Как я стал боевым магом - Игорь Осипов

– Господь всемогущий, дай мне силы выдержать это испытание и укрепи мою веру.

Николай троекратно перекрестился, воздев взгляд вверх, а потом глубоко вздохнул и через силу улыбнулся.

– Да. Это мое испытание, – пробормотал он.

– К нам гость, – настороженно произнесла Белкина, прервав молебен Николая.

Все замерли и уставились на нее.

– Кто? – спросил я.

– Не человек, но и не из наших. Не из веры предков, – с язвинкой ответила Всевидящая.

– Где?

– В кладовке.

– И дед его пустил?

– У меня кладовка на улице. Она смежная с гаражом, но вход с другой стороны, со двора, – произнесла Анна.

Мы все рассыпались по комнатам и наспех оделись, пошатываясь после бани и пива. Встречать решили все вместе. На всякий случай приготовились к неприятным событиям, заготовив щиты. Такой концентрации энергии в этом доме, наверное, не было за все время его существования. Вооружились тоже отменно. Дверь в кладовку открыл я.

– Человек, отдай, – сразу послышался оттуда тихий шепчущий голос.

– Ты кто?

– Отдай. Это мое. Отдай.

– Что отдать? – с нажимом спросил я.

– Мое. Оно здесь. Я четыре года ищу тебя, отдай.

Сзади меня встала Белкина.

– Что это за гадость? У меня ощущение липкости и скользкости.

– Не знаю. Тут темно.

– Сейчас включу свет, – произнесла Анна.

Ощутилось колебание телекинеза, и внутри щелкнул рубильник. Слегка моргая и гудя, загорелась длинная люминесцентная лампа, осветив заставленное коробками помещение.

– Вон там, – шепнула Белкина и показала в дальний угол.

Из-за коробки от телевизора выглядывало существо, схожее с отощавшим ребенком, ростом в полметра. Большие, совершенно черные глаза тоскливо глядели на меня.

– Отдай, человек.

– Что отдать? – повторил я вопрос.

– Я покажу.

– Покажи, но учти, если задумаешь вред, мы тебя уничтожим.

Существо неуклюже, как марионетка на ниточках, вышло из своего убежища и пошло в дом, шлепая босыми ногами по скользкой от мокрого снега дорожке. Мы последовали за ним. Существо осторожно подошло к моим еще не распакованным сумками и легонько прикоснулось к одной из них.

Я начал выкладывать из нее вещи. Наконец существо охнуло и притронулось к шкатулке с компакт-кристаллами. Медленно открыв ее, оно вытащило на свет маленький сувенир, который я купил, планируя создать небольшую диораму. Костяная статуэтка непонятных очертаний размером со спичечный коробок.

Существо прижало это к груди и тихонько всхлипнуло. Потом оно встало и поклонилось мне.

– Спасибо тебе, человек.

– Что это? – спросил я.

– Это все, что осталось от моего народа. Это мой образ. Давно никого нет. Остался только я. Народ погиб. Они жили в пещере далеко отсюда. Они верили, что я хранитель пещеры. Верили, что Мягкая тьма поможет им, но они мертвы. Вы, люди, убили их всех. Но я не злюсь. Я тоскую о былых временах. Народа нет, я есть. Пришли люди. Недавно. Разорили мой дом. Унесли память. Я долго искал. Нашел. Спасибо, человек.

– Кто убил твой народ? Когда?

– Люди, – мягким шепотом ответило создание. – Давно.

– Твой народ не люди?

– Нет. Как кошка – это не собака, так и мой народ не люди. Давно. Помню… – Существо замолчало, подбирая слова: – Помню мамонтов, помню обожженные копья и огонь. Мой народ не знал огня. Для них была Мягкая тьма. Давно нет народа.

Создание, осторожно топая по паркету босыми ногами, вышло на улицу и зашло в кладовку.

– Эй, ты куда? – бросилась за ним Анна.

Когда она заскочила в дверь, то взвизгнула и заматерилась, как не подобает женщине. Мы кинулись на помощь. Целительница выбежала как ошпаренная навстречу нам и дрожащими пальцами вцепилась в мой рукав. Я осторожно отстранил ее от себя и заглянул внутрь. Глазам предстала картина, достойная кисти Сальвадора Дали. Весь потолок заливала черная маслянистая жижа, из которой блестели бесчисленные маленькие глаза, а посредине висела обхваченная щупальцами тощая фигурка. Мягкая тьма баюкала свою марионетку с зажатой в пальцах статуэткой, как ребенок держит куклу. Она качала замершее создание и своим тихим пением напоминала шум ветра в большой пещере. Одновременно и трогательное и пугающее зрелище. Все заглянули по очереди, выразив чувства разными словами.

Когда собрались за общим столом, то долго молчали, пока не заговорила Ангелина, глядя в свою чашку с кофе:

– Прости за крестик. Символы и есть вера.

– Ты сравниваешь Бога с этой тварью? – негромко спросил Николай.

– Нет. Что ты. Просто… прости.

– Бог с тобой, – ответил он.

– Я не верю в Бога. Я верю в Человека. И я чуть не забыла, что я тоже человек.

– Тогда я прощаю тебя.

– Спасибо, человек.