Любовь понарошку, или Райд Эллэ против! - Любовь Черникова

Нет, я понимаю, что они — тоже люди, а не лесные бесы, но все же.

— Конечно! Да и куда бы он делся? — последовал ответ.

Не знаю, о ком они, но, надеюсь, речь идет не о Райде.

— Вот и славно. Тогда закругляемся. Глядите в оба. Судя по списку, еще один остался.

— Ты же не думаешь?..

— Не наше дело — думать! — резко оборвал его первый собеседник. — Для этого есть Кхамлэ.

Культисты хором что-то сказали на незнакомом языке, из этой короткой фразы я сумела разобрать только то самое странное слово. Но что бы вся присказка ни значила, было похоже, будто они вознесли молитву, из чего я сделала вывод, что Кхамлэ — какое-то божество или демон. Фанатики вместе направились в сторону поляны. Старалась дышать через раз, пока они не отошли подальше, и только потом отважилась пошевелиться. Побежала в противоположную сторону, но, добравшись до очередного просвета в изгороди, остановилась, переводя дух и собираясь с мыслями. Великая Мать! Если сюда нагрянули фанатики и хозяйничают, это значит, что все деньги достанутся им?

Ну нет! Соблазн вернуть свои сбережения стал совсем нестерпимым, а от страха даже живот скрутило.

— Ну же, Халли, соберись! — отвесила себе мысленную оплеуху, прогоняя зарождающуюся панику.

Я только одним глазком гляну… В конце концов, они и правда совершенно не охраняют трассу. К тому же, если не получится взять деньги, вдруг смогу увидеть или услышать что-то, что окажется полезным для борьбы с культом? Передам сведения Райду, где бы он ни был, храни его Великая Мать! Оправдав собственное безрассудное любопытство, двинулась туда, где находились стартовые загоны.

Вскоре в ноздри ударил запах свежей крови, а впереди показалось тело наездника, который так и остался висеть на живой изгороди. Стараясь на него не смотреть, поспешила дальше.

В укрепленном магическим барьером загоне никого не оказалось, лишь густой звериный запах свидетельствовал о том, что совсем недавно здесь обитали кабаны. Убедившись, что снаружи никого, осторожно толкнула лапой дверь — оказалась незапертой. Хватило небольшой щели, чтобы высунуть нос и рассмотреть, что происходит снаружи.

В этой части поляны, к счастью, было пусто. Повезло, если можно так выразиться.

А вот вдалеке творилось что-то невообразимое: из-за деревьев культисты выводили пленников, лица которых скрывали одинаковые маски. Сразу стало понятно, что это зрители, хотя до сих пор я их так и не видела. Определить, как именно они наблюдали за скачками, тоже не успела. Не до того было, если честно.

Мужчины и женщины со связанными за спиной руками покорно выходили на просматривающееся с моего наблюдательного пункта место и строились. Никто не плакал, не умолял отпустить и не просил пощады. От такой безмолвной покорности стыла в жилах кровь. Фанатики, что для меня оказалось неожиданностью, не стремились побыстрее с ними разделаться. Никто не вспарывал животы, не насиловал, не резал глотки и не сворачивал шеи. Да и вообще, какие-то они внезапно мирные. Я бы даже сказала — почти вежливые! Стоят себе рядышком, посматривают и будто ждут чего-то. Ведь точно, ждут!

За последним пленником, которых оказалось навскидку около сотни, появился тот самый культист с приятным голосом. Сейчас я смогла его рассмотреть. Как же не вяжется этот голос с ветвистыми оленьими рогами, жуткой маской и хитиновыми пластинами, защищающими тело вместо доспехов!

— Ждем Кхамлэ? — спросил его один из тех, кто занимался пленниками.

Нет, все же Кхамлэ — это не божество. Скорее имя человека. Хотя с этих уродов станется и демона какого призвать.

— Нет, прежде отсортируем, — последовал ответ.

