Гонка на выживание - Вадим Филоненко

У подъезда меня ждут черная бронированная «Ситарра» и молчаливый пилот с лицом и фигурой каменного истукана.

– А где Виктор Тойер? – спрашиваю.

– Он с мистером Милано, – откликается пилот и услужливо распахивает передо мной дверцу.

Опускаюсь на заднее сиденье и заинтересованно разглядываю какой-то «левый» экран, который среди прочих – привычных – украшает переднюю панель. На экране четко виден сидящий мужской силуэт – черный контур на белом фоне, а за ремнем у него выделяется красным изображение бластера. Машинально нащупываю под курткой рифленую рукоять и передвигаю правее. Силуэт на экране в точности копирует мои движения, и красная картинка передвигается.

Пилот перехватывает мой взгляд и равнодушно поясняет:

– Детектор оружия. Если раздражает, могу отключить.

– Да мне все равно. Не возражаете, если по дороге я буду дремать?

Пилот кивает, я устраиваюсь поудобнее и мгновенно проваливаюсь в сон. К счастью, на этот раз я сплю абсолютно спокойно – галлюцинации и чужие воспоминания решили пока не терзать мой бедный разум. Просыпаюсь оттого, что кто-то треплет меня по плечу.

– Мистер Макдилл, пересадка.

С трудом продираю глаза и плетусь в личный аэрочелнок семьи Милано – довольно роскошную комфортабельную штучку, которая способна летать как в атмосфере, так и выходить на орбиту. Скорость она может развивать немаленькую, и на ней до Лалибу мы доберемся в мгновение ока. И все же я успеваю задремать. Но меня снова будят и пересаживают в очередную «Ситарру».

– Мы в Лалибу, – поясняет пилот. – Еще несколько минут, и мы на личном острове семьи Милано.

Машинально смотрю на часы. Ого! Меня довезли всего за сорок минут. В Мегаполисе сейчас около пяти вечера, а здесь, на побережье Алийского океана, едва миновал полдень. Тут лето, жара и погода ясная. Зеваю и с интересом выглядываю в окно «Ситарры». Мы летим над живописной лагуной. Лазоревая вода у поверхности почти прозрачная, и мне отчетливо видны темные косяки какой-то рыбы. А чуть поодаль, насколько я помню, есть коралловая отмель – главная гордость курорта Лалибу. Там так красиво – словно в сказке. Надо обязательно привезти сюда Ирэн, ей здесь понравится, я уверен. Мы с ней арендуем яхту и отправимся в плаванье – на месяц, не меньше… Э-э-э… если она, конечно, захочет меня видеть после всего этого…

Тем временем «Ситарра» опускается ниже, – кажется, еще мгновение, и днище мобиля начнут лизать океанские волны, – а потом неподвижно зависает в воздухе.

– Что случилось? – спрашиваю у пилота.

– Прежде чем вы попадете в резиденцию семьи Милане, вам надо кое-что узнать. – Он протягивает мне портативный визор-фон.

Включаю и вижу на экране знакомую надпись: «Интерактивная игра „Он или Она. Финал“». И клавиша «Начать». Нажимаю ее. Заставочная картинка исчезает, и начинается озвученный фильм с участием Ирэн, Мартина и меня. В фильме подробно и обстоятельно показаны все события, начиная с того момента, как я привез Ирэн в свою квартиру. Съемка явно велась с нескольких камер, а потом пленку смонтировали так, что получился настоящий, хоть и короткий фильм. Камер совершенно точно было несколько, потому что одни из них фиксировали происходящее в гостиной, другие в ванной, а третьи в кабинете. Короче, все события сегодняшнего утра оказались скрупулезно и очень профессионально засняты, причем нас с Ирэн в ванной комнате в момент близости снимали с особой тщательностью – с нескольких ракурсов, общими и крупными планами.

Я, не отрываясь, смотрю на экран, слушаю наши с Ирэн голоса на фоне льющейся из душа воды, чувствую, как в висках тяжело и яростно бьется кровь, а ладони сами собой сжимаются в кулаки. Ах, вот вы как, значит… Ну, ладно…

Тем временем фильм крутится дальше, мне демонстрируют наш спор с Мартином и удар бутылкой по голове. Заканчивается показ кадром, когда я включаю гипноизлучатель для Ирэн. Картинка застывает, и появляются следующие строки: «Ты выбрал Ее, значит, умрет Он. Ты применил гипноизлучатель, но имя не назвал. Сейчас вместо тебя это сделает компьютер». Передо мной начинают мелькать лица: Мартин, Билл, Курт, Том, Лонг, а по ним с неумолимостью безжалостного хищника скользит крохотная фигурка бластера.

Билл… Том… Лонг… Мартин… Том… Рабиш… Лонг… Мартин…

– Стойте! – говорю я. – Вы слышите меня? Я знаю, что слышите. Что вам от меня надо? Скажите, что? Я сделаю это, клянусь!

Бластер на экране застывает, так никого и не выбрав.

– Что вам надо? – повторяю. – Код, который вы не смогли выбить из Грига Винкса? Но я не знаю его! Я «видел» очень многое, но не сам код.

Пилот на мои тирады не реагирует. Он вообще, как вручил мне визор-фон, так и сидит истуканом, вперив застывший взгляд в пространство. Впрочем, я и обращаюсь-то не к нему. Я знаю, он пешка. Как Саливан, Лариса и Ирэн. И мне сейчас нужен не он, а те кто, как выяснилось, не спускают с меня глаз ни днем, ни ночью, которые видят каждый мой шаг, слышат каждое, произнесенное мною слово.

Наверное, я только сейчас начинаю по-настоящему понимать слова Тойера о том, что против меня играет крепкая команда профессионалов. И дело здесь не в том, что я один, а их много. И не в том, что они знают меня, а я их нет. Главное – что они в этой игре профи, а я полный дилетант. Я, как тот новичок, который после мобиля вдруг пересел в космический гоночный клипер и тупо пялится на сенсорную панель – вроде все то же, да не то. Он бы и разобрался, да времени нет, потому что уже дан старт, и понеслась гонка, и ему остается только либо с ходу вписаться в нее и постараться выиграть, либо сдаться и сойти с трассы. Я каменею лицом и машинально стискиваю кулаки: долой иллюзии – с трассы мне сойти не дадут. И никаких «либо» для меня в этой гонке нет и быть не может, потому что здесь есть только одно место – первое, а на кону стоят не деньги, а жизнь. Вернее, жизни – Мартина, Ирэн, Курта, Рабиша… Да, эта гонка идет без правил, и в ней, как и на войне, все средства хороши, а значит…

– Вы слышите меня? Я сделаю то, что вы хотите!

Похоже, мои слова достигают-таки нужных ушей, потому что по экрану бежит строка:

«Ты должен ответить „да“ на предложение, которое тебе сегодня сделают».

– Сегодня… сделают… – вслух повторяю я. – Сегодня…

Что ж, похоже, мы и впрямь подошли к финалу. Сегодня, так или иначе, все решится. Да. Так или иначе…

«А теперь приоткрой окно и выбрось визор-фон в воду», – следует приказ.

Выполняю. Едва я закрываю окошко, пилот приходит в себя, трясет головой, а потом оглядывается на меня и растерянно говорит:

– Извините, я, кажется, задремал.

– Ничего страшного, такое бывает.