Охота на Голема - Михаил Шухраев

Зал был освещен трепещущим светом факелов, едва различимым сквозь повязку на глазах. Жаклин не представляла, где она находится — вполне возможно, это были какие-то подземелья под городом.

Но очень может быть, что зал вообще располагался не здесь — Жильбер долго говорил ей о том, что существует еще и Запределье, другой мир, который когда-нибудь тоже должно привести к высшему порядку. Но сейчас надо было думать о мире людей, мире Оборотной Стороны.

— Кто перед нами? — тихо прошелестел чей-то голос, Жаклин показалось, что вопрос задала женщина.

— Ищущая посвящения, человек, — ответил Жильбер.

— Она слепа?

— Она готова увидеть истину.

Жильбер предупредил, что во время ритуала Жаклин необходимо хранить молчание, пока к ней не обратятся с вопросом. А когда обратятся — следует отвечать быстро и не задумываясь. Впрочем, они все уже прорепетировали, к тому же, Жильбер, судя по всему, был главой этой странной организации.

— Снимите с нее повязку, — наконец, сказала женщина.

Глаза резанул свет факелов, Жаклин невольно моргнула. Когда же зрение окончательно возвратилось к ней, она увидела, что стоит у стены, а к ее груди приставлено три шпаги. Жильбер предупреждал и об этом — самым главным было запомнить, что отвечать, а иначе шпаги могли вонзиться в тело посвящаемого.

Правда, такого никогда не случалось.

Оружие держали в руках люди в масках, закутанные в темные балахоны так, что было непонятно, кто здесь мужчина, а кто — женщина.

Жильбер стоял поодаль, вмешиваться в происходящее он был не должен. С другой стороны, посвященных было очень мало, а он считался их командиром. Уж о каком тут невмешательстве говорить.

— Готовы ли вы верно служить республике, единой и неделимой, используя все имеющиеся у вас способности?

— Готова, — ответила Жаклин.

— Готовы ли вы охранять тайну магии от непосвященных?

— Да.

— Готовы ли вы умереть за свободу, равенство и братство всего человечества?

— Да.

— Готовы ли вы к тому, что ваше имя после этого окажется забытым или очерненным врагами народа и республики?

— Да. .

Сейчас ей хотелось одного — чтобы все закончилась поскорее.

Участвующие в ритуале, даже Жильбер, вдруг показались ей похожими на компанию мальчишек, играющих в пиратов. Вот только оружие было не деревянным, а вполне настоящим. Она кое-что слышала о масонских ритуалах — возможно, здесь было что-то подобное. Она не слишком хорошо понимала, зачем все это нужно.

— Готовы ли вы со всем тщанием овладевать силами природы, делать непознанное приносящим пользу?

— Да.

— Готовы ли стать сестрой в Союзе «Смерть демонам!»?

— Да.

Перечень вопросов, наконец, завершился.

И хорошо: еще немного — и на очередной вопрос она ответила бы: «Да, буду молчать, как зажаренный карп!»

— Она готова к посвящению, — объявила женщина. — Начинаем… Веруем в Высшее Существо, создавшее людей равными и свободными…

Последовало долгое восхваление Верховного Существа, дающего силы и энергию всему живому. Жаклин пришлось всего лишь повторять слова, которые произносили все остальные — это ее вполне устраивало. Запомнилась одна фраза: «Без разделения на Свет и Тьму, что противоречит самой природе…»

— Она принята, магистр, — объявила женщина, обращаясь к Жильберу.

Странная игра для взрослых детей закончилась.

Жильбер и остальные участники сняли маски.

«Зачем они их только надевали? — думала Жаклин. — Ведь все они отлично знают друг друга…»

Это было правдой — невысокая темноволосая женщина, которая участвовала в ритуале, теперь обращалась к Жильберу, словно к старому приятелю (и нельзя сказать, что Жаклин такое обращение понравилось).

— Теперь пора вводить новенькую в курс дела, Жильбер. Как я понимаю, ее дар — предсказание будущего?

— И не только. Есть способности для перехода в Запределье, хотя сейчас переход выполнялся мною.

— Понятно. Тогда, пожалуй, начнем.

Жаклин пришлось услышать довольно много странных вещей. Как она поняла, культ Верховного Существа, который становился официальной религией республики, был разработан не без участия той организации, которой она только что поклялась в верности.

Но главным было не это.

— Больше всего нас не устраивает волна террора, — говорила женщина. — И это случилось по нашему недосмотру, Жильбер.