Вероника - Марина Халкиди

— Ну пожалуйста, — попросила Мелисса.

Старик посмотрел на загон с полтора метровым забором.

— Два круга, — сказал он, — не торопясь. Надеюсь, ты точно ездила верхом?

Мелисса утвердительно кивнула.

— Поверьте, ничего не случится. Я умею обращаться с лошадьми.

Старик сам оседлал лошадь, подал девушке хлыст.

— Будь осторожна! — еще раз предупредил он.

Вероника с опаской посмотрела на рыжего жеребца. Страшно было взобраться и на простую лошадь, а этот скакун мог просто сбросить наездницу. Амазонка не солгала, когда сказала, что майры очень своевольны и не всем они готовы подчиниться.

Ника хотела было остановить подругу, но стоило увидеть ее взгляд, и девушка поняла — эльмийку не переубедить.

Мелисса потянула жеребцу еще один кусок сахара, она нежно погладила его по гриве.

— Красавец мой, — прошептала она так, чтобы ее никто не услышал.

Один послушник держал жеребца под узды, а другой хотел помочь девушке сесть в седло. Эльмийка, однако, жестом отказалась от помощи и самостоятельно вскочила на жеребца. Старик приказал закрыть загон.

Мелисса пару минут поглаживала коня по шее, шепча ему что-то на эльмийском языке.

Ника не поверила своим глазам, когда увидела, как подруга, великолепно держась в седле, как будто она в нем родилась, со скоростью ветра помчалась по загону. Жеребец слушался каждое ее движение, казалось скакун и его наездница слились воедино. Мелисса промчалась перед удивленными послушниками, а у мистера Брекли округлились глаза. Эльмийка нарушила приказ, она направила Облако на деревянный загон, но скакун прекрасно преодолел препятствие. Мелисса направила жеребца к мистеру Брекли, как и амазонка, остановившись в последнюю секунду.

Старик от удивления забыл наказать девушку за нарушение приказа.

— Пожалуй, ты можешь приходить пару раз в неделю на индивидуальные занятия, — разрешил он. — И приходи в конюшню в любое время.

А про себя старик подумал, что, наконец-то, Академия вернет свою славу. А если повезет, то среди студентов найдется еще парочка умелых наездников.

Подруги вместе вернулись в общежитие: волшебница не удержалась от вопроса.

— Зачем лгала, что мать и близко не подпускает тебя к лошадям? — недовольно спросила она.

— У меня нет привычки лгать, — отрезала Мелисса, подумала и добавила, — по крайней мере без причины. У нас была огромная конюшня, отец занимался разведением новых пород. Когда его не стало, мама распродала всех лошадей…Понимаешь, как только я научилась ходить, отец сразу же посадил меня на пони. Да я лучше ездила верхом, нежели ходила. А когда отца не стало, мама запретила даже подходить к лошадям. — Мелисса не стала рассказывать, что проплакала целый месяц, когда мать продала ее пони. Он оставался единственным другом, которого отняли и отдали другим эльмам. — У нас по соседству живет старая леди, в молодости она не раз побеждала на скачках, а потом всегда держала несколько чистокровных лошадей. В память об отце она разрешала мне приходить в ее конюшню. Она многому научила меня…Конечно, мама ничего не знала. Узнай она…она бы заперла меня в комнате!

— Неужели твоя мама не догадывалась, где ты пропадаешь? — спросила Ника.

— Для этого она была слишком занята собой, — нахмурилась Мелисса.

— Понятно…Боюсь, мне никогда не стать такой наездницей как ты, — сказала Вероника, чтобы поддержать подругу.

— Поверь, это не так сложно! Главное любить лошадей и уважать их. Лошадь — это друг, — девушка улыбнулась, — и иногда — самый верный, — добавила она.

Артей, завернувшись в одеяло, все еще спала. Крис сидела на полу, обложившись книгами, готовясь к семинару.

Так уж получалось, что девушки предпочитали заниматься в спальне, а не в гостиной. Отношения с соседками, делившими с ними гостиную, в том числе и принцессой, не сложились.

Крис вздохнула, увидев волшебницу и эльмийку.

— Ничего не могу понять, — пожаловалась она. — Неужели в здравом уме можно в этом разобраться?

Брат Озерик преподавал студентом не только историю, но и этималогию. Это был довольно сложный предмет, повествующий об использование магии, зелий и волшебства. Были зелья, которые разрешалось готовить, но не использовать. О других нельзя было и помыслить: они относились к запрещенным. Понять иногда грань между правилами, предписаниями, рекомендациями и нарушением закона было сложно.

А вот что касалось использования магии в чистом виде, здесь дело обстояло еще сложнее.

К тому же брат Озерик придерживался старой школы преподавания. В аудиториях на его лекциях царила всегда тишина. Нарушение дисциплины строго каралось. А уж как монах не любил прогулы, особенно по неуважительным причинам. Вот и на выходные Озерик задал студентам повторить предыдущие темы и подготовится к семинару. Служитель раздал перечень вопросов и список книг, где они могли были найти ответы.

Артей, просидев вечер за книгой «Грань магии: использование волшебства в обычной жизни», сказала, что она, скорее всего, завалит семинар, а зимой зачет точно не сдаст с первого раза, а может и со второго. Крис же не оставляла попыток освоить сложный предмет. В течение трех вечеров она штудировала книги, но результат оставался почти нулевым.

Вероника с жалостью посмотрела на подругу. Времени помочь не было, через час у них был первый семинар у Костера Стоуна.

— Я обещаю — вечером помогу, — сказала Ника.

Валия благодарно кивнула и с удовольствием захлопнула все книги.

Так уж сложилось, что любимым преподавателем всех первокурсников стал Костер Стоун. На его лекциях было не только интересно и весело, но и время летело незаметно. К удивлению самого ведьмака — ему без труда удалось вызвать интерес студентов к своему предмету. А на его факультатив записалось первокурсников больше, чем требовалось. Костеру пришлось отсеять тех, кого больше привлекали его синие глаза, а не предмет. А тех, кто интересовался самим преподавателем, было немало! Студентки подкарауливали Костера в коридорах, они то и дело подходили к нему с глупыми вопросами, а некоторые подбрасывали в его кабинет сувениры и безделушки. Но по-настоящему фанатки ведьмака преследовали Доти Брустер, которая много времени проводила со Стоуном. Нажила себе неприятностей и мисс Джессика Мулье, которая имела неосторожность принять приглашение красавца-преподавателя на ужин.

Дело дошло до того, что на совете Академии монахи подняли вопрос о моральном облике некоторых преподавателей, намекая на Стоуна. Драгон чтобы разрядить ситуацию отправил ведьмака с миссией к амазонкам на несколько дней. Но стоило ему вернуться, и студентки старших курсов принялись ухаживать за преподавателей с удвоенной энергией.

Костер к тому же был, пожалуй, самым либеральным преподавателем. Вот и сейчас стоило подругам опоздать на несколько минут из-за Артей, которую никак не удавалось разбудить, ведьмак не стал отчитывать девушек, жестом пригласив их быстрее занять свои места.