Черт-те где - Андрей Кощиенко

– Даже если к подарку прилагается невеста, которую до этого в глаза не видел? – спросил я.

– Невиданная невеста? Хм… Не знаю… Рискованно как-то! – ответил он, пожав плечами.

– Более чем, – согласился я, – ведь у невесты еще и родня есть! Тоже… невиданная…

– А что у вас случилось, Эриадор? Вы позволите вас так называть? – спросила Стайли.

– Я не против, – ответил я, – но это рассказ не из двух слов, а вы, кажется, собирались разбить лагерь?

– Да, Стайл! У нас еще лошади не расседланы, а ты уже готова бросить все ради свежих историй! – сказал Вирт.

– Ставим лагерь. Разговоры потом! – приказным тоном сказал Доминго.

Стайли не стала спорить. Отошла к своей лошади и принялась ее расседлывать. Ее спутники занялись тем же самым. Я отошел в сторону, чтобы не мешать, сел в тенек и принялся наблюдать за процессом. Чувствовалось, что у моих новых знакомых опыт в этом деле большой. Движения точные, уверенные. Они четко знали, где у них что лежит и что в какой последовательности нужно делать. Очень скоро все лошади были расседланы, вытерты и напоены. Снятые с них тюки и сумки были аккуратно сложены в кучу.

Закончив с лошадьми и разгрузкой, Стайли и Вирт принялись ставить палатку. Доминго взялся за ужин. Разжег костер из каких-то желтоватых веток, которые он привез с собой. Повесил над ним котелок с водой и достал из большого мешка какие-то небольшие кулечки. Похоже, с припасами. Мне очень хотелось есть, но идею подойти и попросить чего-нибудь пожрать я постарался выкинуть из головы. Несолидно… не по-княжески… просить… Пусть сами предложат… Потерплю, пока можно…

Чтобы отвлечься от своего желудка, я принялся снова рассматривать своих новых знакомых.

Стайли была невысокой женщиной, лет эдак под тридцать. Такая плотненькая, может, даже кругленькая, с короткими темными волосами и загорелым лицом. Лицо тоже было кругловатое, высокие брови, серые глаза. Вирт был худее и выше Стайли. Несколько, я бы сказал, жилистый тип, с длинными конечностями. Лицо продолговатое, с длинным, слегка крючковатым носом и прозрачными глазами. Волос у него практически не было. Когда он снял свою широкополую шляпу, я увидел у него на голове здоровенную загорелую лысину, обрамленную по вискам остатками седых волос.

Доминго выглядел вообще колоритно. Смуглокожий, с немного крючковатым носом и густыми насупленными бровями он походил на жителей пустынь Земли. Особенно сходства добавляла выбритая налысо голова.

Как яичко, подумал я. Ох, жрать-то как хочется!

– Ну вот, еще минут пятнадцать, и можно будет есть! – сказал Доминго, загрузив чем-то котелок с кипящей водой.

– Эриадор, надеюсь, вы не откажетесь разделить с нами трапезу? – обратился он ко мне.

– Совершенно не вижу никаких препятствий к этому! – ответил я, стараясь незаметно проглотить слюну, заполнившую рот…

А жизнь-то налаживается, несколько часов спустя проваливаясь потихоньку в теплую сытую дрему, неторопливо думал я.

В желудке еда, подо мной – толстая войлочная подстилка, на мне – теплое шерстяное одеяло.

Пожалуй, сегодня я ночью буду спать… Я чуть подвинулся, пытаясь достичь максимального комфорта. Хотя спать мне как раз бы и не стоило… В компании малознакомых людей… Хоть мы вроде теперь один отряд. Легкомысленно… Придушат ночью и ограбят… Кинжалы им мои очень понравились…

Ну и чего… сторожить их, что ли, всю ночь? Не высижу… Две ночи сна урывками. Пусть лучше видят, что я им доверяю. На маньяков-разбойников они не похожи. Судя по эмоциям, ничего дурного в отношении меня не замышляют. Стоило тогда им разводить бодягу с приглашением меня к себе?

Я с удовольствием крепко зевнул.

Буду спать, принял решение я. Сторожить ночью – это уже из параноидальных идей.

За ужином мне пришлось изрядно поболтать. Рассказал, кто я, откуда. Про свою помолвку. Версию событий, конечно, представил правленую. В ней я был послушным сыном своего отца, попавшим в вертеп старого недруга семьи. Там меня никто не любил, включая лошадей и невесту, которая в итоге сбежала от меня со своим родственником… Рассказал про то, как я чудом вырвался из западни, которую мне устроил несостоявшийся тесть. О том, что мы при этом с магистром кой-кого поубивали, я умолчал… Это бы несколько подпортило образ белого и пушистого (который я себе ткал), попавшего в сложные жизненные обстоятельства. Понятно, конечно, что мы под стрелами там не стояли, разинув рты. Но акцентироваться на трупах я не стал… Для усиления атмосферы рассказа я вовсю пользовался обмылком своего эмпатического умения. Сам верил в то, что говорил, и пытался эту уверенность транслировать слушателям.

У слушателей глаза были по семь копеек. Они и не подозревали, что князьям так непросто живется в этом мире! После окончания моего пространного рассказа с отступлениями и многочисленными пояснениями, у догорающего костерка наступило продолжительное молчание. Народ переваривал услышанное.

– Н-да, надо сказать… однако… – высказался Вирт. – Никогда не слышал, чтобы помолвка так неожиданно закончилась! Что же невеста-то так… А? Поперек воли отца…

Вирт сокрушенно покачал головой.

– Сердцу не прикажешь… – задумчиво ответила ему Стайли. – Может, она его давно любила!

– Но как же! Она же дала согласие! И нарушила обещание!

– А может, это любовь, которая бывает раз в жизни? – спросила Стайли.

Ага, которая все спишет, подумал я, как война… Какие могут быть претензии? Это же любовь!

Но вслух я ничего не сказал, а сидел с грустным видом, стараясь не выбиваться из облика рыцаря печального образа.

– Ну и что? – возразил Доминго. – Ну и что, что любовь? Есть же обязательства, обязанности, долг, наконец!

– Сразу видно, что ты никогда не любил! – отрезала та.

– Не, ну почему… – начал оправдываться Доминго.

– Если б любил, то ерунды такой бы не говорил!

Доминго заткнулся и призадумался. Видно, анализировал, была ли у него любовь или нет?

Интересно, по каким параметрам он пытается это определить? На Земле, у их прекрасной половины это было одним из безотказных приемов полоскания мозгов самцам. Ах, любовь! И делают такой вид, что понимают, что такое любовь, а что нет. А самцы ни фига не понимают, мозгами скрипят, пытаясь сообразить, как определить: любовь это или нет? Гормоны мешают понять, что их просто дурят…

Вообще, очень интересно, миры разные, друг от друга один Сихот знает на каком расстоянии расположены, а ситуации – одни и те же. Миры низших с одного шаблона, что ли, лепили?

В разговоре у костра возникла пауза…

Я решил воспользоваться моментом и добыть информации для себя. Не только же служить ее источником!

– Я бы был вам очень признателен, если бы вы мне рассказали, куда же я попал? – сказал я, обращаясь ко всем присутствующим.