Вы все жжете! Часть 1 - Бронислава Вонсович

Люсиль так интересно рассказывала об увиденных бытовых големах, что я пожалела, что пропустила соревнования. Оказывается, там участвовал наш одногруппник. И не просто участвовал, а занял второе место.

— Ничего себе, — восхитилась я. — Мы попали в одну группу с гением. Это кто у нас такой талантливый?

— Франсуа Марсо. — Я нахмурила лоб в попытках вспомнить, кто это, и подруга пояснила: — Невысокий такой, плотный. У него еще шрам не до конца долеченный на щеке.

На взгляд Люсиль, шрамы, особенно от повреждений магией, придавали мужскому облику некоторую завершенность, поэтому в ее голосе прозвучала восторженность, которую я не разделяла: шрам указывал, что одногруппник не чурался опасных экспериментов, к которым относился без должной ответственности, а это значит, что на практических занятиях нужно и самой держаться от него подальше, и Люсиль удерживать. А также не забывать еще отгораживаться заклинаниями. Потому что нашим обликам для завершенности лишние шрамы не нужны. Конечно, у меня замечательные защитные артефакты де Кибо, но не факт, что защитные артефакты семьи Марсо хуже.

— Постой… Марсо же одна из двух крупных фирм по производству бытовых големов?

— Ну да. Это его семья.

— Понятно тогда, — разочарованно протянула я. — Странно, что он первое место не занял, с такими-то родственниками. Поди, выбрали лучшего голема на фирме и выдали за его творение.

— Ты что! — удивилась Люсиль. — Там же проверяют, сделал ли сам. Чужую работу не выставишь.

— Все равно использовал опыт семьи.

— Шарль говорил, оригинальная модель.

— Шарль, конечно, их всех лично проверил, — пробурчала я. — Каждого на производстве Марсо прощупал и вынес вердикт: голем Франсуа уникальный. Шарль же в Шамборе главнейший специалист по големам.

— Николь, ты чего? — удивилась Люсиль. — Ты так обиделась за Антуана? Так он сам виноват.

— Ой, да при чем тут Антуан? Ты еще про Вивиану вспомни. Она подловила меня с Бернаром и устроила показательное выступление с закатыванием глаз и заламыванием рук. — Я зло фыркнула, вспоминая, как ее несло. — А потом, без свидетелей, опять пеняла, что мое поведение не соответствует семье, которая собирается породниться с правящей.

Люсиль прыснула. Мания Вивианы была у нас постоянным поводом для шуток. Даже жалко будет его потерять, когда принц наконец женится на Соланж и Вивиане придется признать поражение.

— Как думаешь, что она устроит на свадьбе? — спросила подруга.

— Думаю, что ее туда не допустят. Не идиоты же в дворцовой службе безопасности? Она везде с загадочным видом повторяет, что свадьбе не быть, значит, точно что-то задумала. А кому нужны неприятности на королевской свадьбе?

— Но не пригласить Альвендуа не могут, это скандал, Лиденинги скандалов избегают.

Люсиль зевнула, но продолжала строить предположения, даже лежа в кровати с закрытыми глазами. Слова становились все невнятней и невнятней, пока не сменились мерным посапыванием. Меня проблемы Вивианы волновали еще меньше, и если я не заснула раньше, то лишь потому, что размышляла, не упустила ли сегодня шанс признаться Бернару? Но как объяснять, почему не расторгаю помолвку прямо сейчас? Тайна-то не моя, хотя вынужденная помолвка чем дальше, тем сильнее тяготила. Антуан меня и до цветения не слишком привлекал, а уж после этого некрасивого скандала что он, что Вивиана вызывали лишь раздражение, и если бы не необходимость помогать Франциску, я бы с большим удовольствием прекратила с ними всякие отношения. Но Франциск… Но необходимость помочь Шамбору…

Я уже почти уснула, как заметила в углу знакомое призрачное мельтешение. Надо же, уже договор — не договор. Быстро же Его Величество забывает обо всем, что не несет определенную выгоду.

— Призракам ночью в этой комнате делать нечего! — возмутилась я, насколько это получилось сделать шепотом. — Иначе я посчитаю себя свободной от всех обязательств.

— Прости, дорогая, я уже ухожу, — прошелестел незнакомый женский голос. — Не доверяй ему.

От неожиданности я подпрыгнула на кровати, но успела лишь увидеть кусок призрачной юбки, уходящей в стену. Леди в Белом! Одна из знаменитостей академии! Жан-Филипп говорил, что ее мало кому удается увидеть, а появляется она лишь тогда, когда хочет предупредить о чем-то важном. О чем-то важном?!

— Леди, постойте! — вскрикнула я, уже не думая о том, чтобы не разбудить Люсиль. — Кому не доверять?

Но где там! Юбка окончательно ушла в стену, хотя я успела подскочить и даже попыталась за нее ухватиться. Но как можно ухватиться за то, чего нет? От чего осталась только видимость? Впервые пожалела, что заклинание, отпугивающее призраков, выучила, а вот привлекающее — нет. Но кто знал, что понадобится?

В расстройстве я выглянула в коридор: вдруг Леди, пройдя через соседние комнаты, появится там? Высматривала я долго, так долго, что в конце коридора наконец замаячил силуэт, но, увы, совсем не призрачный и даже вовсе мужской. Пришлось признать поражение и отправиться в кровать, размышляя, кого имела в виду Леди, призывая «не доверять». Список получился солидный, от кузена и дяди Жерара до Франциска. Так я и уснула, перебирая имена и добавляя к ним все новые и новые.

— Леди в Белом? И ты меня не разбудила? — первым делом возмутилась Люсиль, когда я попыталась с ней посоветоваться.