Я тебя рисую - Марина Суржевская

Я снова замялась, а Люк неожиданно поддержал принца, за что и получил от меня очередной убийственный взгляд. Но предпочел не заметить.

– Действительно, пора освежиться! – воскликнул он, поднимаясь и бросая на стол шелковую салфетку. – И подышать свежим воздухом. Сестра, ты бледная, не упрямься. На воздухе тебе станет легче, и все недомогания пройдут. К тому же это озеро и правда восхитительно, ты такого еще не видела!

Он обнял меня за плечи, и я вздохнула.

– Ну, хорошо, показывайте дорогу!

Арвиэль улыбнулся и снова предложил мне локоть.

* * *

Несмотря на мое нежелание находиться в обществе повелителя Оэр, озеро меня восхитило. Да оно и не могло не понравиться: синее, почти идеально круглое, заросшее по берегам ирисом. Как только стемнело, над ним появилось все усиливающееся сияние, сине-бирюзовое, и это действительно было очень красиво. Потрясающе.

Я встала у перилл, завороженная этим зрелищем.

– Вам нравится… Ева? – негромко спросил повелитель. Я отодвинулась от него и посмотрела недовольно.

– Простите, Ваше Величество, но я предпочитаю имя Антарея. Ева – это для семьи.

Он чуть нахмурился и посмотрел на Люка, что стоял с другой стороны от меня, потом склонил голову.

– Хорошо, я вас понял, Антарея.

Я устыдилась своего ответа. Все же он и правда много сделал для нашей семьи. Улыбнулась по возможности тепло.

– Простите мою резкость, Ваше Величество, я не хотела вас обидеть.

– Вы так официальны, а ведь мы, кажется, были на «ты»? – Он облокотился на камень перил. – Да и после нашего последнего… объяснения ваша холодность меня совсем не обижает, Антарея.

Я вспыхнула, припомнив, как орала на него в саду возле нашего поместья. И почувствовала, как щеки заливаются краской стыда.

– Простите, тогда все было по-другому, – смутилась я. – И я была… ребенком. То есть… и вы тоже не были… Властителем! Все было совсем иначе!

– То есть если сейчас я начну объясняться вам в любви, вы не станете меня оскорблять? – поинтересовался Арвиэль, и я вскинула на него взгляд. Он улыбался, хотя выражение глаз я понять не могла. У Первородных всегда так – трудно судить, что за чувства обуревают их, слишком уж они скрытны и бесстрастны.

– Вы смеетесь надо мной, Ваше Величество?

– Разве я могу? – вздохнул он. – Антарея, прошу вас, называйте меня по имени. Вы равны мне по рождению, и мы столько лет знакомы, к тому же… – он помолчал, чуть запнувшись, и продолжил: – К тому же мне будет приятно. Прошу вас.

– Хорошо, Арвиэль.

– И даже можете на меня кричать, – улыбнулся он. Я с изумлением похлопала глазами. Холодный Первородный сейчас что, пошутил? Вот это да!

– Постараюсь воздержаться от криков, – пробормотала я.

– Ева, смотри, рыбы полетели! – воскликнул Люк, и я посмотрела на озеро.

И правда, полетели… Узкие серебряные тела с распахнутыми плавниками-крыльями, они выпархивали из водных глубин, пролетали над поверхностью, сверкая искрящейся чешуей, и снова ныряли.

– Как же красиво! – не удержался брат. – Самое красивое зрелище, которое я видел. Ева, ты согласна со мной?

Я промолчала. Да, это было красиво. Но разве сравнится с полетом драконов над ущельем, когда между двумя пиками гор висит огромная луна, а скалы озаряются красным пламенем? Мысли, что я гнала от себя, снова накрыли меня с головой, окунули в омут тоски. Светлый Дух, как же мне не думать… о нем?

– Антарея, вы замерзли? – заботливо поинтересовался Арвиэль, сделал знак прислуге, чтобы принесли плащ.

– Не стоит, – остановила я его. – Думаю… мне лучше прилечь. Действительно нездоровится…

Я резко развернулась и пошла к выходу с террасы.

– Я провожу! – Первородный догнал меня, и я скривилась. Не хочу разговаривать с ним, надоело улыбаться. Посмотрела через плечо на брата, и этот взгляд Люк уже не смог проигнорировать.

– Ева еще слаба, – извинился он перед другом, – я отведу ее в покои.

– Я пришлю целителя, – забеспокоился Арвиэль.

– Не стоит! – выпалила я. – Мне просто надо… отдохнуть!

Я пошла по галерее, уже не обращая внимания на Первородного. Люк догнал, придержал меня за руку.

– Ева, что ты творишь? – прошипел он. – Ты ведешь себя непозволительно!

– Люк, когда мы уедем отсюда? – выпалила я, разворачиваясь к брату. – Я уже достаточно окрепла, мы можем отправиться в Идегоррию прямо утром? А лучше – сейчас! Можем?

– Пять минут назад ты говорила, что плохо себя чувствуешь!

– Я врала! И еще скажи, что ты этого не понял! – я понизила голос, уловив взгляды прислуги, и тяжело вздохнула, пытаясь успокоиться. – Правда, Люк, когда мы сможем уехать? Я так соскучилась по дому… В конце концов, я даже не видела могилу отца…

Глаза мигом затянуло пленкой слез, тех самых, непролитых, невыплаканных. Брат молча прижал меня к себе, погладил по волосам, как в детстве. Я отстранилась, зло вытерла мокрые ресницы.

– Когда, Люк?

– Нам придется задержаться, Ева, – не глядя на меня, произнес он.

– Зачем?

– Дела еще не закончены. У нас с Арвиэлем… есть нерешенные вопросы… По нашим землям… Со дня на день прибудут старшие советники, будет обсуждаться вопрос союзничества с Первородными…

– Это замечательно, – оценила я, – отец всегда хотел этого союза. Тогда можно я одна уеду? Прости, Люк, но мне здесь не нравится, я хочу домой.

Брат все так же не смотрел на меня.

– Потерпи, Ева. Прошу тебя. Ты сейчас взволнована, слишком много всего с тобой… произошло. Но позже ты отдохнешь, привыкнешь, осмотришься… Оэр действительно очень красив. И этот замок…

– Я не хочу осматривать Оэр, Люк! И тем более этот замок!

– Прекрати! – разозлился брат, осмотрелся, хмуро взглянул на замешкавшуюся служанку. Та торопливо бросилась вниз по лестнице. Люк снова перевел взгляд на меня, очевидно, хотел сказать что-то резкое, но сдержался. – Ева, мы действительно смогли спасти тебя только благодаря Арвиэлю. Прояви хоть каплю благодарности! Ты не лесная девчонка, ты принцесса, так что веди себя достойно. – Он поджал губы. – Так, чтобы отец мог гордиться тобой хотя бы сейчас!

– Это нечестно, – прошептала я.

– Я не хотел тебя обидеть, – вздохнул братец и криво улыбнулся. – Маленькая, ну прости. Кроме тебя, у меня ведь никого нет… У нас все наладится, просто потерпи, хорошо? И прошу, будь… добрее к Арвиэлю, ты ведь знаешь, как он к тебе относится.

– Скорее бы он уже женился, что ли, – пробурчала я. – Тогда мое общение с ним станет гораздо легче!

Люк покосился на меня, но промолчал. Я помялась, не зная, как перейти к тому, что меня беспокоило.