Любовь - не преступление - Альмира Рай

– Это неважно, Рэй, – в тон ему ответил Тайгер. – Ты уж точно знал, что мы полукровки, а значит, изгои.

– Так! – вмешалась я, вставая перед разозленными парнями. – Брейк! Нам всем нужно успокоиться. Вы не можете винить своего брата за то, что он пытался спасти ваши жизни, – строго сказала я, глядя на близнецов. – Никто не обещал вам, что это будет легко, ясно? Так что утрите слезки, нытики, и соберитесь с силами – у нас впереди долгий и сложный путь. И вообще!

Я села возле Дрэйка и взяла его за руку.

– Проваливайте в свое купе. У нас дела.

Парни закатили глаза, но спорить не стали. Даже колкостей не насыпали, а молча вышли в коридор вагона.

Уложив своего мужчину на диванчик, я пристроилась под боком и крепко его обняла.

– Когда-нибудь они поймут и оценят все, что ты для них сделал, – заверила я.

Дрэйк устало вздохнул и погладил меня по волосам.

– Они правы. Я завел нас в тупик. Уже и не знаю, есть ли смысл ехать в Бостон. Прямо в западню.

Он приподнял голову, чтобы заглянуть в мои глаза, и серьезно спросил:

– Может быть, ты подскажешь?

Я искренне удивилась такой просьбе. Я уж точно ни черта не смыслю в законах оборотней.

– Ты еще не знаешь, как контролировать свою магию, но когда-то же нужно учиться. В экстремальных случаях это получается лучше всего.

– И что ты хочешь, чтобы я сделала? – недоумевала я. – Наслать на Вудворда икоточное проклятие?

Дрэйк хмыкнул и покачал головой.

– Как насчет маленького видения будущего?

– Оу! Ну… Я совершенно не знаю, как его увидеть или призвать. В прошлый раз я спала или была в отключке. Ты же не собираешься вырубить меня для этого?

Красавчик опять рассмеялся и прижал мою голову к своей груди, методично поглаживая.

– Тогда спи, моя сладкая, – прошептал он.

Я хотела возразить, ведь не так давно проснулась и не была уставшей, но стоило немного расслабиться в его руках, и веки отяжелели, а откуда-то из задворок сознания прозвучал знакомый зов. Медленно, но верно я стала погружаться в сон.

Темнота постепенно сменилась светом. Вдалеке виднелось что-то яркое и желтое. Подбежав ближе, я увидела до боли знакомую местность – ромашковое поле, по которому мы с мамой бродили в детстве. И опять это было так реально, что даже резкий запах полевых цветов отчетливо чувствовался. Поморщившись, я стала искать ее. Теперь даже не было сомнений, что все это время со мной говорила она. Мама.

«Рэйн».

Я обернулась и оказалась напротив женщины. Ее лицо было расплывчатым, четкими оставались лишь серые глаза. Такие же, как у меня. Казалось, это они всегда отражались в зеркале.

«Мама», – позвала я.

Слова не произносились вслух, а будто рождались в сознании. Женщина слегка кивнула, ее взгляд потеплел. У меня было столько вопросов, но я терялась, не зная, с чего начать.

«Я не могу говорить о прошлом, Рэйн, – послышался ее нежный шелестящий голос. – Только о будущем».

«Почему?» – удивилась я.

«Покойные не говорят о земной жизни», – печально ответила она. Немного помолчав, добавила: «Я не помню».

Мое сердце защемило от грусти и старой боли. Передо мной не мама, а лишь ее тень. Я поняла, что не злюсь на нее больше. Возможно, после смерти она стала моим персональным ангелом-хранителем, чтобы искупить свои грехи. И ведь действительно помогала. Тяжело вздохнув, я уверенно попросила: «Тогда расскажи о будущем».

Она несмело кивнула и начала отстраняться от меня.

«Я покажу», – донеслось отовсюду.

Я поплыла сразу за ней, все больше отдаляясь от ромашкового поля и приближаясь к трассе. В одно мгновение я почувствовала себя как-то иначе. Мир вокруг стал ярким, шумным и тяжелым. Мое тело ныло со всех сторон, а вокруг витал запах крови. Моей.