Майя Фокс. Начало - Иджинио Страффи

— О ребенке?.. О ребенке мы не говорили...

— Мне кажется, он еще не совсем готов выслушать это...

— Феба, ты что, полная идиотка?! Ты должна ему это сказать! И не откладывая!

— Не могу, Сондерсиха уже идет.

— На перемене.

— Ладно.

— Обещаешь?

— Посмотрим.

— Обещай.

— Я попробую.

— Ты не попробуй, а скажи.

Два часа Сондерсихи, казалось Майе, не закончатся никогда. Фебе, наоборот, хотелось, чтобы они никогда не кончались, чтобы время остановилось, застыло в этой успокаивающей атмосфере класса с убаюкивающе звучащими сонетами Шекспира. Но звонок прозвенел. Майя вскочила, не сводя глаз с бледной Фебы. Та, сидя как приклеенная, казалось, вовсе и не собиралась покидать класс, чтобы исполнить обещанное.

— Давай не сегодня, — протянула Феба. — Разговор с Гарри может и подождать.

— Нет, не может! — Издалека донесся властный голос Фло.

Феба понимала, что ее новые подруги правы, что она должна сообщить Гарри о своей беременности, но у нее не хватало духу решиться на это. А вдруг он взбесится? А если использует как повод, чтобы окончательно расстаться с ней?

— Через пятнадцать минут математика, а мне надо прочитать про радикалы, — попробовала она надавить на жалость. — Мне сейчас не до Гарри.

— Нет, ты сейчас же поднимешься, найдешь его и все ему скажешь. Сделай глубокий вдох. Подумай о его обязательствах. Ты что, собираешься справиться с проблемой в одиночку? С какой стати? Из-за смазливой рожи этого козла-черт-те-что-о-себе-возомнившего-а-на-самом-деле-порочного-пижона-с-писклявым-голосом? — Фло была неумолима.

— Гарри не такой, — возразила Феба, сдаваясь на милость победителей.

Еле перебирая ногами, Феба подошла к двери класса. Выглянула в коридор. Обнаружила Гарри, занятого любовной игрой со Стейси: сплетенье рук, скрещенье взглядов.

Увидела, как воркующая Стейси отлипла от него и вместе с Лиз направилась в туалет. Решила поправить грим, скривилась Феба. Эта курица никогда не умела сделать нормальный макияж.

Феба собралась с духом. Бросила взгляд на свои совершенные пальцы, на совершенные ногти под светло-розовым лаком, открыла сумку, достала из нее зеркальце, посмотрелась: хороша. Зеленые тени, подчеркивающие такой же цвет глаз, темная тушь на ресницах, ровный блеск губ, румяна в меру. Феба готова была провести всю перемену, любуясь собственным великолепным отражением. Безжалостные Майя и Фло прервали это сладостное занятие.

— Давай, пока он один, — выдохнула ей в ухо Майя.

— Шевели ногами! — приказала Фло.

С явной неохотой Феба двинулась к Гарри и сказала, что им нужно срочно поговорить. Парень, очевидно струхнув, попытался отказаться. Но был вынужден капитулировать перед угрозой, что она расскажет всему свету об их любовной интрижке.

— Ладно, Феба, — сдался он, теряя терпение. — Пойдем поговорим в баре за углом, здесь на нас все глазеют, а я не хочу, чтобы Стейси узнала, что между нами что-то есть.

Его слова подействовали на Фебу как холодный душ. Разозлившись, она выпалила одним духом:

— Я беременна, Гарри. От тебя.

Парень даже не понял. Он смотрел на эту глупую гусыню, с которой имел неосторожность несколько раз переспать, чтобы проверить свою способность соответствовать высоким запросам Стейси, и пытался вообразить себе, какой могла бы оказаться его жизнь с Фебой. Ничего бы хорошего это ему не сулило.

Его охватила паника. Оказаться во власти этой дуры, посылающей ему свою идиотскую улыбку из-за стакана со «Старбаксом»! Это размалеванное чудище угрожало навсегда разрушить его надежды на будущее. Он с ужасом представил себе, как отреагирует Стейси. А также как отреагирует отец Стейси, могущественный адвокат Сити, который уже строил планы совместной судьбы «двух своих ребятишек», как он их называл, обещая Гарри место fellow[23]в своей юридической конторе.

— Ты соображаешь, что несешь? — набросился он на Фебу.

— Ты все правильно услышал. Я беременна, — спокойно ответила Феба, поражаясь самой себе.

— А я при чем?

— При том, что отец — ты.

— Кто тебе это сказал?

— Гарри, это я тебе говорю.

— Да-а-а?! И почему я должен тебе верить? Всем известно, что ты перетрахалась с половиной школы.

В полном соответствии с волевыми установками дзен Феба сохраняла невозмутимость.

— Давай посчитаем, — сказала она хладнокровно.

— Давай. Но кто мне гарантирует, что в это же самое время ты не трахалась еще с кем-нибудь? Насколько я помню, ты не девственница. И если мне не изменяет память, тебе нравилось проводить время с моими товарищами по команде...

— Ты и правда дурак, — фыркнула Феба, окончательно похоронив свои любовные грезы, — и, кроме того, подлец. Ребенок от тебя, и я должна решить, что с ним делать.

— В каком смысле?

— Подумай.

— Феба, но ты же не хочешь сказать мне...

— Я хочу сказать тебе, дорогой мой красавчик, что еще не решила, оставлю его или нет. И ты должен помочь мне сделать выбор.

До Гарри наконец дошло, что его загнали в угол. И эта девчонка ждет от него ответа. Он должен был выиграть время. На мгновение, всего лишь на мгновение, он представил себе крошечное существо в животе Фебы. Частицу его самого. Он затряс головой, отгоняя это невообразимое видение.

— Феба, сокровище, — сказал он ей сладким голоском, беря ее руку в свою. — Я правда дурак. Извини меня, просто все так неожиданно. Я совершенно ошарашен.

Фебу смутило это неожиданное изменение тона, но она тотчас приноровилась к новой позиции Гарри.

— Я понимаю, любимый. Не беспокойся, я тебя понимаю.

— Понимаешь?.. Вот что я думаю... мы должны серьезно поговорить. Но не стоит это делать в присутствии других...

Этого Феба не ждала. Она уже приготовилась к полной капитуляции Гарри с романтическим финалом. Выходит, напрасно. Наоборот, Гарри явно искал вариант, как отделаться от нее.

— Думаю, я смогу помочь тебе, Феба. Я найду хорошего врача, и он освободит тебя от этого как можно быстрее.

— Но, Гарри!.. — всхлипнула девушка.

— Да, Феба, так будет лучше для всех, поверь мне.

— Но я еще не решила!..

— Любовь моя, правда, еще не время. Может, попозже... а сейчас мы только поломаем обе наши жизни, твою и мою.

Надежда.

— Согласись, ведь я прав?

Признательность.