Армагеддон в юбке 2 - Евгения Бойко

Настоящий самец моет волосы глиной,

он космат и свиреп, и грязней печенега,

за плечами его след шевелится длинный

из летящих с башки хлопьев белого снега.

NN

Утром я проснулась целой, невредимой и в прекрасном настроении.

Прекрасном до такой степени, что я даже решила пойти на кухню и почтить светлую память прабабки-отравительницы каким-нибудь кулинарным экспериментом. Если бы мама узнала об этом она непременно бы возмутилась, ибо в моих генах наверняка имелся какой-то антикулинарный участок…

Во всяком случае, самым съедобным из того, что я приготовила, была… настойка спиртовая на мухоморах.

Ха-ха! Но ведь ни Ворен, ни УСОты об этом не знают…

Процесс готовки был нагло прерван маминым звонком. Чтобы не отвлекаться я перенесла изображение со стекла пудреницы на стену.

— Привет мамуля.

— Привет… — мамино лицо вытянулось, когда она увидела, чем я занимаюсь. — Дочь моя немедленно положи лопатку на место. Или успокой мое сердце: скажи, что готовишь яд.

— Извини мамуля, я готовлю завтрак, — улыбнулась я.

— Надеюсь не Лайрону? Это было бы слишком жестоко так пошутить над женихом перед свадьбой. Он еще пригодится тебе в первую брачную ночь.

— Я еще не дала согласия! — Нона изогнула бровь и я, признавая поражение, подняла руки. — Но чувствую, что скоро уступлю.

— Кстати я хотела сказать, чтобы ты не очень спешила с согласием.

Теперь удивилась я. Мне не чудится?..

Мама поспешила пояснить:

— Видишь ли, отец должен был отравить одного человека… а тот как выяснилось его… В общем они нанесли яд на руки и во время рукопожатия они смешались. Ты не беспокойся, ничего серьезного не произошло, но в себя отец придет не раньше чем через две недели. И это даже к лучшему: мы успеем подготовить шикарное бракосочетание. А вместо того чтобы дурью маяться готовилась бы к девичнику.

Девичник! Да на него припрутся все знакомые парни, и он быстро превратится черт знает во что! Так что идея затеять нормальные девичьи посиделки с вином и заказанным стриптизом изначально обречена на провал.

— Ладно, мама…

Когда изображение пропало, я вернулась к прерванному занятию. Щелкнула пальцами, материализуя кулинарную книгу, и раскрыла ее на нужной странице.

— Доброе утро. — Руки Лайрона опустились на край стола по бокам от меня, отрезая пути к отступлению, а лицо почти коснулось мой щеки. — Это что-то новенькое — застать тебя на кухне…

— Раньше для женщины было достаточно быть либо домохозяйкой, либо ведьмой, либо страстной любовницей…

— А теперь?

— А теперь приходится совмещать.

— Вот времена настали! — усмехнулся маг, и его дыхание обожгло мне кожу. Эффект был несколько подпорчен тем что его пряди скользнули по моей шее и я захихикала от щекотки.

— Если ты меня не отпустишь, то останешься без завтрака… — «строго» предупредила я Ворена.

— Знаешь, эта перспектива меня не очень страшит.

Знай, ты, как я готовлю, это бы тебя радовало!

— Кроме того, ты лишь его студентов, двух влюбленных истративших за ночь все силы и травников…

— Влюбленные травники всю ночь пытались приготовить отвар от чесотки.

Ну, как ему удается говорить это ТАКИМ голосом? Неужели где-то учат вытворять такое?

— Ворен я тебя как человека прошу: убери руки, пока я их не оторвала… ах. — Я зажмурила глаза от удовольствия, когда сильные пальцы мага сжали мои плечи. Как он смог скрывать, что так божественно владеет искусством массажа?

— И это не единственное чего ты лишаешься из-за своего упрямства… — прошептал мужчина тоном змея-искусителя.

— Остальное я так и быть переживу. То есть… то есть… дракон! У меня заправка подгорает! — я подпрыгнула впечатавшись макушкой в подбородок мага с такой силой, что его зубы клацнули.

— Если ты будешь продолжать в таком же духе, твой кулинарный шедевр мне есть будет нечем, — Ворен осторожно потрогал челюсть, пытаясь оценить нанесенный ей ущерб. — Я требую компенсации!

— Какой? — я убавила огонь и бдительно застыла у плиты с лопаткой наголо… то есть наготове.

— Для начала согласен на один поцелуй, — нагло заявил светловолосый плут.

— Чей?

— Твой.

— А больше ты ничего не хочешь? — я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно саркастичнее.

— Хочу, — сказал он. — Но вряд ли ты согласишься.

— Да я и на поцелуй не согласна. С чего это я должна лобзаться с кем попало?

— Я — не кто попало.

— Сбавьте обороты магистр Неприятностей, — я ткнула в Ворена лопаткой, с которой капала на пол заправка. — В последнее время вы проявляете какую-то странную активность. И мне это не нравиться! У вас начался летний гон?

В следующий миг я оказалась прижата к плите, и Ворен хрипло зашептал мне на ухо:

— Ты вредная, своевольная, упрямая, ничего кроме себя не видящая ведьма, привыкшая играть чужими чувствами и жизнями как пешками на шахматной доске. Ты…

— Да я такая, — я поморщилась и уперлась мужчине в грудь руками в любой момент готовая перейти от слов к огненному шару в лоб. Хоть мне очень не хотелось портить это великолепное тело… — И если ты меня не отпустишь к этому перечню моих характеристик, добавится еще один пункт: жареннозадая!

— Ой, извини! — Ворен отпрыгнул от меня кузнечиком. — Я не… не…