Магическое интервью - Светлана Салтыкова

На последних словах голова Дэнира опустилась еще ниже, и я поняла, что прошедшие годы ничуть не уменьшили того чувства того вины и стыда, который он испытывал за свой поступок.

— Потом, когда бой окончился и атака тварей захлебнулась, его вытащили чуть живого. С того памятного дня Кайрус так и не оправился окончательно, — с тяжелым вздохом проговорил маг. — Наставника постоянно мучили внутренние боли, которые вызывал яд тех чудовищ. Знаешь, я оставался с ним до последнего и видел, как постепенно угасает человек, который стал для меня всем. Но особенно больно было осознавать, что в его болезни есть и моя вина. Ведь если бы не мое зазнайство, эгоизм и глупое упрямство он бы до сих пор был жив и здоров.

— Дэн, — я осторожно коснулась его руки, — не стоит взваливать все тяготы мира на свои плечи. Думаю, решение остаться прежде всего принял сам Кайрус. Да ты ведь и сам понимаешь: если б он захотел, то ушел бы вместе с тобой.

— Верно, Снежинка. Но все равно мне тяжело думать, что именно я стал той первопричиной поездки в Темную зону, которая позже и привела к его смерти. Возможно, чтобы хоть как-то заглушить чувство вины я и стал потом работать в следственном отделе при Магическом совете, брался за любые самые сложные и запутанные дела, только бы не вспоминать последние дни наставника, когда не помогали уже никакие заклинания и он смирился со своей болью и судьбой. Кайрус однажды просто перестал бороться, и тогда, глядя в его пустые глаза, я дал себе слово, что всегда буду идти до конца, как бы ни устал и какие бы неприятные сюрпризы ни подносила мне судьба. Ведь Темная зона оставила свой «подарок» не только Кайрусу. Когти тварей занесли яд и в мое тело. Правда, количество его оказалось ничтожно мало, и я не допустил его распространения дальше, собрав словно в капсулу. Изменения я заметил не сразу, но, думаю, они начались, когда проснулась Темная зона и медленно, но верно стала расползаться по Магомирью, впрочем, как и мое крохотное до этого пятнышко. Когда мы с тобой встретились, Снежинка, я отчаянно искал способ остановить Темную зону, но, признаюсь, делал это не только для сохранения всего магического мира, но и себя самого. Возможно, ты теперь скажешь, что я так же эгоистичен, как и прочие маги…

— Нет! Ни за что не скажу! — и я для подтверждения еще и отрицательно замотала головой. — Просто твой личный и профессиональный интересы сошлись, так что же в этом плохого? Кроме того, подумай сам, даже если б в тебе не сидела та ядовитая дрянь, неужели угроза самого существования Магомирья ничего не значила бы для такого как ты?!

— Снежинка, — на губах Дэнира мелькнула едва заметная горькая улыбка, — ты думаешь обо мне лучше, чем я есть на самом деле, но в последнем утверждении ты, пожалуй, права. Спокойно смотреть, как по миру, который принял и полюбил, расползается такая зараза, я бы точно не смог.

— Но постой! — спохватилась я. — Мы ведь уничтожили преобразователь, а значит Темная зона постепенно уменьшается, чего не скажешь о яде в твоем теле.

— Верно, Шелли, но распространение отравы больше от нее не зависит. Уничтожение паука Гевина Жерьена да и прочих тварей, с которыми мы столкнулись пять месяцев назад, столько раз вычерпывало мой внутренний резерв до дна, что эта зараза стала слишком сильной, слишком глубоко вросла в тело и теперь никак не зависит от состояния Темной зоны.

Я тяжело вздохнула, с трудом представляя в каком аду жил мой любимый маг все это время, когда надежда на исцеление таяла с каждым днем.

— Тот опасный ритуал, о котором писала Ориелла, может тебя спасти? — после некоторых раздумий наконец поинтересовалась я.

— Есть такой шанс, Снежинка. Но я ни в чем до конца не уверен!

— Дэн! — мне так хотелось подбодрить его, так хотелось показать, что всегда буду с ним даже в самых сложных жизненных ситуациях.

— Не надо, Шелли. Мне не нужно, чтобы ты меня жалела.

— Нет, нет! — запротестовала в ответ, а потом чуть тише добавила: — Я наоборот горжусь тем, что ты не сдался и готов бороться дальше, — и опустила голову, чувствуя, как глаза невольно заволакивает слезами.

Я быстро смахнула их рукой, пусть навсегда останутся моей маленькой тайной.

— Дэн, я буду рядом с тобой на ритуале, — безапелляционно заявила ему, а затем, страшно волнуясь, добавила: — И… знай: ты всегда можешь на меня положиться… во всем… и если тебе понадобятся мои эны, только скажи — я отдам все, — а затем, уже мысленно: — и даже больше…

— Хорошо, Снежинка, я тебя услышал. А теперь, когда мы все выяснили, мне, пожалуй, пора вернуться в лабораторию. Приготовления идут полным ходом, и завтра мы все-таки узнаем: это шанс или пустышка.

Все верно! Делай, что должно, и будь что будет! И я решительно поднялась, протягивая руку магу.

— Хочу, чтобы ты знал: я уверена, у тебя… у нас все получится.

— Я тоже верю Снежинка. Теперь верю, — тепло улыбнулся маг.

И только когда он оставил меня одну, я поняла, что за всей этой историей и собственными переживаниями так и не услышала о самом главном: сути ритуала. Но бежать за Дэном и снова донимать его вопросами не стала, зато со своим информатором — Ориеллой, решила поговорить по душам. Может быть она теперь в курсе происходящего намного больше, чем в тот момент, когда писала письмо?

Пообщаться с магичкой тет-а-тет удалось только после обеда. Я незаметно кивнула ей на дверь, как только мы поднялись из-за стола. А уже через несколько минут мы наконец смогли поговорить без свидетелей.

— Ориелла, ты просила меня отговорить Дэнира от ритуала… — начала я.

— Прости, но мое письмо было ошибкой, — перебила меня девушка.

— Почему?! — мое лицо вытянулось от удивления.

— Просто я тогда неверно все поняла, и моему Эрику действительно ничего не грозит.

— А Дэниру?!

Я так надеялась, что ответ Ориеллы не измениться и на этот раз, но магичка отрицательно покачала головой.

— Твоему магу многое придется пройти. Впрочем, ты ведь и сама прекрасно знаешь, что другого выхода у него все равно нет, а промедление может привести к самому плачевному результату. Шелла, не только его магическая сила, но и жизнь просто тают на глазах, а ритуал — это хоть какая-то надежда на счастливый финал.

— Черт! Но в чем он заключается?! — не выдержала я.

В конце концов у меня тоже есть право знать, что именно задумал Дэнир.

— Прости… — плечи Ориеллы слегка опустились, не иначе как под тяжестью моего вопроса.

Нет, она еще не договорила, но я уже поняла, что больше ничего от нее не добьюсь, и оказалась права.

— … но мне действительно ничего сказать.

Мои брови скептически приподнялись, и магичка зачастила:

— Ни Эрик, ни уж тем более Дэнир не распространяются о ритуале. Да я больше и не выспрашиваю. Знаешь, мой любимый дал магическую клятву о том, что ему ничего не грозит, а в остальном… в остальном пусть решают сами.