Оленерогий медленно прошелся вдоль отупело молчащих пленников, а затем присел в сторонке и небрежным жестом дал знак приступать. Остальные принялись срывать с людей маски. Мне хорошо были видны безразличные лица, пустые глаза и безвольно опущенные плечи. Неужели им все равно, что с ними будет? Или они опоены? Или это магическое воздействие?!

Брр! Это что же такое! Что превращает людей в деревяшки? Неужели слухи не лгут и магия крови действительно существует? Стало совсем жутко. Даже представить сложно, что кто-то может превратить меня в безразличную куклу и принудить делать что угодно.

Великая Мать! Во что я умудрилась вляпаться?!

Во рту пересохло от ужаса. Попятившись, притворила за собой дверь. Надо срочно найти Райда и выбираться отсюда немедленно! Только вот что будет с теми беднягами? Нужно им как-то помочь. О! Пусть об этом Райд и позаботится. Уверена, он-то получше меня знает, что в таких случаях делать. Как-то же справляются с культистами безопасники, несмотря на всю их странную магию?

А деньги? Тоже у Райда попросить? Бесы-бесы-бесы! Едва удержалась, чтобы не заметаться по загону от разрывающих душу противоречий. Нет, все же я должна попытаться, тем более у букмекерской конторы сейчас никого нет, а все шестеро культистов, которых я успела увидеть, заняты. Может, сумею потихоньку пробраться? Не зря говорят: только смелым покоряется Чаща и улыбается удача.

Когда, успокоившись, снова высунула нос наружу, меня ждали две новости, и обе — не очень. Первая: фанатиков заметно прибавилось. Теперь их было уже не шестеро, а человек двадцать. И вторая: возле моей цели дежурили те два погонщика с волками, которых я видела в лесу.

Тем временем пленников сортировали по группам. В одну определяли только женщин, остальные три формировались по непонятному мне принципу. Два погонщика так и стояли рядом с конторой, куда я стремилась попасть, но и они с интересом наблюдали за происходящим. Волки у их ног, похоже, вовсе задремали. Самое время действовать!

И тут возникла идея.

Вернувшись на трассу, быстро разыскала кабана, который оказался там же, где я его обнаружила. Едва обрадовавшись этому, поняла, что в волчьем обличье не могу взять его под контроль. Тьфу! А если стану человеком, окажусь почти без одежды. Незадача!

Понадеявшись, что от моих вещей что-то да осталось, нашла место, где перекинулась. Сохранились в целости только клетчатый платок и кепка отчима. Куртка и штаны оказались разорваны в клочья. Ладно, хоть что-то. От идеи, где взять остальное, подкатила дурнота, несмотря на облик зверя, у которого брезгливость меньше выражена. Превращаться не стала, понесла вещи в зубах — так быстрей.

Дальше было непросто.

Парень, что погиб, наткнувшись на многочисленные шипы и неудачно торчащую острую ветку, тоже никуда не делся. Пришлось побороться с собой, прежде чем решилась обернуться человеком и прикоснуться к мертвецу.

— Прости, пожалуйста, — морщась и едва сдерживая рвотный позыв, шептала, снимая оказавшееся тяжелым тело. Стараясь не уронить, уложила на землю. — Я постараюсь, сделать все, чтобы тебя похоронили как следует. Спасибо.

Прикрыв веки покойника, симпатичного юноши едва ли старше меня, осторожно сняла кожаную куртку, продырявленную спереди. Ничего, сойдет. Все равно другой нет. С сомнением покосилась на добротные, как и ботинки, штаны. Странно, что они сохранились сухими и чистыми. Но тем лучше, в критической ситуации не до сантиментов. После куртки снять остальное было легче. К счастью, наездники — люди некрупные, так что одежда пришлась почти впору, только ботинки оказались больше на два размера, но это компенсировала плотная шнуровка, надежно удерживающая их на ногах. Моя кепка и платок довершили наряд.