Лорды гор. Огненная кровь - Ирмата Арьяр

Когда Инитаэра и я — Айрани — в сопровождении Эльдера подошли к карете, Канис как ни в чем не бывало уже восседал на козлах и зевал в кулак, всем видом показывая, что никуда отсюда и не сбегал и притомился, ожидаючи, когда госпожи развлекутся. Еще один предатель.

Лэйр в это время ворчал на Сиарея:

— Друг мой, если уж вы взяли этого подозрительного полуинсея под защиту, то вы отвечаете за то, чтобы от его пребывания тут никто не пострадал и ничто не рассыпалось.

Сиарей мученически возвел очи к небу. А мое настроение стремительно улучшалось. Да и что грустить? Одни враги обезврежены, другие дезориентированы (Таррэ весьма задумчиво провожал взглядом карету с княжнами), третьи доберутся до меня только к вечеру.

В оставшееся до званого ужина и бала время мне надо было сделать еще кучу дел. Сил не было ждать ночи, чтобы поговорить с Дигеро. Я подумывала, какой бы благовидный предлог изобрести, чтобы утащить Лэйра из дворца — на усталость сослаться (после турнира надо бы и отдохнуть) или государственными заботами отбрехаться, когда Таррэ сам явился с вопросом:

— Ваше величество, я вам в ближайшее время не понадоблюсь?

— Ни в коем случае!

— Тогда увидимся на ужине.

— Перед ужином еще инсейский царевич верительные грамоты предъявит как посол. Забыли? Вы как глава Регентского совета обязаны присутствовать.

Таррэ скривился:

— Вам канцлер составит компанию на приеме послов, а от нас будет мастер Онис. Учитесь обходиться без меня.

— Всенепременно научусь, — мечтательно сощурился Лэйр, улыбнувшись во все зубы.

Вейриэн дернул себя за белую прядь, но проглотил жало и умчался. Если бы я знала, куда, то, пожалуй, приковала бы его к королевской руке и потерпела бы до ужина.

На следующие полчаса король, неспешно возвращаясь во дворец, впал в глубокую задумчивость. Я лишь следила, чтобы фантомное тело не вывалилось из седла, да и Сиарей приглядывал, а карета с княжнами медленно плыла по переполненным улицам города.

— Эльдер, мне надо уйти прямо сейчас.

— Опять?

— Тебе надо будет лишь Каниса сразу отослать, чтобы он не заметил, что из кареты ты выведешь не двух девушек, а одну. И горничную пока отошли.

— А бальные платья кто будет примерять?

— А зачем? — спросила я. Вот оно, преимущество фантомного образа жизни — вместо того, чтобы срочно подшивать одежду, можно быстренько подогнать фигуру. В разумных пределах, чтобы в глаза отличия не бросались.

— И опять без обеда останетесь?

И вот они, недостатки жизни одной души в трех телах. И поесть некогда.

— С кухни стащу что-нибудь.

Дракончик скривил брезгливую рожицу:

— Это разве еда? И так душа непонятно в чем держится, — он покосился на замершую фигуру Инитаэры. — Ладно, все сделаю.

На том и порешили. Я сняла перстень с рубином, вручила Эльдеру и скользнула к огню Жасминовой башни, куда уже ушел из дворцовых покоев фантом короля, прихватив доставленную Сиареем корзинку с продуктами.

Но какое же счастье, что у меня уже выработалась привычка не оставлять фантомы совсем без присмотра, чувствовать их какой-то струной души. И сейчас прежде, чем переодеться и уйти в башню к добровольному пленнику, я проследила, как Эльдер поругался с Канисом, доведя его до белого каления, прогнал разобиженного кучера и вывел Инитаэру. Горничную выгонять не пришлось: ее и след уже простыл. Не мудрено. В холле сидел, поигрывая сельтом, Таррэ.

Я испуганно охнула и у себя в убежище, и там, устами Инитаэры. Эльдер одним стремительным движением оттеснил фантомную княжну и загородил спиной.

— Какая преданность! Уйди, мальчик, останешься цел, — усмехнулся вейриэн. — А где вторая, так называемая княжна Айрани?

Боги, как я устала. Как я безумно устала за этот день. За эту жизнь.

Срочно в обморок! Колени Инитаэры послушно подогнулись… Упасть ей не дали чьи-то руки, подхватившие сзади.

— Зачем же сразу падать, леди? — услышала я ироничный голос вейриэна Паэрта.

— По какому праву… — взвился Эльдер.

Таррэ крутанул в пальцах сельт:

— Тише, мальчик, тише. Эта штука у меня в руках очень острая, а бью я без промаха. Принеси-ка лучше воды для леди. Кажется, девушке плохо.

— Не надо, Эр, я в порядке, — выдохнула Инитаэра. Я раздумала изображать обморок. Такая накатила ярость, что глаз не смогла закрыть. Повернула голову к сжавшему мои локти Паэрту. — Отпустите меня, фьерр. Я не позволяла вам ко мне прикасаться!

Эльдер, белый от злости, раздул ноздри. Того и гляди искрами сыпанет или драконом обернется и выдаст нас с головой. Но тут Паэрт выпустил княжну — она тут же ухватилась за плечи мальчишки — и отступил.

— Госпожа, как вы? — Эльдер усадил меня в кресло. Встал рядом, сжав кулаки.

Я в Жасминовой башне села на пол там же, где стояла, и максимально сосредоточилась на ощущениях фантомного тела Инитаэры, перетекая в него душой и сердцем. Поиграем, Таррэ. Но как же ты мне надоел!

— Вы меня напугали, фьерры, — княжна выпрямила спину и вздернула подбородок. — Не ожидала, что вы проникните, как воры…

Таррэ, поморщившись, перебил:

— Полноте, леди. Не вам обвинять нас в неблаговидных поступках после того, как вы предъявили во дворце вот эту родовую грамоту, — он кончиком кинжала подцепил лежавшие на столике бумаги, которые я только тогда и заметила. И узнала замысловатые гербовые печати. А ведь я оставляла их на столе в кабинете.

— Я не понимаю, о чем вы, фьерр.

— О вашем происхождении, леди Инитаэра. Впрочем, вряд ли это ваше настоящее имя. Вы по-прежнему считаете, что вашему слуге стоит слышать наш дальнейший разговор?

— Я не совершила ничего предосудительного, чего можно стыдиться. Объясните, лорд Антаре, что вы делаете в моем доме?

— Охотно объясню. Читаю весьма любопытные бумаги. Видите ли, леди, вы этого не могли знать, но на этих документах — наши магические метки, и мы отслеживаем их с той ночи, когда ваша сестра получила их от мошенника Архивариуса в одном любопытном трактире, куда обычно не заглядывают благородные барышни. Но, что самое интересное, метку мы ставили одну, а сейчас их — две, абсолютно идентичных. Как вы это объясните?