Галерея кукол и костей - Евгений Гаглоев

– Иногда все оказывается куда сложнее, чем мы можем себе представить, – уклончиво ответил Скорпион.

– Естественно! Особенно, когда ты постоянно лжешь мне! Что вы с Белявской задумали?! Почему Клим заперт в круге?!

– Вы хотите провести какой-то ритуал? – догадался Тимофей, разглядывая пентаграмму с куклами. – Принести его в жертву…

Серафима потрясенно ахнула и в ужасе взглянула на Платона Евсеевича. Старик продолжал хранить молчание, буравя ее пристальным взглядом.

– Это правда? – воскликнула она. – Ты и в самом деле задумал такое? Господи… Значит, и все остальное правда… Ты действительно приказал убить Клариссу Звереву…

– Да, – угасшим голосом подтвердил Долмацкий. – Все это правда…

– Но этого не может быть! – схватилась за голову Серафима. – Немедленно отпусти Клима!

– Я не могу этого сделать. Ритуал нужно закончить любой ценой, и твой дружок подойдет для этого как нельзя более кстати…

– Нет!

– Так нужно, Серафима! – повысил голос Скорпион. – Для блага всего нашего сообщества Первородных! Да, я совершал ужасные вещи и буду совершать их. Мы столько лет хранили все в тайне и не думали, что это когда-нибудь раскроется… Все из-за любви к тебе! И во имя нашего общего будущего!

– Все, что говорили о Королевском Зодиаке, – правда! – в ужасе прошептала Серафима, отказываясь поверить в услышанное. – Вы ничем не лучше Огненных волков…

– Возможно, девочка моя, – устало произнес Платон Евсеевич. – Это прозвучит очень страшно, но я ничуть не раскаиваюсь в том, что уже сделал. Что значат несколько жизней для спасения тысяч и тысяч других людей? Совершив тогда обряд, мы выиграли семнадцать лет спокойной жизни. И теперь, когда все начинается снова, я готов повторить то, что уже совершил!

– Убив Клима?!

– Времени остается все меньше. А этот мальчишка порядком раздражает меня…

– А ты подумал о его маме?! Подумал обо мне?!

– Как-нибудь переживете, – отмахнулся Скорпион. – В твоей жизни будет еще много других парней. Конечно, если мы сумеем предотвратить возвращение Огненного Дракона… Но довольно болтать! Убирайтесь отсюда! Не стоит вам видеть то, что здесь сейчас произойдет.

– Я тебя ненавижу! – крикнула Серафима.

– Как-нибудь это переживу. До сих пор мне удавалось все скрывать, но теперь, видимо, пришел час расплаты. Я представляю себе, какие чувства ты сейчас испытываешь, и не прошу твоего снисхождения… Помни лишь об одном, Серафима. Ты для меня – высшее счастье всей моей жизни… – Голос Скорпиона вдруг дрогнул. – Но мы с тобой обсудим все позже, а теперь убирайтесь!

Он взмахнул рукой, и теплая невидимая волна ударила в Тимофея и Серафиму, сбив их с ног. Они отлетели к стене зала. Стахеев едва сумел устоять, ухватившись за молот.

А Платон Евсеевич обернулся к застывшему у столба Климу Поликутину.

– Все из-за тебя, дрянной мальчишка!

– Вы сами во всем виноваты, – вяло произнес Клим. – Всю жизнь лгали ей, лгали всем нам… И чего этим добились?

– Возможно. Но теперь уже поздно каяться в содеянном. Если меня когда-нибудь и ждет наказание за мои грехи, да будет так! – кивнул Скорпион. – Но сейчас я сделаю все, от меня зависящее, чтобы хоть ненадолго отсрочить конец этого мира. Я создам круг силы, которого никто еще не сотворял. И использую эту энергию, чтобы навсегда уничтожить Огненного Дракона и всех его последователей!

Тимофей снова взглянул на пентаграмму. Двенадцать кукол. Рассажены по порядку в соответствии с зодиакальным кругом. А вот и кукла Скорпиона. А перед ней… Он увидел тряпичного уродца в миниатюрном белом халате с длинными веревочными волосами. Белый халат? Так похожий на докторский…

Двери зала распахнулись, и порог переступил Свиная Голова. Тарас Стахеев лишь мельком взглянул на своего коллегу, а тот поднял руку и вдруг с силой дунул на свою ладонь. Голову Стахеева окутало облако из белого порошка. Закашлявшись, великан осел на пол и потерял сознание.

– Какого дьявола?! – злобно выдохнул Платон Евсеевич.

Все дальнейшее произошло в считаные секунды. Бесформенное косматое пальто рухнуло на пол, следом полетела маска Свиной Головы. У дверей теперь стоял стройный человек, полностью затянутый в черную кожу.

Пришелец мгновенно метнул в Долмацкого серебристый стилет.

Скорпион вскинул обе руки, защищаясь, и стилет отлетел в сторону, словно натолкнувшись на невидимую преграду. В ту же секунду человек в черном быстро вскинул руку с зажатым в ней пистолетом и выпустил несколько пуль в Скорпиона.

Платона Евсеевича отбросило к мраморной колонне, его черная мантия тут же обагрилась кровью сразу в нескольких местах.

– Ты?! – потрясенно прохрипел Скорпион.

Змееносец медленно склонил голову, закрытую сплошной кожаной маской.

– Нет! – истошно закричала Серафима.

Ее отец поднял руку, и над ним в воздухе зазмеились тонкие голубые молнии, но изображение Скорпиона так и не появилось. Долмацкий быстро слабел.

Змееносец шагнул к нему, снова поднимая пистолет, и Тимофей, сбросив с себя оцепенение, швырнул в него огнем. Убийца отскочил назад и прокатился по полу, выронив пистолет. Серафима метнулась к ближайшей стене и сорвала с нее длинный старинный меч. Размахивая клинком, она бросилась к Змееносцу, не дав ему поднять оружие.

Убийца выхватил из-за спины свой меч с серебряным клинком и ринулся ей навстречу. Два меча со звоном ударились друг о друга. Серафима едва удержала свой клинок, убийца оказался гораздо сильнее ее. Змееносец принялся быстро наступать, наотмашь нанося один удар за другим, она едва успевала отбивать его атаки, пятясь назад.

А убийца все ближе подступал к ее отцу.

Тимофей уже несся к ним, когда Змееносец выбил меч из рук Серафимы. Клинок, кувыркаясь, взлетел к потолку, а девушка упала на спину. Теперь она была абсолютно беззащитна перед ним, и ее лицо побелело от страха. Но Змееносец не спешил нападать. Взмахнув своим клинком, он быстро направился к поверженному Скорпиону.

Тимофей понял, что Змееносец не нападает на кого попало, его интересует лишь конкретная добыча. Но Серафима уже снова схватила оброненный меч и кинулась на убийцу. Зверев хорошо понимал, что в одиночку она ни за что не справится с таким опытным противником. Придется вспомнить все, чему его учил сенсей Канто.

Тимофей сорвал со стены еще один меч и бросился наперерез Змееносцу.

Серафима рубанула мечом, но убийца проворно ушел в сторону. Вскинув ногу, он отбросил ее к пентаграмме. Тимофей призвал огонь и обрушил пламя на спину Змееносца. Тот развернулся и снова ловко отскочил, словно предугадав действия Зверева. Пламенный шар ушел в темноту. Серебряный клинок крутанулся в воздухе и устремился к Тимофею. Видно, ему удалось разозлить убийцу. Но он хотя бы отвлек его от Серафимы.