась несокрушимой. Приблизившись, Каста почувствовала запах раскаленного металла и увидела, что прутья решетки рдеют и испускают жар.

– Ну, и как тут пройти? – спросила она.

– Пока не знаю. Но думаю, это всего лишь иллюзия. Отойди подальше!

Каста подчинилась. Моммек, морщась от боли, протянул к воротам руки. Каста увидела, что от плеч к кистям мага побежали электрические разряды, а мгновение спустя с пальцев Книжника сорвалась змеистая слепящая молния и ударила в раскаленную решетку. Раздался оглушительный грохот. Книжник вздохнул и опустил руки – решетка осталась на месте.

– Неудача, – сказала Каста. – Молния против огня не работает. Дай-ка мне.

– Собираешься рубить ее мечом? – спросил Моммек.

– Нет, просто хочу обжечь руки.

Когда Каста подошла вплотную к решетке, металл зажегся изнутри багровым пламенем, а зазубренные острия потянулись к девушке, как живые. Но Каста решила, что не отступит. Шагнула к решетке и взялась за нее обеими руками. Металл зашипел под перчатками Довлада, на мгновение Каста почувствовала боль от ожога – и решетка исчезла, открыв вход.

– Отлично! – воскликнул Моммек. – Как ты догадалась?

– Сам должен понять, премудрый. На мне перчатки бога-кузнеца. А уж кузнецы знают, как обращаться с раскаленным железом.

– Превосходно. Ты достойна своей славы.

– Не стоит мне льстить. Давай посмотрим, что там дальше, пока новые ворота не появились.

– Входите! – сказал голос. – Я вас недооценил. Посмотрим, как вам понравится мое… гостеприимство.

За воротами была тьма, и Моммек использовал заклинание Ночного Путника. Они стояли в узком пространстве между двумя высокими стенами из огромных каменных блоков. Над головами угрожающе нависали боевые балконы и тяжелые балки со свисающими с них железными цепями. А впереди, в плотном белесом тумане, виднелись еще одни ворота, на этот раз распахнутые настежь.

Каста прошла эти ворота первой, и остановилась. Огромная площадь за воротами была окружена рядами каменных статуй. Статуи изображали обнаженных мужчин, женщин, детей, изваянных в самых разных позах. Каста шагнула вперед – и остановилась, охваченная волнением. Она услышала громкий тяжелый вздох.

Ближайшая статуя – огромный мускулистый мужчина, стоящий на коленях, – протянула к ней руки. Каста увидела, что из невидящих глаз статуи потекли темные струйки. Девушка подошла ближе и почувствовала запах свежепролитой крови.

– Они живые, – сказала она Моммеку. – Кто они?

– Не знаю.

– Мамочка! – всхлипнул детский голосок. – Мамочка, я не могу дышать! Этот камень душит меня! Помоги мне!

– Элеа? – Каста порывисто обернулась на звук голоса. – Элеа, где ты?

– Каста, берегись! – воскликнул Моммек.

– Элеа, я тут! – Каста бросилась бежать мимо статуй, наблюдавших за ней. – Где ты, девочка моя?

– Мамочка, я тут! Скорее, мне очень больно!

Каста уже могла видеть каменный постамент в самом углу площади, а на нем маленькую мраморную фигурку, застывшую в позе отчаяния – руки подняты к небу, голова запрокинута. Однако миг спустя возникшая из ниоткуда фигура преградила ей путь. Между статуей и Кастой встал обезображенный разложением труп светловолосой женщины в изъеденных ржавчиной и покрытых землей доспехах эльфийской фалькарии и с длинным мечом в руке.

– Клянусь Берис! – воскликнула изумленная Каста, обнажая меч. – Это же…

– Я Мирчел Ледяная Кровь! – прошипел фантом, подняв над головой ржавый клинок. – Не тронь моего ребенка!

Каста закричала, занесла Фламейон двумя руками и пошла вперед. Ее удар заставил тварь попятиться и злобно зашипеть.

– С дороги! – яростно закричала селтонка и снова атаковала.

Ее выпад достиг цели – Каста увидела, как лезвие Фламейона вошло в сгнившую плоть между наплечником и шеей. Увидела, и тут же сама закричала от боли. Левая рука бессильно повисла, кровь хлынула на нагрудник. Охваченная ужасом Каста поняла, в чем дело: непостижимым образом она ранила не свою демонскую двойницу, а саму себя.

– Сдохнешь! – прошипела тварь, встряхивая склеившимися от сукровицы волосами и пустив в сторону селтонки волну трупного смрада. – Не пройдешь!

Каста сорвала с шеи камень Айвари, прижала его к ране. Ее пронзила такая боль, что она едва не лишилась сознания. А чудовищная двойница вновь пошла на нее, размахивая ржавым клинком, улыбаясь безгубым ртом и выкрикивая селтонские проклятия. Кинувшийся на выручку Касте Моммек ударил упырицу своим клинком, попав в бок – и тут же прянул назад, услышав вопль Касты.

– Ты что делаешь! – Селтонка, упав на колено, прижала окровавленный камень к рубленой ране под ребрами. – Я… я сама!

– Атакуй! – прохихикала тварь. – Бей!

– Как бы не так! – прорычала Каста и сама бросилась на клинок демоницы.

Над площадью прокатился душераздирающий вопль. Тварь выронила клинок и рухнула на колени, тряся головой и запихивая в лопнувшее брюхо зеленые зловонные внутренности. А затем фантом в один миг рассыпался серым прахом, который тут же развеял поднявшийся над площадью ветер. Стонущие статуи поглотил сгущающийся туман, и стало очень тихо. Каста с недоумением смотрела на свой живот, куда еще несколько мгновений назад до половины вонзился ржавый меч упырицы, и лишь через какое-то время посмотрела на Моммека.

– Я жива, – только и смогла произнести она. – Это безумие какое-то.

– Это причуды Тени, – ответил Моммек. – Прости, я не сразу понял, в чем дело и ранил тебя.

– Было больно, но я тебя прощаю, – Каста осмотрела рану в боку. – Кажется, все уже зажило. Какое счастье, что я не смахнула ей голову первым же ударом!

– Да, это действительно удача, – с иронией сказал Книжник. – Ты в порядке?

– Да, – Каста вытерла ладонью вспотевшее лицо, вложила меч в ножны и посмотрела на Забытого. – Чего еще нам ждать?